Шпионка для ректора

9.

Десять лет назад. Арвенхольм.

Жизнь в Академии Серебряных Врат обрушилась на Алисию водопадом впечатлений, строгим распорядком и постоянным, изматывающим шумом. Не физическим шумом — хотя в коридорах общежития и столовой всегда стоял гомон, — а магическим. Каждый зажженный светильник, каждое защитное заклятье на дверях, каждая неумелая попытка студента соткать иллюзию или призвать элементаля оставляла в воздухе свой след, свое "эхо". Для Алисии это было сродни жизни внутри гигантского, никогда не умолкающего оркестра, где музыканты репетировали вразнобой.

Ее соседкой по комнате в Башне Рассвета оказалась рыжеволосая, веснушчатая девушка с курса зельеварения по имени Сара. Она была болтлива, непосредственна и с первого дня пыталась втянуть "тихоню Алисию" в водоворот академической жизни.

— Смотри, это аудитория практики для старшекурсников, — тараторила Сара, таща Алисию по бесконечному коридору. — У них фиолетовые мантии с серебреной вышивкой, видишь? И смотрят на нас, зеленых, свысока. А вон библиотека… Ох, и не напоминай! У меня к завтрашнему дню три свитка по истории трансмутации осилить!

Алисия кивала, стараясь запомнить маршрут, но ее внимание постоянно улавливало другие "достопримечательности". Вот на стене висел старый гобелен с изображением битвы при Арденских полях. Для других это был просто ковер. Для Алисии он был оглушительным хором клинков, криков и разрывающихся заклятий, застывшим в нитях на века. Звук был приглушенным, далеким, но от этого не менее весомым.

Учеба давалась ей парадоксально. Теорию, сухие формулы и законы магической динамики, она схватывала на лету. Ей было понятно, почему заклинание должно быть выстроено именно так, а не иначе. Но на практических занятиях начинались проблемы.

Первый урок по призыву элементаля воздуха проходил в специальном зале, стены которого были покрыты рунами поглощения. Преподаватель, суровая женщина с седыми волосами, туго стянутыми в пучок, продемонстрировала простейший жест и вербальный компонент. Студенты, выстроившись в ряд, стали по очереди пытаться повторить.

Алисия наблюдала. Она видела, как ее однокурсники сосредоточенно шептали слова, водили руками, и в воздухе робко зарождались слабые вихри, больше похожие на дуновение сквозняка. Каждый такой вихрь звучал для нее тонким, свистящим воем, похожим на ветер в щели.

— Варден, ваша очередь, — строго сказала преподавательница.

Алисия глубоко вздохнула. Она повторила жест, произнесла слова. Но ее сознание, ее внутреннее ухо, было настроено не на создание, а на восприятие. Вместо того чтобы сконцентрироваться на формировании заклинания, она невольно прислушалась к его "звучанию" в момент зарождения. Ее магия, послушная ее воле, не стала создавать новый вихрь. Вместо этого она резонировала с эхом только что рассеявшегося заклинания предыдущего студента — с тем самым свистящим воем.

Рядом с ней с громким хлопком возник не просто ветерок, а небольшой, но яростный смерч, который рванул к потолку, закрутил волосы Сары и сорвал со стола несколько пергаментов.

В классе на секунду воцарилась тишина, а затем раздался смех.

— Нестабильно и неконтролируемо, Варден! — крикнула преподавательница. — Вы что, не слышите, как рвется магическая ткань? Сконцентрируйтесь!

"Но я слышу", — с тоской подумала Алисия, чувствуя, как горит лицо. — "Я слышу слишком много".

Именно в библиотеке она нашла временное спасение. Здесь, среди высоких стеллажей, наполненных древними фолиантами, царила иная акустика. Эхо здесь было старым, приглушенным, ворчливым, как шепот самих знаний. Она могла часами сидеть в одном из глубоких оконных проемов, уткнувшись в книгу, и просто слушать. Шепот заклинаний, что столетия назад накладывались на чернила, чтобы защитить текст. Гулкое молчание запечатанных манускриптов. Даже камни стен здесь звучали иначе — не громко и вызывающе, как в главном зале, а глубоко и мудро.

Однажды, блуждая по одному из нижних ярусов библиотеки, она наткнулась на запертую дверь с потускневшей серебряной табличкой. Дверь была старая, дубовая, вся покрытая сложной резьбой. Из-за нее доносился звук. Не просто эхо, а настоящая мелодия — тихая, печальная и невероятно сложная, словно кто-то играл на невидимой арфе.

Алисия не удержалась и прикоснулась пальцами к холодному дереву.

И тут ее сознание накрыло волной.

Она не просто услышала музыку. Она увидела ее. Перед ее внутренним взором проплыли образы: пылающие закаты над горными пиками, шепот влюбленных в тенистых садах, отчаянные клятвы, данные под звездами, и горечь невыполненных обещаний. Это была не магия заклинания, это была магия памяти, эмоций, вплетенная в саму древесину двери кем-то невероятно могущественным и безумно тоскующим.

Звук был таким ясным, таким реальным, что у нее навернулись слезы. Она не знала, сколько простояла так, зачарованная, но внезапный голос заставил ее вздрогнуть и отпрянуть от двери, как от раскаленного железа.

— Мисс Варден? — это был тот самый голос, низкий и узнаваемый.

Сердце Алисии упало куда-то в ботинки. Она медленно обернулась. Профессор Торн стоял в нескольких шагах, его скрещенные на груди руки и слегка наклоненная голова выдавали любопытство. Его серая мантия казалась частью теней коридора.

— Профессор, я… я просто заблудилась, — пролепетала она, отчаянно пытаясь отвести взгляд от двери.

— В этом я не сомневаюсь, — его взгляд скользнул по ее лицу, а затем перешел на дверь. — Однако, судя по вашему выражению, вы нашли нечто гораздо более интересное, чем дорога к отделу астрологии. Эта дверь ведет в закрытый архив. Доступ туда имеют лишь преподаватели и студенты выпускного курса.

— Я понимаю. Я просто… почувствовала что-то, — снова это глупое слово вырвалось у нее. Она не могла сказать "услышала".

Торн сделал шаг ближе. Его серебряные глаза изучали ее с неослабевающей интенсивностью.