Сходила замуж. Больше не хочу!

Глава 8.

— Мы просто поссорились с Русланом, — аккуратно подбираю слова. — Он очень странно себя ведёт.

— А в чём это выражается? — Я не вижу её лица, но чувствую её реакцию. Бабушка расстроена.

— Всего по телефону не расскажешь. — Я правда не знаю, как описать, что человек, который казался тебе вполне предсказуем, вдруг стал совершенно иным. — Да и не хочу, если честно. Нам осталось отдыхать здесь четыре дня. Вернёмся и расскажу.

— Надо же… — чувствую в голосе нескрываемое удивление. — Вы, видимо, пошли по тому же пути, что и мы с твоим дедушкой в своё время.

— То есть? Вы тоже ссорились в первые дни после свадьбы?

Удивлена! А мне их брак всегда казался образцом для подражания, и я никак не могу их представить ссорящимися так же, как и мы.

— Когда мы поженились, начали ссориться чуть ли не каждый день. — Бабушка тихонько смеётся. — Причём, мы умудрились поссориться в первую же брачную ночь! Представляешь! Из-за ерунды, из-за глупости… А тогда нам это, конечно, казалось концом света. На следующий день даже разводиться собрались. Правда, у обоих хватило ума не дойти до этой грани.

— Прямо как у нас…

— Да, такое бывает, Света. Ничего удивительного.

— Разве? — с сомнением говорю ей. — А может быть, это просто знак, что мы не подходим друг другу?

— Ерунда! Вы притираетесь! Ничего страшного в этом нет. Плюс усталость от пережитого стресса. Свадьба, особенно вашего масштаба всегда стресс. Кроме того, вы же не жили вместе. Только встречались, миловались, а теперь двадцать четыре на семь вместе. Растерялись.

— Ба, дело не в растерянности.

— Свет, ты у нас девушка импульсивная. Ты привыкла, чтобы всё было по-твоему, — напоминает мне бабушка о моём характере. — А он тоже парень своеобразный. Но если вы выбрали друг друга, значит, надо как-то притираться. Успокойся, внучка. Отдохнёте, и всё наладится! Главное, когда спать ложитесь — обязательно миритесь! Остальное ерунда!

— Ба, погоди пока с выводами, — всё-таки перебиваю её наставления. — Давай я сначала расскажу вас всё, а потом уже будем думать кто чем к кому притёрся.

— Ладно, приедешь, расскажешь. Главное — не горячись! Решения, принятые на эмоциях, как правило, самые неверные. Всё, отключаюсь. Дед зовёт. Не ссорьтесь! В конце концов, у вас медовый месяц! — подбадривает меня.

Сжимаю в руке телефон, представляя, как изменится видение ситуации моих родных после того, что я расскажу им о своём муже.

Стыдно… Конечно, стыдно! Ведь это я, такая умная и знающая, как жить, позволила обвести себя вокруг пальца.

Я сама виновата, что не разглядела Руслана.

Но, с другой стороны, кто не ошибается в этой жизни?

Расположившись на веранде, откинувшись на спину плетёного стула и наблюдая за красотой видами, рассуждаю о том, что сказала мне бабушка.

Красота, которая простилается перед моими глазами никак не вяжется с тем, что творится в моей душе.

Конечно, я не собираюсь сразу же бежать в ЗАГС с заявлением о разводе. Это означает, что я сдаюсь, не поняв до конца правил игры моего мужа.

Но совершенно точно теперь стану наблюдательнее и буду обращать внимание на то, как мой муж будет проявлять себя в родных стенах нашего дома.

Рассуждая о будущем, вижу, как неожиданно оживает телефон Руслана.

Кстати, надо обрадовать его, что его дорогой гаджет не сломался.

Замечаю на экране звонок входящий. И снова «Мама». Вот и впрямь крайне назойливая дама!

Не знаю, насколько уместно брать трубку, и пока раздумываю, экран телефона внезапно гаснет.

Звонок сброшен. А следом за телефонным звонком летит сообщение:

«Руслан, мы недоговорили! Ответь на мой звонок! У меня для тебя сюрприз...».

А дальше несколько смайлов с поцелуями.

Стоп! Смайлов с поцелуями?

Чувствую, как сердце начинает стучать в усиленном темпе. Обычно я не замечаю его ритма, а сейчас гулом в ушах стоит быстрое «тук-тук, тук-тук».

Я не дура, чтобы понять, что с мамами так не общаются.

Ничего не остаётся, как до конца выяснить правду.

Несмотря на растерянность, уверенно набираю последний звонивший номер.

Ответ на той стороне практически мгновенный, будто только и ждали моего звонка.

Я ничего не успеваю сказать или спросить, когда всего четыре слова томным голосом вводят меня в окончательный ступор:

— Я вижу тебя. Встречай.

А дальше короткие гудки.

Не теряя ни минуты, желая понять, кто кого видит, кто кому готовит сюрприз, я, словно на автопилоте, натягиваю на ходу первый попавшийся топ, шорты, всовываю ноги в босоножки.

Спешу из номера, в надежде, что на закрытой территории отыскать Руслана мне будет несложно.

Спускаюсь вниз, прохожу по тропинке. Сердце колотится с бешеной скоростью.

Останавливаюсь, чтобы перевести дыхание.

Воздух, который я жадно глотаю, обжигает горло. Ноги слегка трясутся, и унять эту бешеную дрожь никак не получается.

Прислоняюсь к прохладной колонне, и в это время замечаю своего мужа.

Он сидит за стойкой у открытого бара, и пьёт какой-то коктейль.

Откинувшись на спинку барного стула, он медленно вращает в пальцах бокал с жидкостью и улыбается на шутку бармена.

Догадываюсь: его, в отличие от меня, совсем не расстроил наш конфликт.

Не успеваю сделать следующий шаг, как замечаю девушку, идущую в сторону бара.

При условии, что Руслан среди мужчин сидит один без пары, что-то подсказывает мне: девушка как раз есть та самая «мама», которая приехала сделать сюрприз любимому сыночку.

В голове проскальзывает мысль, что надо подождать и не торопиться подходить к нему. Я ведь прекрасно понимаю, что, если я выйду, она, заметив меня, может развернуться и уйти. А я этого меньше всего хочу!

Мой взгляд сосредоточен к девушке. Её плавная походка, будто у кошки, выслеживающая добычу, кажется, мне очень знакомой.

Но широкополая шляпа отбрасывает тень на её лицо, и больше очки не позволяют узнать лицо. Однако фигура совершенно точно знакома.