Школьный фартук

Часть 8.1.

А Сытин подумал: «Дочка ли Таня Киселёву? А если Бекетов, уходя, жену брюхатую оставил? И Киселёв об этом знал или догадывался. Девочку любил, но своей так до конца и не признал».

Андрей вернулся на пятый этаж, и снова вдавил кнопку звонка. На этот раз дедок открыл быстро. Заходить внутрь Андрей не стал, он с порога огорошил Киселёва:

— Я тут вам пообещал сказать, кто мучает вас кровавыми фартуками, так вот, мне нужно, чтобы вы дали согласие на эксгумацию.

— Чааавооо? — по-деревенски произнёс бывший преподаватель вечерней школы, посерев кожей и изменившись в лице.

— Подозреваю, что фартуками напоминает о себе бывший муж вашей жены, и он же, по совместительству, настоящий отец Тани.

В таких вопросах Сытин старался быть как можно деликатнее, но не сейчас. Андрею так противен был Киселёв, что он с удовольствием ткнул ему острым шилом в самое больное место. Старик сдулся, вот прям скукожился, уменьшился, словно гриб под палящим солнцем. Сытин уже пожалел, что так огорошил старика, как бы не пришлось скорую вызывать.

Но старый трухлявый пень просто так не сковырнёшь! Он закалён в своей нетерпимости к людям. С ненавистью посмотрев на Сытина, спросил со злобой:

— А если не соглашусь?

— Ну, тогда пусть вам и дальше фартуки вешают, — пожал плечами Сытин.

А дальше события развивались так, что опытный опер, не отличавшийся медлительностью, даже не успел отреагировать.

— Кровь моя нужна? — спросил старик и, не дожидаясь ответа, метнулся в кухню.

Сытин по инерции пошёл за ним, хотя зарекался не заходить больше в эту квартиру. Павел Акимович схватил большой нож, валявшийся на столе, и резко полосонул ладонь левой руки. Андрей только вздрогнул. Кровь из глубокого пореза хлынула ручьём.



Отредактировано: 03.11.2019





Понравилась книга?
Отложите ее в библиотеку, чтобы не потерять