Школа строгого режима

Глава 4.3

Из приёмной я вылетела как из пыльного мешка. В полной растерянности  и смешанных чувствах.

Возвращаться на урок не было ни сил, ни желания и тем более настроения. Радовало лишь то, что у меня имелась уважительная причина на прогул. Мне явно не помешает привести мысли в порядок и унять предательскую дрожь.

Разговор с Соболевым оставил неприятный осадок и горькое послевкусие собралось в горле тугим комом.  Стоило ли упоминать о том, что из-за провокационных фотографий Риты  мы обе попали впросак?  Из головы не выходила мысль о связующей нити, которая скрепляла Змея и Дениса Суворова. Соболев предпочёл смолчать, оставляя свои замыслы при себе. Насколько я сгорала от врождённого любопытства, невозможно было описать словами.

Кто бы мог подумать, что главный зверь нашей школы, с которым у меня в помине не было ничего общего, теперь скалит на мою скромную персону зуб. И ладно если бы  только на меня, но Беликова отныне находится в школе на птичьих правах. До тех пор, пока Роману Александровичу не наскучат эти игры.

Остаток урока я просидела в пустом коридоре, где время от времени хлопали дверью учительской наши преподаватели.

Одно я знала наверняка: бабушке ни в коем случае нельзя об этом рассказывать. Будь то очередная двойка или окончательное исключение из школы. Она переживает события такого рода чересчур эмоционально, что нежелательно для её здоровья.

Впредь я ощущала себя цепной зверушкой, которую хозяин взял под строгий контроль и выпускает только тогда, когда ему вздумается.

Ужасное и паршивое чувство!

В ярости пнула носком ботинок несуществующую преграду, оставляя грязный след на мраморных узорах напольной плитки и направилась в сторону  столовой. Только вкусно приготовленная  еда в данный момент способна  поднять мрачный настрой и вернуть желание к жизни, даже если оно напрочь отсутствует.

Ещё больше настроение испортил громкий заливистый смех, исходящий от дверей столовой. Весёлые и жизнерадостные люди  сегодня действовали на меня как красная тряпка на быка.

Источник звука нашёлся сразу и, признаюсь честно, я пожалела уже сотню раз, что мой желудок проголодался.

Невольно взгляд зацепился за средний столик. Излюбленное место двух почётных гарпий нашей школы. Сёстры Костровы отличались друг от друга лишь скверностью своего характера, а в остальном просто чертовски похожи. Они словно зеркальное отражение своей  внешности. Неудивительно ведь близнецам свойственно быть одинаковыми, но истинное лицо человека  невозможно было скрыть  за брендовыми тряпками, которые они скупали целыми мешками.

Моё появление не осталось незамеченным и тотчас компания сестёр и их преданная свита друзей из ненавистной нами параллели, с завидной скоростью бросились шептаться, косо поглядывая в мою сторону.

Я беззастенчиво отодвинула стул и плюхнулась за первый попавшийся на глаза стол. Близняшки расплывались в омерзительных ухмылках и если бы не наш категоричный устав школы, то с удовольствием плюнула бы им обои в накрашенные физиономии.

Сколько слухов разносилось благодаря этим общипанным гиенам, которые неустанно болтают  на каждом углу, выдумывая на ходу гнусные сплетни.

После звонка помещение начало заполняться учениками.  Среди них оказалась и Беликова.  Девушка ловко отыскала меня взглядом и примчалась с расспросами, дабы удовлетворить собственное любопытство.

Всполошённая подруга, что есть сил неслась на каблуках, с огромным трудом удерживая равновесие. Странно что она не умудрилась снести какого-нибудь бедолагу с ног.

— Ну! Рассказывай, что случилось?! — с ходу начала Рита, не успевая даже привести дыхание в норму.

Закрывая глаза на свои обиды, я с превеликим удовольствием поведала ей события вчерашнего вечера. Во всех красках и подробностях, успевая лишь замечать, как меняются эмоции на лице шатенки. Утаила лишь детали нашего со Змеем утреннего диалога, поскольку он потребовал от меня неразглашения сомнительного, на мой взгляд договора. Если его подлый шантаж в принципе можно было назвать договором. В чём я значительно сомневалась. Да и не хотелось лишний раз пугать Риту её возможным  вылетом из школы.

— Да, и, кстати, Соболев просил передать тебе, что ты теперь тоже на отработках, — финальный аккорд в моей истории возымел огромный  успех и обескураженным видом Беликовой я осталась предельно довольной.

— А я уже думала, мне ничего не испортит сегодня настроение, но этот сноб,  как всегда, постарался, — язвительно пробурчала Маргарита. — А ты? Почему не сказала, что тот Денис это и есть твой бывший? Получается этот Суворов  друг Павла Сергеевича ?

— Я не знаю, но, возможно, он просто из общей компании, — предположила я.

— Как ты вообще додумалась брякнуть, что Змей твой  парень? Мне кажется, он даже не догадывается, что в мире помимо уголовного права вообще что-то существует! Бьюсь об заклад, что Соболев даже ничего не понял! Наорал просто по привычке! — сокрушённо возмущалась подруга, царапая стол острыми ноготками.

Да, с приходом Романа Александровича в нашу школу у нас многое изменилось. Помимо введения устава и трёх «жизней», которые давались до окончательного исключения, Соболев наладил и хромающую дисциплину. Прошло уже больше двух лет, как мужчина успешно выстраивает здесь свои порядки и частенько замещает директора, если тот по какой-либо причине отсутствовал на рабочем месте. Вначале темноволосого преподавателя не восприняли всерьёз, даже несмотря на его тяжёлый с презрительным и хищным прищуром взгляд. Грозовые, тучные зрачки зачастую смотрели свысока и никак иначе.