Шинигами против шиноби

Глава 4 - Пари (1)

Взволнованы состоянием Куросаки были все. За исключением, разве что, Урахары и его смуглокожей подруги: пока напряженная троица школьных друзей Ичиго не находила себе места, гадая, что же заставило его так упасть духом, эти двое не сводили друг с друга глаз и раздумывали о совершенно других вещах. Не то чтобы они не увидели в поведении Куросаки ничего странного – просто обоих сейчас ничто не волновало, кроме злосчастного «бублика» и выскочивших из него гостей, а потому кроме своих мыслей они вокруг никого и ничего не замечали. Так что когда Чад, Иное и Исида наконец поднялись и собрались было отправиться вдогонку Ичиго, ни предостережений, ни даже прощальных слов ребята не услышали. Так и ушли без внимания, точно и не было их тут.

Оставшись наедине с Киске, Йоруичи безуспешно продолжала вопрошать свое воображение: может ли Айзен быть причастен к случившемуся? Она снова и снова проматывала у себя в голове сцену встречи с пришельцами и старалась обнаружить хоть какие-нибудь зацепки. Урахара с улыбкой наблюдал за ее внутренними метаниями. В отличие от нее, он был нисколько не подавлен. Наоборот – его лицо буквально светилось от удовольствия, а вокруг его головы так и кружили ромашки. До чего же он был счастлив в эту минуту! Честь быть первооткрывателем чего-то настолько удивительного, чего-то, что нельзя уместить в голове, одурманивала его и мешала взглянуть на ситуации трезво. Вероятность существования параллельного мира и возможности перемещаться туда и обратно – лишь это занимало его ум. Об опасности, которую принесли с собой «гости извне», он словно позабыл.

Наконец Йоруичи собралась с собой, выдохнула и произнесла:

- Значит, альтернативная вселенная… Грех смеяться, но звучит и впрямь как-то нелепо. Ты уверен в своих словах? Знаешь, от Айзена можно ждать чего угодно, так что…

Урахара посмеялся. Он уткнулся локтем в колено и подпер голову рукой.

- А разве я говорил, что это наверняка? – расслабленно протянул он.

- То есть?

- Мои слова – не заключение. Пока что это только теория. У меня ведь нет никаких доказательств, разве не так? – Здесь Йоруичи вознамерилась было его перебить, но Киске опередил ее: - Однако, - поднял он указательный палец, - лишь это может объяснить феномен, с которым мы столкнулись сегодня.

Оба смолкли.

- «Бублик», их цели, сила… - спустя полминуты продолжился разговор. Йоруичи подозрительно сощурилась, не сразу сообразив, причем тут бублик. Но переспрашивать не стала – понадеялась, что и из контекста станет понятно. - Только если предположить, что те двое прибыли из другого мира, мы получим цельную и ясную картину. Все встанет на свои места, доверься мы этому сомнительному, как ты выразилась, предположению. Проблема с аномальным устройством их духовного следа, отсутствие каких бы то ни было признаков реяцу в их ауре, дикие способности, о которых ни ты, ни я никогда не слышали – все это разрешается всего двумя словами: альтернативный мир. И пусть под этой гипотезой лежат одни только догадки – в том, что Сота и его сестренка прибыли совсем уж издалека, я более чем уверен.

Помолчали еще.

- Как скоро Сейретей узнает? – спросила вдруг Йоруичи.

- Как только враг остервенеет и начнет крушить.

- ?

- Не хочу хвастаться, но на планете у меня одного есть прибор, регистрирующий импульсы настолько низкой амплитуды. Технологии Общества Душ не способны уловить и прочесть что-то подобное. Энергия «бублика» не связана с реяцу, в отличие от всего, что родилось в мире людей и духов. У него свое горючее. Наша земная техника, разумеется, работать с ним не может: никто не стал бы проектировать аппарат, работающий с чем-то, чего не существует. – Киске усмехнулся. – Точнее, не существовало. До сегодняшнего дня… Именно поэтому, пока пришельцы не привлекут к себе внимание тем, что снесут какой-нибудь городок, об их присутствии будет известно только нам.

