Шпионка для ректора

35.

Сон бежал от Алисии, как от огня. После разговора с Торном ее мысли метались в замкнутом кругу, не находя выхода. Он знал. Знал, что она шпионка, и наверняка догадывался о ее истинной личности! Предложение, которое он ей сделал — молчаливая сделка в обмен на защиту, — висело в воздухе тяжелым, ядовитым соблазном. Довериться ему? После всего? Это было все равно что сунуть руку в пасть спящему льву.

Беспокойство гнало ее с кровати. Она накинула плащ и бесшумно выскользнула из комнаты. Ночные коридоры Академии были ее стихией — пустынные, полные теней и шепотов, которые слышала только она.

Она бродила без цели, позволяя ногам нести себя. Ее дар, всегда находящийся настороже, улавливал привычные ночные эхо — дрему чародейских барьеров, тихий гул энергетических потоков, сонное бормотание духов, привязанных к старым стенам. Но сегодня к этому привычному фону примешивалось что-то иное. Чувство надвигающейся бури.

Она свернула в дальнее крыло, туда, где располагались кабинеты некоторых деканов и закрытые исследовательские лаборатории. Здесь было особенно пустынно и холодно. И именно здесь ее дар, словно антенна, уловил резкий, чужеродный сигнал.

Голоса. Тихие, но полные напряженности.

Алисия прижалась к стене, слившись с глубокой тенью от массивной мраморной колонны. В конце коридора, в нише у высокого арочного окна, через которое лился лунный свет, стояли две фигуры.

Одной из них была Элеонора Грейс. Ее безупречный силуэт и холодная, прямая осанка были узнаваемы даже в полумраке. Она говорила что-то быстро и сердито, ее шипящий шепот долетал до Алисии обрывками.

— …слишком рискованно… внимание Торна… должна быть осторожнее…

Вторая фигура была скрыта глубоким капюшоном, наброшенным на голову. Ростом он был почти с Торна, но движения выдали в нем мужчину. Он стоял неподвижно, слушая, и от него исходило почти физическое ощущение терпения и скрытой силы.

Именно от него исходил тот самый магический след, что заставил Алисию замереть. Он был… знакомым. Не лично, но по характеру. Рваный, искаженный, болезненный — точь-в-точь как следы в подвалах и те "шрамы" на студентах. Но здесь он был концентрированным, выверенным, словно его носитель не был жертвой, а сам виртуозно владел этой искаженной магией.

Алисия закрыла глаза, отключив зрение и полностью сосредоточившись на слухе и даре. Она ловила эхо.

"…не может продолжать безнаказанно. Он подозревает…"

Алисия услышала низкий, гортанный голос. Она не разобрала слова, но тон — презрительный и властный.

"…моя позиция пошатнется. Если он узнает о нашей…"

Слов снова не было слышно, но эхо магии незнакомца на секунду усилилось, заставив Алисию содрогнуться — в нем была угроза

Алисия увидила, как Элеонора вздрогнула и отступила на шаг: "Я поняла. Но это в последний раз".

Незнакомец что-то бросил ей — маленький, темный предмет. Элеонора поймала его и быстро сунула в складки платья. Затем, не прощаясь, она развернулась и быстрыми, злыми шагами пошла прочь, в противоположную от Алисии сторону.

Человек в капюшоне постоял еще мгновение, глядя ей вслед. Затем он медленно повернул голову, и его взгляд, казалось, скользнул прямо по тени, где пряталась Алисия. Она затаила дыхание, чувствуя, как леденеет кровь. Он не мог ее видеть. Но он что-то почувствовал.

Он не стал проверять. С легким, почти бесшумным движением он растворился в темноте бокового коридора, оставив после себя лишь слабый, но отчетливый шлейф своей опасной, чужеродной магии.

Алисия осталась стоять в темноте, прислонившись лбом к холодному камню. Ее сердце бешено колотилось. Она только что стала свидетельницей чего-то важного. Элеонора Грейс была не просто ревнивой женщиной. Она была частью чего-то большего. Она контактировала с кем-то, кто обладал той самой искаженной магией, что использовалась в экспериментах. И этот кто-то явно имел над ней власть.

И самое главное — этот магический след был ей знаком. Она чувствовала его раньше. Не в подвалах — он витал в воздухе академии, слабый, едва уловимый, как запах далекого дыма. И теперь она знала, что это не случайность. В Академии был тайный игрок. Кто-то, кто стоял за экспериментами, возможно, даже надзирал за ними. И Элеонора Грейс была его сообщницей.

Торн, со своими подозрениями и опасными играми, был лишь одной частью головоломки. И, возможно, не самой опасной. Мысль была одновременно пугающей и отрезвляющей. Ее миссия только что усложнилась в геометрической прогрессии. Теперь ей нужно было опасаться не только ректора и мстительной профессорши, но и таинственного незнакомца в капюшоне, чья магия пахла болью и предательством.