Школьный хулиган

Глава 22. Дружеская поддержка

«Всё человеческое умение не что иное, как смесь терпения и времени.
О. де Бальзак»

Пялясь уже минут пять в плакат в коридоре школы, я потёр затёкшую шею. Странно выражались, однако наши предшественники, но может тип со странной фамилией Бальзак прав? Время и терпение, с первым у меня всё отлично, я молод, а со вторым не очень. Терпение как у ребёнка — ноль! И чего все эти доисторические умники выпендриваются своими цитатами из пабликов? У самих-то теперь ни одного, ни второго нет. Так и хочется врезать себе по лбу, на что я только трачу своё время? Человечек в углу плаката с цитатой, строго посмотрел на меня и грозился выбить всю дурь палкой державшей в правой маленькой ручонке. У меня едет крыша, однозначно!

В нашей тусовке появилась Стася, благодаря Стасу, спасибо друг!, мелкая не отлипала от него не на минуту. Постоянно вешалась и целовала, фе! Так и хотелось бросить их сладкой парочке вслед «снимите себе апартаменты и занимайтесь там своим развратом». И нет, я не завидую. На меня вон постоянно кто-то поглядывает с интересом в глазищах. Внимания вагон, и только маленькая тележка ходит мимо с понурым видом, и даже нос от меня воротит.

Прочитав ещё раз дурацкий плакат, я вздохнул. Легко сказать, трудно сделать. И как вырваться из пелены преград? То родители, которым я не отвечаю, а они названивать, то Даша. Ладно, хорошо, названивает только мать, отцу как было фиолетово, так и осталось. И я несказанно раз этому факту. Батя ты супер! Раз в жизни, но смог угодить.

Слишком много драмы в жизни Бекетов, пора бы переключится на канал «комедия» и продолжать тусить, не парясь о девушках и прочем.

— Что Жека знакомые буквы увидел? — светящаяся как начищенный пятак, подбежала ко мне Стася, и хлопнула по спине своей худой ладонью.

Снова она. Да что за проклятье пало на меня, в чём я провинился, вселенная скажи?

Вселенная пожала плечами и отпила смузи причмокивая.

— Стася, — изобразил я радость, делая упор на сарказм, — какая неожиданная и приятная встреча. Мы не виделись сколько? А да, сорок пять минут. Я успел соскучится.

Зарецкая уловила враньё в моей тоне, и усмехнулась.

— Не сомневаюсь. — Скрестила она руки и уставилась в тот же плакат что и я.

— Где твой «плюс один»? — мимоходом поинтересовался я, искать Стаса самому было лень, а эта чокнутая всегда знала местоположение своего фаворита.

— Мой «плюс один» курит, задолбал, затолкала бы эту гадость ему в пасть, но, — похлопала она длинными ресничками, — у нас любовь, и я должна принимать его любым. Даже дымящим как паровоз.

— Принимается, — похлопал я в ладошки, — ты отличная подружка Настён, я потрясён.

— Я знаю малыш, — а дальше она восторженно воскликнула, — а вот и мой Стасик.

Я и слова вставить не успел, как ненормальная побежала в объятия своего принца. Для них расставание на сорок пять минут всегда заканчивается одним и тем же, зажиманиями и поцелуями. Какая же пытка. Почему я не могу кото-то зажать в углу как раньше? Ну, что за собачья преданность Даше? Я же не пёс, наверное!

От несправедливости мира я опёрся спиной о холодную стену. Хотел, как в драматических девчачьих романах сползти вниз, но вспомнил, что только вчера купил свои джинсики, и пачкать, не намерен. Страдания страданиями, но вещи дорогие я ценю больше. Ждать влюблённых голубков пришлось недолго, Стас, заметив меня, обнял свою пассию за талию подошёл ко мне и пожал руку.

— Чего хмуришься? — заметил наблюдательный Соловьёв.

— Жека не хмурься, а то в старости всё твоё личико покроется глубокими морщинами, и даже крема не спасут, — посоветовала Стася, явно с намерением поиздеваться.

Ничего Жека терпеливый, отныне точно будет таким, как завещал старина Бальзак. Он жил дохрена лет тому назад, и когда писал свою цитату, точно знал, что однажды её прочитаю я, и она мне пригодится в будущем.

— Спасибо за заботу дражайшая, это всё, аль ещё советами нас потчевать станете? — не остался я в долгу.

— Смотри Стас, наш малыш новые слова выучил, завтра думать научится, и разберётся где и как надо их употреблять, — как любящая матушка потрепала она меня за щеку.

Сучка!

Соловьёв прикрыл лицо, посмеиваясь над нашими перепалками. Я вот смотрю на своих друзей и понять не могу, как они терпят друг друга, когда остаются наедине? Стас без иронии умный, но Стася-то умнее, и легко давно могла задавить его, а он вон довольный лыбится скот.

— Ладно, пошутили и хватит, сейчас серьёзно, — предупредил Стас, отпустив, наконец, свою девушку, — Жека у тебя скоро день рождения, или я один помню об этом факте?

— День… чего? — насмешливо переспросил я, словно не расслышал. Вот уж никогда бы не подумал, что Соловьёв помнит о такой ерунде.

— Дурачок, — сделала вывод Стася, цокая языком, — мы хотели тебя развеселить. Твоя кислая мина всем осточертела Бекетов, пора вернуться на пьедестал крутости и уверенности, — последние два слова она пропела на весь коридор, даже школота оборачиваться стала.

Райнес где-то рядом заржала на всё село. Стася уловила своими ушками локаторами неприятный звук и у виска покрутила, обернувшись к Крис. Между ними постоянно чувствовалось напряжение, и девушки часто почти набрасывались с кулаками, в желании показать кто лучше, но их всегда останавливал Стас. Я вначале не вкуривал в чём сыр бор, а потом меня посвятили в то, во что я не просил. Кто б мог подумать у этих троих любовный треугольник. Шутка минутка! Меня этим бабам мало я не пойму?