Шпионка для ректора

17.

Стыд от столкновения с Торном и ярость на собственную неосмотрительность не давали Алисии покоя весь вечер. Она не могла сидеть сложа руки. Ей нужно было действовать. И первый шаг — добыть информацию. Естественным источником была Эмили.

Она застала соседку за изучением какого-то модного журнала с иллюстрированными заклинаниями для укладки волос.

— Эмили, — начала Алисия, садясь на свою кровать и делая вид, что разбирает сумку. — Эта профессор Грейс… она всегда такая… строгая?

Эмили отложила журнал, ее глаза загорелись привычным огоньком сплетницы.

— О, Элеонора? — она понизила голос, хотя в комнате никого больше не было. — Я помню, Мириам про нее рассказывала. Ну это подруга сестры Джофа…

Алисия поражалась талантам соседки: да она в жизнь не познакомилась бы с таким количеством людей, не говоря уже о запоминании их биографии. Хотя были в ее детективном прошлом и дела, требующие контакта и тесного общения с разными людьми.

— … она вообще-то обычно не такая злая, — продолжала болтать Эмили. — Ну, знаешь, холодная, высокомерная, считает себя королевой Академии. Но сегодня она на тебя прямо сорвалась!

— Почему? — искренне удивилась Алисия. — Я же ничего не сделала.

— А ей и не надо, — многозначительно подняла бровь Эмили. — Она давно считает себя неофициальной спутницей ректора Торна. Мечтает занять место рядом с ним, а он… ну, он держит всех на расстоянии. А тут ты. Новенькая.

Алисии показалась, что она сейчас лопнет от комичности — и трагизма — ее положения.

— Да брось, а при чем тут я?

— Он на тебя обратил внимание на своей лекции. Для нее это как красная тряпка для быка. Она ревнует!

Мысль о том, что Элеонора Грейс ревнует Торна к ней, "Лине Вран", была настолько абсурдной, что у Алисии вырвался короткий, нервный смешок.

— Да брось, с чего бы? Он же просто задал мне вопрос.

— Дорогая моя, — с видом знатока сказала Эмили, — ректор Торн уже лет пять лично не экзаменует второкурсников. А тебя удостоил внимания дважды. Для Элеоноры это знак. Остерегайся ее. Она может быть очень… изобретательной, когда хочет убрать соперницу.

Алисия кивнула, делая вид, что впечатлена. Информация была полезной, хоть и истолкованной сквозь призму подростковых драм. Теперь она понимала мотив Грейс. Это не делало профессора менее опасной, но придавало ее действиям логику.

— А еще, — продолжила Эмили, переходя на шепот, — тут ходят странные слухи. Может в этом все дело. Насколько я поняла, о ректоре Торне мало что известно. Как и о его личной жизни. Но я слышала разговор, что, мол, он один раз со студенткой…

Алисия почувствовала, как немеют ноги и по телу пробегает импульс, оседая неприятным покалыванием в районе поясницы. Она прокашлялась и, стараясь не выдать интереса, спросила:

— Со студенткой?

— Не знаю точно. Я тоже не поверила! — Эмили сочла странное поведение соседки за удивление глупым слухам.

— Но вот про профессора Грейс… много кто об этом говорил. Старшекурсницы вывели забавную статистику: каждый раз, когда профессор срывается на студентах, это связывают с ректором Торном. Может и глупости это все — мне кажется, не стал бы ректор держать в Академии того, кто может его так дескридитировать. Но то, как она на тебя отреагировала… будь осторожна.

Алисия поблагодарила Эмили за "предупреждение" и сделала вид, что погрузилась в учебу. Мысли же ее лихорадочно работали. "Один раз со студенткой". Алисия еле сдержалась от колких комментариев — но она не настолько дура, чтобы обсуждать подобное с несозревшей Эмили. К тому же, это никак не вписывается в ее легенду — Лина Вран, насколько ей ивестно, соблазняла детей богатеньких родителей.

Алисия лежала в постели, вглядываясь в потолок, и мысленно прокручивала все, что знала. Усыпальница Дюран. Леди Серафина утверждала, что она находится в старых подвалах Академии. Алисия припоминала из курса истории основания, что многие артефакты и даже части помещений знатных родов были встроены в структуру замка при его перестройке в Академию.

Это была распространенная практика. Но где именно могла находиться усыпальница? Точных карт старых подземелий в открытом доступе не было. Придется искать в архивах. И, скорее всего, искать не обычный вход, а потайной. Никто не стал бы держать фамильную усыпальницу открытой для незванных гостей.

Мысли кружились, не давая уснуть. Эмили уже давно посапывала на соседней кровати. Тишина и беспокойство стали невыносимыми. Ей нужно было подвигаться. Провести первую, предварительную разведку. Просто прогуляться. Осмотреться.

Накинув темный плащ поверх пижамы, она бесшумно выскользнула из комнаты. Коридоры общежития были пустынны и освещены лишь тусклыми ночниками. Она двигалась на ощупь, прислушиваясь к каждому шороху. Ее цель была условной — просто добраться до старых крыльев, попробовать почувствовать атмосферу.

Чем дальше она уходила от студенческих помещений, тем холоднее и гуще становился воздух. Она спустилась на пару пролетов по узкой, винтовой лестнице, которую нашла за потертой гобеленовой портьерой. Здесь пахло сыростью, древним камнем и… чем-то еще. Чем-то кислым, металлическим, что резало обоняние. Не физический запах, а магический след.

Она остановилась, закрыв глаза, позволяя своему дару раскрыться. И тут ее обдало волной. Это было не чистое эхо заклинания. Оно было искаженным, болезненным, словно магию насиловали, заставляя работать против ее природы. В нем чувствовалась мощь, но дикая, неуправляемая, и отчаянная, немыслимая боль. Следы, похожие на шлейф, вели вглубь подвала, в темноту.

И тут она услышала шаги. Она прижалась к стене, слившись с тенью. Из-за поворота вышли двое студентов. Парень и девушка. Они шли медленно, пошатываясь. Лунный свет из высокого узкого окна упал на их лица. Алисия замерла.

Их глаза. Они неестественно блестели, словно покрытые маслянистой пленкой. Лица были серыми, исхудавшими, с синевой под глазами. Парень что-то беззвучно шептал, а его пальцы непроизвольно дергались, вычерчивая в воздухе обрывки каких-то жестов. Девушка шла, глядя прямо перед собой пустым, невидящим взглядом.