Шифр для близкого

☥☆⟠⌖⟠ 4.

☼∽▧⌖✧⚯

«Ведьминский шабаш. Знакома ли Вам такая фраза, или, может, Вы сами были участником чего-то подобного? Если да, то будьте осторожны. Нет ничего необычнее и страшнее их…»

Мужчина поморщился, когда смех Аделаиды и ее друзей раздался по всей машине в перемешку с песней, которая вошла в топ-чарты этой недели.

«…тем не менее, это интересная составляющая темного мира, которая может заворожить и утянуть за собой каждого без исключения. Без разницы, художник ли ты, давший ей имя „муза“; инженер, жаждущий к созданию великого столь сильно, что пришлось продать душу».

— С вами все в порядке, Мистер Монтгомери? Выглядите не очень.

Эвелина продолжала переживать о только что воскресшем мертвеце. Граф взглянул на нее и отмахнулся от вопроса. Девушка не настаивала.

«…так что же это, ведьминский шабаш? Каждый интерпретирует по-разному. Кто-то утверждает — собрание осенних девиц в белых одеяниях, тайно бежавших к русалкам для разговоров, непредназначенных для простых людей. Кто-то шепчется о пожилой женщине с бородавкой на носу в виде крюка. Черная кошка — ее верная спутница, гуляющая среди ее согнутых ног…»

— Эй, Ади, слышала о реконструировании старого тематического парка по игре 80-х? Там еще заяц фиолетовый…короче, одна из популярных тем в нашем чате!

— О, правда что ли? Почему вы об этом знаете, а я нет? А ну дай посмотреть.

«…они могут раздражать своей таинственностью и извращенностью. Тем не менее, новое всегда будоражит сердца. Нелогичность поступков и громкость души давит на интеллект, заставляя поежиться от любого действия или звука…»

Некультурно.

Они ехали достаточно быстро. Дорога была ровная, поэтому они больше летели, чем подпрыгивали. Граф иногда ощущал чувство невесомости и сдавленности внутрь пассажирских сидений, но просил себя сдерживать все излишние эмоции. Молился лишь об одном: поскорее бы это все закончилось, и он вновь вернулся в свои родные края.

Экстремальные вещи его больше пугали, чем воодушевляли. Непривычно.

Карусель красок калейдоскопом пробегала в окнах машины. Завораживающее и, в то же время, тошнотворное зрелище. Притягивает одним, но отталкивает другим. Но лучше, чем вглядываться в людей, которые пугали парня одним видом или громким возгласом.

На его счастье, все прошло успешно. Благодаря кошачье-русалочным друзьям его родственниц-ведьм, они добрались до поместья быстрее, чем сделали бы пешком. Ради этого их стоило потерпеть и даже заинтересоваться ими на мгновение.

— Спасибо всем. Встретимся на фестивале «Шалала» на следующей неделе!

— Обязательно. Не забудь свой боевой настрой, Ади! — сказал один из парней и уже через несколько секунд от них осталась только дорожная пыль.

Единицы клубы легкого земельного песка и самых мелких галек ворвалась в легкие. Граф зажмурился и закашлялся, плавно отмахиваясь, словно от комара.

Позади него стоял знакомый до боли пейзаж: каменное трехэтажное здание с белоснежными колоннами; зеленая крыша покрывала верхнюю часть здания; балкон с узорчатыми вырезками, на которых были намеки на самые популярные оперы…все было похоже на то, что он хотел увидеть с самого начала своего пробуждения. Ту самую желаемую картину. Возможно, поэтому мужчина не заметил еще некоторых деталей, служившие подсказками о нереальности его мечт.

Пока Граф терялся в воспоминаниях, сестры смотрели на него с непониманием или даже обвинением в сумасшествии. Они переглянулись, потом снова посмотрели на мужчину, чтобы удостовериться в том, что у них схожие мысли на его счет. Пока Эвелина с беспокойством наблюдала за ним, Аделаида шагнула вперед, словно желая испортить те желтоватые воспоминания.

— Боже, я надеюсь, что отец не поставил новую сигнализацию. Иначе, нам в это поместье точно не попасть.

— Простите, Мистер Монтгомери, но нам правда нужно зайти внутрь, как можно скорее. Если нас заметят, то неизвестно, чем все закончится.

— О чем Вы, леди Эвелина? Я тоже являюсь хозяином этого места. Вы — гости под моим покровительством. У простого человека не повернется язык, чтобы сказать, насколько сильно нам троим здесь могут быть не рады.

Девушка опустила взгляд в сторону, сжимая кулак у своего подбородка. Она понимала, что с ним спорить бесполезно. Однако, предупредить и поторопить стоило.

— Наш отец довольно строг. Если он увидит нас здесь, то и у вас, и у нас будут большие неприятности.

— Крайне занимательно. В чем же причина?

Послышалось недовольное типичное цоканье.

— Эй, вы долго еще там? Дверь заперта на ключ, но у меня есть запасной. Пошлите скорее. Найдем то, что надо и уйдем отсюда.

— Забрать письмо и сразу же уйти. Звучит как побег, — не по доброму, даже грустно усмехнулся мужчина. Сделал несколько уверенных шагов к главной двери, — Из своего же собственного дома? Смешно.

Эвелина вздохнула. Если бы она оказалась русалкой с вечно печальным взглядом, никто бы не удивился. Аделаида закатила глаза, выражая свою раздражимость. Мужчина продолжал не принимать реальность.

Дом встретил своего хозяина с теплотой. Глаза Графа с жадностью метались то в одну сторону, к привычным обоям и портретом его второй семьи. То в другую, где вместо деревянных резных окон были простые белые, с тонкими переплетами посередине.

— Куда Вы идете, мистер Монтгомери?

Рядом Аделаиды уже не было, но это вовсе не смутило Графа. Наоборот, он даже чуть расслабился.

— Позвольте мне пойти в свою комнату. Там лежат письма с тем самым шифром, который Вам столь интересен.

— Подождите…но нужного письма там нет. Точно нет, Мистер Монтгомери.

Взволнованный голос эхом раздался по коридору, облизывая каждую часть пространства.