Йоруичи вопросительно подняла бровь:

- Откуда тогда у тебя эта штуковина взялась? Если сам построил, то зачем?

Урахара достал веер и опять стал им обмахиваться.

- Ну-у, - заулыбался он как-то по-новому, - честно говоря, изначально я сконструировал ее вовсе не для этого. Так что мне просто повезло. Ее основным предназначением было – разгонять Интернет до мгновенной передачи. Ну а то, что ее приемник оказался достаточно чувствительным, чтобы загодя обнаружить приближение «бублика», - задолго до того, как он разверзся во всей своей красе, - так это действительно большая удача.

- Интернет? – Йоруичи недоуменно склонила голову к плечу.

Киске отрицательно покачал веером в другую сторону:

- Ничего серьезного. Приблуда современного общества живых.

- Так или иначе, мне сложно поверить в то, о чем ты говоришь. Гораздо вероятнее, что дело рук Айзена, - почти перебила Йоруичи. Она вклинилась с такой невозмутимостью, будто ответ на ее вопрос ей был уже совершенно неинтересен. – Мы не знаем, когда он сделает первый шаг и что именно предпримет. Так почему бы этому не случиться сегодня?

Урахара почесал веером затылок, неуклюже привстал, как уставший старик, и прошел в другой угол комнаты.

- Понимаю, понимаю. Моя мысль звучит и вправду малоубедительно. – Он раскрыл древний толстый ноутбук, спрятанный у шкафа, и, пока система запускалась, с непростой ухмылкой добавил: - Но прямо сейчас я предоставлю тебе первое доказательство моей правоты.

Йоруичи подошла.

Едва рабочий стол на мониторе пришел в работу, как пальцы Киске тут же забегали по клавиатуре. Через четверть минуты скачущие по экрану окна наконец пометила зеленая галочка, и в новом открывшемся окошке появилось изображение высокой башни, окруженной кольцами Сатурна. Это был логотип главного новостного телеканала Токио.

- Что это? – осведомилась Йоруичи.

Вместо ответа Урахара потревожил еще пару клавиш, и его компьютер превратился в телевизор.

Началось вещание.

На мониторе возникло перепуганное лицо репортера европейской наружности. Немолодой мужчина, он стоял посреди трясущегося города и лепетал что-то о сильном землетрясении. Небо над ним было затянуто плотными и черными, как уголь, тучами. Гром гремел без устали, и потому слов ведущего практически не было слышно. Люди с криками проносились мимо камеры, прикрывая голову. В следующее мгновение картинка вдруг изменилась - перед объективом бежал уже другой репортер (судя по всему, из другой части света, о чем можно было судить по качающимся пальмам на улицах) и говорил о тех же бедах.

Йоруичи настороженно перевела взгляд на Киске.

- Магнитные поля, - с улыбкой отозвался тот. – Пространство-время около Земли было серьезно встревожено. Из-за этого магнитные поля расплясались, как пьяные школьницы на выпускном. Отсюда и повсеместные землетрясения. – Он поднял на нее глаза. – Или ты можешь как-то иначе объяснить то, что земля сейчас дрожит даже там, где ей физически не следует? Айзена переоценивать не стоит – управлять динамикой всей планеты ему пока не под силу. А вот межпространственная пробоина, соединяющая два параллельных мира, - этой штуке вполне подвластно раскачать нас одним лишь своим присутствием.

- Почему в Японии все тихо?

- Хм-м-м. – Урахара в раздумьях погладил пальцем переносицу. – Думаю, из-за «бублика» - мы слишком близко к эпицентру. Внутри смерчей обычно ведь тоже покой. Да, скорее всего, так и есть.

Йоруичи приложила руку ко лбу, точно ей стало нехорошо, и сморщилась так, как морщатся измученные клерки, когда им сообщают, что работать придется и в выходные. Не глядя, она захлопнула ноутбук босой ногой и процедила:

- Довольно вводных лекций. Найдем уже ублюдков и отправим их туда, откуда они прибыли. – Затем медленно развернулась и зашагала к выходу. – Поднимай задницу, Киске, одной мне лень рыскать по округе.

