Школа танцев "Поцелуй"

Глава 8. Он

… Впервые в пилонном зале

— Ненавижу тебя! Почему ты вечно всё портишь?! Лучше мне вообще уйти из этой чёртовой школы, раз ты не умеешь работать с людьми!

Кирилл привык слышать от Даши разное за время их знакомства. Но к её слезам он не привык до сих пор. Обычно они были признаком боли поражения, несбывшихся планов, надежд, возложенных на тот или иной чемпионат, а сейчас блестящие капельки в уголках её глаз казались знаком её в нём разочарования.

— Сегодня ты себя превзошёл! Если хотя бы половина из них вернётся — я отдам тебе месячную зарплату! — кричала на него Даша, указывая рукой на дверь, за который скрылись их понурые разбитые ученики.

Кирилл сглотнул комок в горле и закусил щеку изнутри, чтобы не сказать что-то такое, о чём потом будет жалеть. Он уже жалеет, что многое наговорил этим вечером незнакомым людям, которых знал лишь как имена, записанные в журнале учёта его рабочего времени. Но Даша не они, Даша — важная часть его жизни, так что надо заткнуться и слушать, что бы она ни несла.

— Почему, Кирилл? Ну почему? — Слезинки в глазах Даши увеличились в размере. Казалось, ещё чуть-чуть и потекут, не справившись с гравитацией.

— Прости, — ответил он хриплым голосом.

— Ты знаешь, мне нравится здесь преподавать. Дома я мать, жена, домохозяйка, любовница, хрен его знает кто ещё, но только здесь я танцовщица! Мне двадцать семь, я уже никогда не выйду на паркет, никогда не испытаю волнение в ожидании результата. И только здесь, с тобой, я будто бы снова я. Почему ты так себя ведёшь? Неужели тебе совсем не хочется танцевать? Не хочется ощутить, как приятно делать что-то, в чём ты лучший?

— Даш, ну прости. Сегодня был тяжёлый день…

— У тебя каждый день тяжёлый, — буркнула она обиженно и повернулась к нему спиной. Даша наклонила голову, и Кирилл был уверен, что она утирает слёзы, не желая, чтобы он видел её такой опустошённой.

Она права, сегодня он превзошёл сам себя в самом отвратительном смысле этого слова. Позволил себе повысить голос, перейти на личности, едко и зло комментировать чужие неудачи. Но дело даже не в этом. Он с феерическим успехом создал в классе настолько тягучую, мерзкую атмосферу, чтобы в ней можно было увязнуть, как в слизи. Куда уж танцевать, в ней даже ходить было сложно. Кирилл понял: он только что украл час у чужих людей. Обычный час обычной жизни. И вместо этого он, педагог, вернул им такой час танго, какой не жалко было выбросить в помойку. Ещё и денег за это взял.

— Ну правда, прости, — ещё раз повторил он, борясь со стыдом, сковывающем горло.

— Ты из-за зала взбесился? — Даша посмотрела на него крапчатыми глазами. Карими, по поверхности которых кто-то будто разбросал искры золота. Единственные карие глаза, что Кирилл считал красивыми.

— И из-за зала тоже. День поганый. Я извинюсь в следующий раз… если кто-то из них придёт.

— Ну, абонементы оплачены до конца месяца, хоть кто-то должен, — хмыкнула Даша, а потом её глаза снова влажно заблестели. — Тебе хорошо, у тебя есть другая работа, а у меня только эта, — пожаловалась она. — Обидно будет её потерять.

— Всё хорошо, я успокоился. — Кирилл глубоко вздохнул и выдохнул. — Видишь. Я контролирую себя и признаю свои ошибки.

— Надеюсь, ты хотя бы злился по достойной причине, а не потому, что ты просто такой козёл.

Судя по всему, Даша ещё не простила его окончательно. Он и сам был бы рад думать, что злился не просто так. Чего он, правда, так вызверился? Из-за того, что Антон провёл ночь с новенькой Алёной? Кирилл знал, почему вспыхнул из-за этой новости. Он помнил историю со Светой. И хотя это было не его дело, Кирилл не мог не представлять, что то же самое, вполне вероятно, ожидает и Алёну. А ведь ей всего семнадцать. Конечно, не ему играть в их любовной истории роль полиции нравов. В свои семнадцать он прекрасно знал, что такое женская любовь. Благо постоянные отъезды из дома и россыпь красавиц-танцовщиц рядом этому способствовали. И всё же, Алёна казалась ему слишком чистой и наивной для своих лет. Почему Антон выбрал именно её, ведь рядом полно доступных девиц, половина его группы уж точно? Но теперь уже ничего не сделать. Если эти двое вместе, остаётся лишь надеяться, что Алёну не ожидает судьба бывшей партнёрши Антона.

Ещё Кириллу досаждало понимание того, что хорошо относящихся к нему в «Поцелуе» людей можно пересчитать по пальцам одной руки, и то два пальца остались бы лишними. А теперь, раз уж Алёна в чужом лагере, на его стороне остались только Еся и Даша. Если Даша ещё на его стороне, что тоже не факт.

— Мир? — предложил он, глядя в печальные карие глаза Даши.

— Мир. — Она протянула ему руку как бы нехотя, но Кирилл с наслаждением пожал её тонкие пальцы. Пальцы, которые он столько раз ощущал в своей руке, что они вросли в его жизнь, как корни дерева в удобренную почву.

Такой вот дерьмовый денёк. Не первый в его жизни и далеко не последний. И вряд ли сегодня случится ещё что-то хуже. С такими мыслями Кирилл проводил Дашу до выхода, отметив про себя, что Алёны не было на её привычном месте за стойкой. Наверняка они с Дашей слишком подзадержались, и девочка ушла домой. Ну что же, к его услугам всегда был запасной ключ. Кирилл понял, что непроизвольно искал юную подружку Антона взглядом, хотя и сам не знал почему. Наверное, привычка. Вроде бы учёные доказали, что привычка вырабатывается за двадцать один день, а Алёна проработала в школе полтора месяца. Ясное дело, что он к ней привык.