Шифр для близкого

☥☆⟠⌖⟠ 3.

— Я уже устала! Кто придумал этот бег, ну серьёзно? Не для этого мы прогуливаем физ-ру…у меня ноги отваливаются.

Брюнетка была впереди всех. Тяжело дышала, щеки раскраснелись от нагрузки. Тем не менее, глаза горели, тело двигалось уверенно. На финише имелось явно что-то стоящее.

— Ади, ты слишком торопишься. Родители вряд ли будут искать нас в музее. Он открывается не раньше десяти часов. По ночам отец ставит на сигнализацию. Пешком далеко, — Эвелина шла спокойным шагом рядом с Графом, — Мы бы могли дождаться туристического автобуса.

— Нет и еще раз нет! Ты же знаешь, папа слишком дотошный в выборе сотрудников. Знаешь, какое будущее я тебе предскажу? Садимся в автобус, водитель передает о нас информацию сама знаешь кому и уже у дверей в музей нас встречает домашний арест и месяц без телефона, ноутбука, плеера…у кого-то вообще есть сейчас плееры?

Девушка демонстративно взяла подол кардигана и мотнула им в сторону, как бы отвергая предложение. Эвелина ничего не сказала в ответ. Парень только поморщился от высокой интонации, с легким пренебрежением глянув на длинные кожаные сапоги. И это не ускользнуло от внимательных глаз.

— Мистер Монтгомери, почему вы на нас так странно смотрите, словно мы — звери, сбежавшие из зоопарка?

Руки автоматически сжались в кулак. Внимание стало чем-то неожиданным. Пришлось взять себя в руки, отводя взгляд в сторону.

— Прошу прощения за свою дерзость. Все не получается привыкнуть.

— Привыкнуть? К чему? Телу? Нам? Хотя, это логично.

— Возможно. Ваши манеры достаточно отличается от поведения других особ из высшего общества.

Кажется, слова заставили девушек на какое-то время задуматься. Это был хороший знак и временная тишина для всех.

Асфальтированная дорога длинной змеей извивалась все дальше, оставляя за собой странную желтую линию посередине. Казалось, ведет до конца света. С обеих сторон от дороги виднелись пушистые ели, толстые клены и обманчивая рябина. Это были три основные столпа местной природы. Помогало выживать различной фауне. Если у кого-нибудь появилось бы желание спрятаться за ними, то им непременно пришлось б прыгнуть в осеннее море из разноцветных листьев.

Мужчина продолжал идти, оглядываясь по сторонам. Хотя деревья и казались выше и крепче, чем в последний раз, когда он их видел. Цветастый наряд земли на секунду поблек, став белым. Ржание лошадей эхом смешалось с колокольчиковой упряжкой.

— Ваши слова…они звучат, как завуалированное оскорбление. — открыто призналась Аделаида. Пусть и впереди, а ореховый цвет все следил за ним, чуть смещаясь в такт шагам.

— Вероятно. Тем не менее, у меня нет желания унижать Вас. Мне самому не прельщает, когда другие используют унизительные слова, при этом оправдываясь. Оскорбление есть оскорбление.

— Ну хорошо. Допустим, это действительно так. Тогда, в чем разница между девушками, на которых вы смотрели всю свою жизнь и нами?

Интерес брюнетки перешел от музея к нему. Она так и продолжала идти спиной вперед, с приподнятым подбородком. Граф лишь усмехнулся, махнув рукой.

— Что ж, извольте-с. Во-первых, Ваши голоса: например, Вы, мисс Аделаида, часто говорите на повышенных тонах, что не подобает воспитанной леди. Однако, и у Вас, и мисс Эвелины имеется странный акцент, который мне трудно понять или объяснить. Кроме того, непонятные слова сбивают с толку.

— Ничего нового. Наш папа тоже так говорит. На заметку, эти незнакомые слова — часть современного мира. Люди рождаются, появляются новые поколения. Им просто необходимо что-то свое. В их головах возникает то, что, в конце концов, объединяет. Понимаете, о чем я?

— Признаться честно не совсем.

Голова темноволосой откинулась назад. Качнулась в одну, затем в другую. Умоляющим взглядом посмотрела на свою сестру. Несколько фраз точно были переданы телепатически, с помощью родственной связи.

— У каждого поколения есть своя изюминка, которую сложно понять другим, — начала Эвелина, ее мягкий голос прорезался сквозь поток воздуха, — Она может проявляться в новых изобретениях, событиях или же словах. Мы с вами из разных поколений, мистер Монтгомери, поэтому не всегда понимаем друг друга.

— Точно. О, хотите, я открою вам секрет, сколько нам лет? В ваше время такое было неприлично спрашивать у девушки, но мы поможем вам в этом.

Спокойный и тихий тембр против резкого и эмоционального. Как хороший полицейский и плохой. Мужчина просто устало покачал головой, отгоняя образы прошлого.

— Почему бы ему просто не догадаться?

— Ади, пожалуйста, перестань. Он только что вернулся из небытия, мы должны ему помочь привыкнуть к новой обстановке, а не запутывать его еще сильнее. Мистер Монтгомери — не клубок с нитками.

В этот момент раздалось странное кряхтение, постепенно перешедшее в крик чайки у моря. Андрей сразу же начал озираться по сторонам. Фигура резко, как в фильмах, остановилась на Эвелине. Ее улыбка стала намного шире, но так смеяться с закрытым ртом она не могла. Значит, это была Аделаида. Ее глаза изменились, они стали похожи на лисьи: уголки стремились вверх, загорелись маленькие огоньки, словно внутри кто-то зажег спички. Руки лежали на лице. Слух помогал избежать ее маленькой уловки.

Девушка и правда казалась ведьмой, сбежавшей из старой сказки, что рассказывали у камина зимними вечерами пожилые няньки. Парень вспомнил одну из историй. Темную-темную, вечно повторяющуюся. И инстинктивно попятился.

— Мистер Монтгомери, осторожно!

Крик мгновенно был заглушен чужим ревом. Аделаида за доли секунды отвлеклась на новый звук, не успев кинуться вперед самой.

— Мистер Монтгомери, вы в порядке? Зачем же идти посередине дороги. Вас чуть не сбила машина!

— Я…в порядке, Эвелина. Благодарю, что отвела меня в сторону.