Широка река

Глава 2.

- Отец! Стой! – выбежал Саша за отцом из старого деревянного домика. – Ты не можешь меня здесь оставить! Это слишком! Прости! Я обещаю исправиться, только не оставляй меня здесь!
- Вот исправишься – сразу домой вернешься. Я обещаю, - улыбнулся мужчина.
- Отец, я сойду здесь с ума. Здесь ничего нет! – чуть ли не кричал парень от безвыходности.
- Свежий воздух, домашнее хозяйство, добрые люди. Здесь тебе самое место. Ты так не считаешь?
- Ты пошутил надо мной и хватит. Я все понял. Поехали домой.
- Нет, ты не понял, - положил он руки на плечи своего сына, - ты остаешься здесь и это не шутка. Ты будешь делать все, что тебе скажет теть Нина, и ты не смеешь ей перечить. Дозвониться до своих дружков даже не пытайся, связь здесь плохая, и яблоко твое надкусанное тебе не понадобиться, - Саввелий Александрович достал из пиджака своего сына последнюю модель iPhone-а. А интернет так вообще невиданная зверушка, как в стихотворении у Пушкина, - улыбнулся мужчина, глядя на растерянное лицо сына, - ни соц.сети, ни skype тебе не помогут. - Вы хоть будете приезжать с мамой? – поникшим голосом спросил парень. - Это тоже зависит от твоего поведения. До свидания. - Пока. Развернувшись, Саша посмотрел на старый сарай, как он сказал отцу, и поплелся к нему. Именно здесь ему надо было провести 3,5 месяца ада.

******

То место, где прибывал последние два часа Саша, казались сущим адом. Домик тетки его отца разваливался на глазах. Доски в прихожей скрипели, то ли кухня, то ли зал, что вели из прихожей, парень так и не понял, вели в небольшую комнату. Прежде чем войти он стукнулся лбом о косяк, так он был слишком высок для такого домика, то ли домик был для него слишком мал… - Осторожно, сынок, - забеспокоилась тетя Нина, - присаживайся, покушай. Небось, проголодался с дороги. В ней находилась старая, железная кровать. Та самая кровать, которая скрипела при малейшем дуновении ветерка. Она была заправлена, как ему показалось, несколькими покрывалами и сверху лежали три подушки, одна меньше другой. Ему это пусть не понравилось, но он это одобрил, так как дома у себя спал на большой двуспальной кровати с шестью подушками. На стене у кровати висел ковер, а рядом с ним располагалось старое, деревянное окно, а левее от него лавочка. По середине этой маленькой комнатки стоял столик и четыре табуретки накрытый выстиранной скатертью. У противоположной стены, где висел ковер, была кухня. Старая, потрескавшаяся мебель, местами потертая. Настольная плита, подключенная к газовому баллону. - Я уж думал, такие перестали выпускать, - буркнул он себе под нос. - Что говоришь, сынок? – суетилась баба Нина у кухни. - Ничего, - закатил парень глаза от ужаса всего увиденного. Из этой гостиной-кухни выходила еще одна комната более уже и длинней. Так сказать спальня. С аналогичной кроватью железной, покрывалами, подушки только были другие, и ковер висел в спальне на стене куда больше, чем в другой. Кровать располагалась изголовьем к такому же старому деревянному окну, а вид из него выходил, конечно же, на огород бабы Нины. Старый комод, находящийся у ног и накрытый салфеточкой вязанной на которой стояли старые, черно-белые фотографии в старых рамках еще времен СССР, подумал парень, хранили небольшую историю жизни хозяйки столь скромного дома. Рядом с комодом располагался большой, деревянный сундук, который был закрыт на небольшой амбарный замок, и сверху накрыт более длиной, вязанной салфеткой нежели комод. А у стены, что находилась напротив окна стоял потертый, деревянный шкаф, также не из новых, с тремя дверьми. Открыв его, он увидел на полках сложенную аккуратно одежду хозяйки, висевшую на вешалках одежду, а за третьей дверкой находилось кое-что из полотенец, несколько подушек и одеял . - Сарай, одним словом. Встал парень, уперев руки в бока. - Черт возьми! Что я тут делать буду?!