Шиза: три в одной

26. Шаг назад

В этой трудной пожизненной школе
Я экзамен сдаю выпускной,
Оттого среди грязи и боли
Моё тихое счастье со мной.

Я его заплетаю в косичку,
Умываю его по утрам,
Я его отпускаю, как птичку,
Я его никому не отдам…

Горло колодца плотно затянула непобедимая магическая паутина. Этой сети не страшны были никакие монстры, потому что соткана она была из светящейся облачной нити с самой вершины священной горы Ловар, что утыкалась в первое Лунное небо Райских чертогов. Сверкающая паутинка могла пропустить наверх только души тех, кто искупил свои грехи, или случайно попал не туда, то есть через такой фильтр могли пройти лишь чистые сердцем, все, кроме тех, кому положено находиться в нижних кругах.

– Приду завтра, после смены, ещё дополнительные сюда ловушки и громкие оповещалки поставлю, а то ишь, повадились. Лезут бабаи из жерла, как к себе домой, – устало пообещал араб.

Янка поняла, если для неё нынешняя ночь была полна тревог и ужасных потрясений, то для её кураторов это было совершенно обычной рутинной работой. Её мысли нарушила Мадлен:

– Напоминаю, друзья, что нам ещё сегодня необходимо завершить обряд инициации горгула.

– Да-да, надо поторопиться, уладить все формальности, пока ареопаг ещё на месте, – согласился Амир, – а то когда ещё следующего раза дождёмся! Можно несколько земных лет прождать. Тем более что нашему Агру положены особые полномочия, думаю, сразу Высшую категорию присвоят.

Горгул резко повернулся к арабу, зашелестев крыльями, его глаза осветила надежда:

– Но как? Я же сбежал с инициации, за мной даже охрана гналась. Три уродины с драконьими ножищами. Еле увернулся от них.

– Но ты же слушал правила, – холодным тоном заметила Мадлен, к которой стала возвращаться былая привычка высокомерного менторства, – это же твоей судьбы, в первую очередь, касается. Надо быть повнимательнее. Хоть иногда. Но уж, так и быть, напомню. Если оба куратора свидетельствуют, что в ночь инициации подопечный сражался с демоном ада и вкусил тёмной крови, то ему присваивается Высшая категория и особые полномочия. Он может селиться где пожелает и передвигаться не только в ночное время, а в любое, какое ему будет угодно.

Несмотря на небольшой выговор, горгул был безмерно рад слышать эти слова. Чтобы не выдать переполняющих его эмоций, он спрятал лицо в ладони. Если бы Агр не был так чёрен, то его щёки, наверняка, залились бы пунцовой краской, как это случалось раньше. Янке не хотелось снова расставаться с Агром, тем более ему предстояла такая важная и радостная церемония. Она неуверенно спросила у араба:

– А можно и мне с вами?

– И нам! – в голос повторили Янкины воплощения.

– Нн-ну… вообще-то Зрелищный колизей, конечно не место для светлых девушек, даже если они иноборцы. Но, думаю, вся основная мясорубка там уже завершилась, так что всем места хватит, – милостиво согласился Амир.

При этом Мадлен, по своему обыкновению, на него укоризненно зыркнула, мол, зачем ты им потакаешь. Вслух же произнесла:

– Считаю, что воплощениям пора вернуться домой, в Дом подсознания. Загостились уже слишком, не так ли?

– Да мы только посмотрим, как нашего Агра награждают, и айда к себе, – простодушно пообещала Орешка.

– Только маленькую Яночку заберём и сразу же по домам, – дополнила Дива.

Они летели в сторону большого скопления сверкающих огней. Издалека колизей был похож на бриллиантовое ожерелье, лежащее на чёрной бархатной ткани. С их приближением становились слышны звуки неутихающих страстей многоголосых трибун. Зрители шумели, тысячи голосов на сотне неизвестных наречий сливались в единый шум, напоминающий океанский прибой.

Больше всего Янку поразило огромное количество и разнообразие совершенно немыслимых сказочных существ, собравшихся в одном месте. Зрители принадлежали не только к разным мифологиям, на трибунах встречались представители даже выдуманных литературных миров и герои фэнтезийных киносериалов. Но она не в силах уже была чему-либо удивляться.

Однако же было довольно забавно видеть рядом фавнов и лепреконов. Или, например, гномы здесь присутствовали совершенно разных видов и размеров. От Толкиеновских полуросликов до совсем крошечных, как в советском мультике про путешествие Нильса с дикими гусями. Такая же ситуация была и с эльфами и феями. Наряду с представителями, что были обычного человеческого роста, а некоторых даже можно было назвать высокими, сновали совсем крошечные крылатые и бескрылые создания, как в сказке про Дюймовочку. Зато безобразных троллей, орков, и каких-то ещё жутких инопланетных страшилищ присутствовало бесконечное множество. Они были так же представлены в разных весовых категориях, но почему-то в основном тяготели к гигантам.

Больше всего Янку радовало, что успели они как раз вовремя – к подведению итогов, она ужасно не любила опаздывать. Их усадили на свободную скамеечку на самом верхнем ряду амфитеатра. Все остальные места были заняты ожившими сказочными персонажами, которые свистели, хлопали в ладоши, топали ногами, а некоторые ощутимо воняли зоопарком. У Янки даже в глазах зарябило от пёстрой и горластой публики. Она села между Орешкой и Дивой, взяв их за руки. Всё-таки здорово, что кураторы разрешили им быть здесь вместе.

Агра сразу, ещё на входе, увела куда-то пара очень сердитых гарпий. Сверху в походный бинокль Орешки, который та всегда предусмотрительно таскала с собой, Янка разглядела, что кураторы подошли к ложе двух верховных судей Светлому и Тёмному. Ведущий объявил о начале процедуры свидетельств. По трибунам прошёл ропот: «Что ещё за свидетельства? Откуда? Этого не было в программе!»