Урахара поднялся следом, но направился в соседнюю комнату.

- Только зря потратишь время. Что толку бегать и проверять каждый закоулок? - равнодушно сказал он. И, прежде чем скрыться за шторкой, прибавил: - Нам их не отыскать. Пока они сами того не захотят. Я уже говорил, что реяцу их душам не знакома. А без нее они тут – что капля воды, упавшая в море. Ребятишки отторгнуты окружающим миром и не имеют даже ауры присутствия.

Йоруичи в последний раз скосила глаза на лежащий в углу ноутбук и, опустив веки, безнадежно выдохнула.

- Будем ждать, - буркнул Киске из глубины дома. Он причалил к деревянному столику, на котором обычно ел, вытащил откуда-то лист бумаги с искусанным карандашом и принялся что-то судорожно рисовать. – Ничего другого не остается, - повторил он.

Но Йоруичи уже не было внутри.

***

Орихиме, Чад и Урю стояли на пустом перекрестке под неисправно мерцающим фонарем и удрученно молчали. Их друг бесследно пропал. Где он мог сейчас быть – оставалось только предполагать.

Получасом ранее ребята распределили между собой все вероятные места, куда мог бы направиться Ичиго, и разошлись на поиски. Так как мобильная связь – ввиду активности «бублика», очевидно – полностью отрубилась, встретиться затем условились здесь.

Однако ни дома (прибывшую туда Иное встретил Кон в теле Куросаки, играющий с его сестрами в приставку), ни под мостом, где они с Чадом частенько проводили время после школы, швыряя камешки в воду, ни на речном берегу, где когда-то умерла его мать (Исида знал об этом), парень обнаружен не был.

Орихиме обеспокоенно бегала взглядом по сторонам. От волнения ее глаза замерцали, а лоб побелел.

- Чертов Куросаки! – ругнулся Урю. – Ну и куда он сбежал? Это на него совсем не похоже.

Садо хмыкнул в кулак:

- Не уверен, но… может, ему просто нужно побыть одному? - заметил он. – Не знаю, что с ним произошло, но, как мне кажется, нам не стоит сейчас его трогать.

Исида поправил очки и сказал:

- Ты же видел его лицо. Выглядело так, словно у него погибли все близкие, и он растерял всякий интерес к жизни. Никогда не видел его таким. У него определенно большие проблемы с башкой.

Все трое притихли на минуту.

Наконец Исида расслабился, опустив плечи, и после короткого выдоха вставил:

- Впрочем, может, ты и прав. Кто знает, что у него на уме. – Выдержал небольшую паузу - и закончил: - Наверное, лучше и впрямь остановиться. Дадим ему собраться с мыслями.

Но сил смириться с этим решением хватило только у него. Даже Чад, его первоначальный автор, поступился своим предложением и вновь принял задумчивый вид, гадая, куда и почему могло занести Ичиго.

Над ребятами опять повисло невидимое гнетущее облако.

- О, вот вы где, - внезапно донеслось откуда-то сверху. Окликнутые тут же обернулись и задрали головы. На макушке одного из столбов, что стоял позади них в метрах двадцати, виднелся Джинта. – Вот же свезло. А я думал, что искать вас придется гораздо дольше.

- Мелкий? – удивился Исида. Как и Иное с Чадом.

Паренек спрыгнул на дорогу и, почесывая шею, подбежал к озадаченной тройке. Не дав им и рта раскрыть, он не мешкая пояснил:

- Меня старик послал. Самому недосуг топать. Мобильники не работают, а он уткнулся в свои бумаги, и теперь фиг оторвешь – строчит там все что-то да строчит, как полоумный. Эх, эта история, по-моему, всем крышу сдвинула.

Урю и остальные невесело переглянулись, подумав об Ичиго.

Джинта поспешил передать то, что ему поручили:

- Короче, - сложил он руки на груди, - вам (как и нам тоже) было велено забыть на время обо всем, что сегодня произошло, отправиться по домам и улечься спать.

Брови ребят одновременно приподнялись.

