Шпф

ШПФ. Людям свободных профессий.

ШПФ

Людям свободных профессий

Роман

To Maria Orobinska

                                                    ***

• Доброе утро.
• Доброе, черт бы его побрал.

          Бультерьерочка нежилась под белым одеялом. Казалось, нет на свете той силы, которая способна была бы встряхнуть это непоправимое состояние: хотеть лежать в постельке и ничего не делать. Не думать, не спрашивать, играть в примитивную яркую игрушку в телефоне, периодически отстранённо смотреть в потолок с наклеенными цветными звёздами, и снова ничего не делать. Позавчера она со злости разбила мозаичный витраж в ванне, он разлетелся по всему желтоватому кафельному полу, осколки-крыски попрятались по углам и под плинтусом.

-   Вот это вечер..., - просопел в нос Андрис.

- Ничего, из осколков звезды вырежем, - индифферентно промурчала Бультерьерочка и, собрав в ладошку горстку стеклышек-блестяшек, ушла в комнату. ,,Гуцгуц,,, - щёлкнул замок, завибрировала кровать, хрустнул выключатель.

          Меня зовут Андрис и это – моя история. Пасмурным утром июня 2019 года, которое как брат-близнец было похоже на любое другое летнее утро в этом регионе, самолёт авиакомпании Чайна Саузерн приземлился в международном аэропорту Гонконга и, выпустив сонных пассажиров, скрылся среди десятков других лайнеров в зоне техобслуживания. Перехватив наспех кофе, я поспешил в метро, и через полчаса уже завтракал в крошечном, какими они лишь и бывают в Гонконге, Старбаксе, в районе Сентрал. За окном с грохотом истребителей пролетали старые двухэтажные трамваи, машины тормозили перед каждым пешеходом, струйки людей просачивались вдоль узких тротуаров, заблаговременно занятых уличными торговцами, в поисках входа в метро, который под силу найти только местным. В Гонконге самый лучший в мире Старбакс. Серьезно. Нигде ранее не сталкивался я с такими приятными мелочами, как рукописные пожелания приятного дня от бариста, предложением забронировать столик на завтра, (если мне нужно будет здесь поработать) непринужденным разговором о современном искусстве с детальнейшей компаративистикой американских, японских, мадагаскарских, каких-угодно аналогов.   

     - А что ты вообще здесь делаешь?

Бариста отвлеклась от большой глянцево-стальной кофеварки. Такие вопросы обычно загоняют меня в логический тупик. Как вопросы из серии ,, Как дела?,, / ,,Ты меня любишь?,, / ,, Который час?,, и машинно-отработанные предложения рассказать о себе на собеседовании.     

• Да по работе..., - выжал я из себя-лимона.                                                       - Ну, я серьезно, - девочка-бариста, не поднимая на меня глаз, заполняла какие-то фиолетовые бумажки, а я почувствовал себя самый большим в миру лгуном.

-Ну, говори ..., - ловко подталкивала она, - и я начал падать.                                                – Режиссер я, cпектакль ставить, в студии ...                                                               -,,Странная Лесли,,? , - под нос, продолжая что-то быстро-быстро писать, спросила она.

• Ммм, да, на Ван Чай, - без энтузиазма ответил я.

Эта девочка слишком знакома с культурной жизнью города, если она знает Странную Лесли, в моем представлении это заштатный чердачек в кулуарах нервного города. 

 -  Ладно, потом поговорим, - оборвала она разговор, и уже была вся во внимании к следующему клиенту. Еспрессо, двойной, ок.

Целый день я бесцельно гулял по городу. Доехал трамваем до ипподрома, обошёл его под эстакадами, прошёл вдоль музея футбола, нырял в дюжины мелких подземных переходов, перебегал перед машинами, которые вылетали из фантастических узких лабиринтов старой застройки, снова вышел у главной трамвайной линии, прорезающей центр города с востока на запад, купил апельсины на вест маркете, проехал до следующей станции в переполненном метро, перехватил пару коктейлей в приятном баре Zero, и, обессиленный и довольный, грохнулся в огромную мягкую вафельную постель отеля напротив протестантской церквушки. Спокойной ночи.   

     Сон Андриса: Ее зовут Бультерьерочка и она хочет новые туфельки. Если есть Бг - то это туфельки, твердит она, медленно рассматривая свою огромную коллекцию обуви, которую уже некуда складывать.     

- Нет, нет, и нет!, - дирижируя воздух размашистыми жестами, заговорщически,  в полголоса,реагирует Че. - Ну ка, Фидель, помоги!                     

Тигриным рывком из кресла на сцену взмывается Фидель Кастро. Широкими уверенными шагами Фидель приближается к деревянной трибуне, обитой государственными флагами Кубы и портретами Курта Кобейна. Переполненный зал взрывается длительной непрекращающейся овацией, переходящей в заворожённое ликование. Фидель, Фидель, Фидель, - эхо несётся над головами, возвращается обратно, и распыляется цветными воздушными шарами. Че нервно хрипит: Нет, нет и нет! Толпа, повинуясь, умолкает. ,,Нет, нет, и нет, - тараторит в такт Фидель и отбрасывает в сторону листки с заранее заготовленным текстом. Листки летят в зал. Читаю: Меню.                                             

- Товарищи, - откашлялся Фидель, - культурная революция, о необходимости которой так давно говорил Лагерфельд и мой аккаунт в Инстаграмм, свершилась! Ура, товарищи!                                              Зал снова взорвался тысячей голосов и голосков. Че, сидящий на краю сцены, закрыл уши, и зал немедленно умолк. Фидель:  ,,Есть ли Бог, товарищи? Бога, товарищи, нет! Есть ли Лагерфельд, товарищи? Лагерфельд, братья, есть! Каждая красивая девушка достойна самых красивых туфелек, - изрек Фидель, повернувшись в подтуловища к Бультерьерочке. Она покраснела и опустила глаза. Жидкие хлопки в зале.                                     - Каждая Бультерьерочка, повторяю каждая, достойна самых лучших в мире туфелек. Ведь что такое туфельки? Туфельки, товарищи, это воплощение женского либидо и ключ к ответам на все вопросы, которые вы никогда никому не зададите. Туфельки - это пароль. Туфельки - это самый прогрессивный в мире пикап и арт-объект. Туфельки - это ваш тугой кошелёк, воплощённый в изящных изгибах кожи и звонких каблучках из набука. Туфельки, туфельки, туфельки! Вперёд!  Вся власть туфелькам! Да здравствует культурная революция! Да здравствует Лагерфельд! Пусть живет новая коллекция женской обуви весна-лето 2020! Ура, товарищи!                                                        Зал в едином порыве взмыл руки вверх, да так, что, показалось, задрожал потолок, и импульс долетел морскими каплями до нудистских пляжей Флориды. Рауль Кастро меланхолично заиграл регги, Че отдал честь в тёмный зал, Фидель затянулся сигарой, по-отечески поглядывая на Булю.                Бультерьерочка, Лагерфельд, овации!