Шепот звезд

Глава 48

– Вам пришли письма, – сообщила Грейс. – Ужин я отнесла в спальню. В гостиной ужасный столик, того и гляди, сломается.

Я кивнула. Да, в покоях давно не делали ремонт. Надо бы еще камин проверить, так как даже в мае бывает дурная погода, особенно в день Акры. Лучше бы все починить прежде, чем начнутся дожди.

– Спасибо, – сказала я. – Что-нибудь еще произошло, пока меня не было?

– Нет, только заходила швея. Я дала ей златых в качестве аванса за платье на турнир.

– Из моего кошелька? – усмехнулась я.

– Не из своего же? – возмутилась Грейс. – Вы и так принцесса, какая вам разница. Златым меньше, златым больше.

– Если бы король так рассуждал, Хорт уже разорился бы. Не будь такой наивной, дорогая, у меня ни сребра за душой, пока я не сяду на трон. А учитывая настроения при дворе, мы с тобой подзаработали не на платье, а на поминки.

– Бросьте, вы же доказали свою невиновность.

– То были старые обвинения, – вздохнула я. – Поверь мне, скоро придумают новые.

– Вам надо развеяться и выкинуть из головы дурные мысли, – решила Грейс. – Поешьте и пойдем на прогулку.

– Теперь у меня есть дуэнья? – прищурилась я.

– Когда принцесса бедна, как церковная мышь, ее служанке приходится и готовить, и убирать, и блюсти моральный облик госпожи.

Грейс продолжала ворчать о том, что гобелены побиты молью, шкафы скрипят, а комната для служанки, примыкающая к покоям, настолько мала, что в ней поместится только ребенок. Я была и сама не прочь пожаловаться на грязные окна и неудобный жесткий матрас, только моя компаньонка могла воспринять это превратно.

К тому же, она могла уйти к Беатрис также легко, как до этого перешла на мою сторону. Секретничать с ней я не стала. И все равно было приятно слышать, что не только меня возмущает подобное отношение.

На обед у меня в кои-то веки была каша, щедро сдобренная какой-то подливкой и украшенная зеленью. Все это шло в комплекте с неизменной тарелкой мяса и блюдцем засахаренных фруктов. Грейс учла почти все мои пожелания, и на десерт меня ждал травяной отвар с ягодами и тосты с клубничным джемом.

– Поверить не могу, – покачала головой я. – Откуда берутся ягоды весной?

– Привозят с юга, – пояснила Грейс. – А джем и конфитюр у нас заготавливают. Завтра попробую достать что-нибудь из овощей.

– Не утруждайся. Хватит и того, что ты делаешь для меня сейчас.

– Продаю Беатрис информацию? – улыбнулась она.

– Да, – просто ответила я. – И разрешаешь мне есть кашу, как простолюдинке.

– Могу еще платье свое отдать, чтобы вы себя ближе к народу почувствовали.

– Согласно, только если ты возьмешь у меня власяницу.

– Чудовищно, – рассмеялась Грейс, – неужели монахини до сих пор их носят?

– Только чтобы научиться смирению.

– Неужели? Получается, вам ни разу не разрешали ее надеть?

Я слабо улыбнулась, отправляя в рот очередную порцию каши. Грейс понятия не имела, каково быть принцессой в изгнании без права на помилование. Монахини были ко мне в несколько раз строже, чем к деревенским девочкам. Знатные дамы в ссылке так и стремились меня уязвить, тем самым теша свое эго. Я не могла стать смиренной девой, это утянуло бы меня ко дну.

Хитрость и упорство – вот что спасало от уныния многих послушниц поневоле.

– Как развлекаются аристократки? – спросила я, чтобы развеять неловкую паузу. – Кроме балов.

– Играют в вист, – сказала Грейс. – Заводят любовников. Сбегают из дома. Наносят друг другу визиты. Катаются на лошади по парку.

– Сбегать мне рано, я только сюда добралась. А вот лошади – интересный вариант. Мне дадут кобылку на конюшне?

Грейс с сомнением посмотрела на меня, затем на платяной шкаф, дверца которого упорно не желала закрываться.

– У вас нет костюма для верховой езды, – вынесла вердикт она. – А в платье я вас не выпущу. Разве что вы надумаете поискать себе, кхм, жеребца.

Я запила джем отваром и поднялась с места. В моей комнате была парочка мест, куда служанка вряд ли успела бы залезть. Например, огромный сундук Матери, в котором лежали вещи покойной Мелании фон Эгарт. Я до сих пор так и не удосужилась его открыть, слишком волнуясь от предстоящей встречи с прошлым. Однако время пришло.

Во всех смыслах. У меня заканчивались платья, которые любезно пошили для меня в монастыре, а появляться постоянно в одном и том же считалось признаком бедности или дурного вкуса.

Я вытащила из-за пояса ключ и отперла замок. Из сундука пахло лавандой и стариной. Грейс заглянула мне через плечо и фыркнула.

– Это выглядит роскошно. но крайне старомодно.

Я вытянула лежащую сверху ткань и внимательно ее осмотрела. Это оказалась черная юбка с серебряной тесьмой по краям. На бал я бы не рискнула в таком явиться, а вот на завтрак в семейном кругу – почему бы и нет?

Я вытащила еще один предмет, выполненный из мягкой кожи. Штаны. Вещь, которую когда-то носила моя мать.