Джинта продолжил:

- Похоже, впереди нас ожидают бо-о-ольшие неприятности. Старик меня не особенно просветил, но, видимо, назревает что-то по-настоящему стремное. Вам нужно быть готовыми, когда тот пацан со своей сестрой появятся снова. Говоря готовыми, я имею в виду выспавшимися. – Он подмигнул. И видя, что Исида собирается о чем-то возмущенно спросить, спешно досказал: - Найти их мы не сможем – хоть до следующего вторника рыщи. У них не то реяцу какая-то особенная, не то еще чего… я не понял, если честно… но, так или иначе, все, что мы можем – это выкрасть обученную собаку у полиции и заставить ее вынюхивать след. – Джинта с улыбкой развел руками. – Поэтому нам сейчас желательно расслабиться и просто ждать. Нельзя напрасно тратить силы. – Помолчал немного, оглядывая своих слушателей, и добавил еще: - В общем, такие дела. Я и сам не сильно доверяю этой мысли – нужно действовать, пока не поздно! – но так сказал старик. Остается подчиниться. Он тут у нас голова.

Орихиме и парни напряженно прослушали монолог и уставились себе под ноги. Урю было что-то тихо пробурчал, желая оспорить переданное наставление, но быстро себя прервал – то, что тех двоих не был способен разыскать даже Урахара со своим арсеналом технических причуд, действительно серьезно осложняло задачу.

Так, может быть, и в самом деле не стоит напрягаться? Лучше подготовиться к битве, выиграв какое-то время, чем на горячую голову бегать за врагом, верно?

Никто из ребят так ничего и не сказал. Положение выстраивалось самое неприятное.

Джинта устало зевнул и зашагал в соседний переулок.

- Ладно, я отчаливаю, - сказал он через спину. – За всей этой шумихой успел так проголодаться (еще и работы в магазине привалило). Вам бы тоже пузо набить не помешало. Бывайте. – И пропал в темноте.

Едва паренек ушел, как Орихиме посерьезнела и, нахмурив лоб, резко развернулась.

- Я искать Куросаки-куна, - отчеканила девушка - и уверенно потопала в неизвестном направлении.

Вдруг ее остановил Чад, положив руку на плечо.

- Это не лучшая затея, - тихо сказал он.

- Садо-кун…

- Садо прав, - поддержал Урю, поправив очки. – Не думаю, что Куросаки сказал бы нам сейчас спасибо, отправься мы за ним. Впервые он выкинул что-то подобное. Оставим его. Тем более, по словам Урахары-сана, обнаружить вторженцев невозможно. И устраивать погоню нет смысла. Поэтому можешь не волноваться – в драку Куросаки не ввяжется.

Иное уже было решила отмахнуться от всего вышесказанного и сделать по-своему. Но в последний момент все же остановилась, когда подумала, что и впрямь может оказаться не к месту, если вероломно, подобно непримиримой мамаше, последует за Ичиго, нарушив его покой.

Хоть и с болезненным нежеланием, но девушка все-таки отказалась преследовать дальше их исчезнувшего друга. Больше всего ей не хотелось превращаться в постоянно ноющую обузу.

Она стояла, как пришитая, и пыталась справиться с тяжелыми переживаниями, убеждая себя, что все будет хорошо.

- Не знаю, получится ли, - наконец сменил тему Исида, - но я собираюсь сделать так, как посоветовал Урахара-сан. Не хочу валиться с ног от усталости, когда все начнется. В этом действительно есть смысл.

Он попрощался с остальными, убедился, что Садо проводит Орихиме, порекомендовал обоим так же отправиться на боковую и ушел.

Ни Чад, ни Иное не проронили за весь путь к дому девушки ни слова. И того, и другую терзало одно и то же – чувство беспомощности. Сколько бы раз они не повторяли себе, что не брать на себя роль спасителей всего и вся и оставить Ичиго с самим собой – правильное решение, покоя они не находили. Не говоря уже о надвигающейся буре проблем в виде Айзена со своей свитой и прилетевшей неизвестно откуда парочке недружелюбных подростков.

***

«Мерзкое чувство…»

Ичиго недвижно стоял посреди высокого плато где-то меж громадных гор и мертвыми глазами смотрел в пространство перед собой.

«Давно ли я стал таким жалким?»

Брови его были как всегда сдвинуты. Отчаяние, отражавшееся в его взгляде, время от времени чередовалось с животным недовольством, вспыхивающим лишь на мгновение.

«Так себя чувствуют козлы отпущения? Или я не горазд не метафоры?»

Внезапно раздался протяжный рев. И не один. Сразу несколько пустых угрожающе сотрясали скалы своим воем, медленно взбираясь на плато и окружая Ичиго. Их насчитывалось больше десяти.

Ичиго намеренно прибыл в самую высокую точку окрестностей Каракуры. Из курса вечерних лекций Рукии он знал, что именно в горах собирается наибольшее количество пустых (причину этого феномена он уже давно успел позабыть).

«Тот паренек… Каким он меня видит?»

Куросаки вспомнил о том, как Сота искренне называл его другом, и с такой силой сжал челюсти, что с легкостью смог бы сейчас перекусить железный кабель.

То, что в данную минуту испытывал Ичиго, было сравнимо вот с чем. Что чувствуют талантливые и уверенные в себе люди, когда на протяжении многих лет идут к своей цели стать лучшими в чем-то, но однажды понимают, что всегда будут существовать те, кого им никогда не переплюнуть? Непреодолимое уныние? Ненависть к своему ремеслу? Желание убить себя? Всегда есть кто-то, кто лучше нас, - для многих это открытие может стать роковым. В какой-то степени, под категорию этих бедолаг теперь попадал и Ичиго.

Несмотря на то, что он никогда не искал первенства и не стремился стать сильнее, если того не требовали обстоятельства, Куросаки привык считать себя способным постоять за своих близких и дать отпор любому зложелателю. Даже встав на нелегкий путь шинигами, он всегда видел в глазах противника признание и интерес. Даже когда был едва жив, даже когда становилось очевидно, что ему никак не выйти в победители, - что бы ни случилось, его враг, пусть и самую малость, пусть даже незаметно для самого себя, всегда оставался настороже.

Абарай, Кенпачи, Кучики…

Даже Айзен видел в нем какое-никакое препятствие, перерубывая его пополам.

Но что же он? Этот проклятый Сота?

Он определенно враг. И ему это известно. Но где же тогда была эта привычная аура битвы, которую Куросаки неизменно ощущал, всякий раз обнажая клинок перед противником?

Он называл Ичиго другом – и был при этом абсолютно серьезен. Его улыбка была неподдельной, а отношение к окружающему именно таким, каким он его демонстрировал, - наивно-детским и безобидным.

Он говорил с Куросаки как с добрым товарищем, но не скрывал и своих истинных намерений.

Вся эта нелепица выглядела так, как если бы Сота был работником зоопарка, приехавшим в джунгли на отлов тигрят, один из которых стал яростно бороться за свою свободу. Однако неразборчивое рычание крохи показалось ему настолько милым, что он и думать не подумал, что таким образом зверек выражает свое негодование. Потому тут же взял его на руки, стал тискать и причитать, что теперь они друзья навеки и он будет о нем заботиться, как ни о ком другом.

В его глазах Ичиго был не опаснее, чем невинный, беззащитный детеныш дикой природы. Сота не говорил об этом напрямую, как поступил бы любой другой напыщенный злодей ради пустого бахвальства, - для него это было так же очевидно, как для нас то, что сахар сладкий.

Эта мысль сводила Куросаки с ума. Впервые в жизни он испытывал нечто подобное – но кто бы мог подумать, что это будет настолько мерзко. Новообъявившийся агрессор физически не понимал, что Ичиго может быть способен оказать хоть сколько-нибудь значимое сопротивление.

«Ты отличный друг, Ичиго!» - в очередной раз слова Соты царапнули его по черепу.

Не выдержав, парень взревел, словно обезумел – слюна брызнула из его рта, глаза покрылись прожилками и налились слезами, - выхватил меч из-за спины и бросился на пустых.

А тем временем:

- Хе-хе… Как же мне нравится этот настрой! – прошипел белый двойник где-то в глубинах его души.