Шпионка для ректора

53.

Алисия боялась открыть глаза. Сознание возвращалось к ней медленно, неся с собой обрывки воспоминаний, таких ярких и неистовых, что они не могли быть правдой. Это должен был быть сон. Измышление её измученной психики, жестокий розыгрыш разума, который её же собственное сердце — глупое, наивное, не умеющее до конца разучиться любить — никогда бы не простило, если бы это оказалось иллюзией.

Но затем она почувствовала его. Тепло другого тела рядом. Тяжесть его руки, небрежно брошенной на её талию. Ровное, глубокое дыхание, шевелящее её волосы. И запах — кедра, пергамента и чего-то неуловимого, что было сущностью него. Кассиана.

Она не смогла сдержать тихий, почти неслышный вздох облегчения и сама не заметила, как прижалась спиной к его груди, ища защиты и подтверждения реальности в этом простом физическом контакте. Его рука инстинктивно сжалась сильнее, притягивая её ближе, даже во сне.

Они лежали так, укутанные предрассветной тишиной его спальни, в ленивой истоме, где не было места словам. Слова были опасны. Они могли разрушить этот хрупкий, невысказанный мир, который они построили за одну ночь. Он чертил медленные круги на её коже кончиками пальцев, а она закрывала глаза, просто чувствуя. Чувствуя, как тает ледяная скорлупа вокруг её сердца, и как из трещин пробивается что-то тёплое, болезненное и давно забытое.

Этот мир рухнул с мелодичным переливом колокольчика у двери.

Кассиан замер на мгновение, затем его мускулы напряглись. Он медленно, неохотно убрал руку и сел на кровати. Алисия притворись спящей, прислушиваясь к его движениям, к шепоту за дверью, который становился всё отчаяннее.

Он разговаривал с секретарем — выслушал, не проронив ни слова. Потом повернулся к ней. В полумраке комнаты лиуо Кассиана было серьёзным, все следы расслабленности исчезли, уступив место привычной маске ответственности и власти. Но в его глазах, когда он наклонился к ней, была тень чего-то иного — сожаления? Предостережения?

Кассиан не сказал ни слова. Просто коснулся её губ своими в быстром, но не лишённом жажды поцелуе. В нём была вся стремительность момента и обещание… чего? Возвращения? Объяснений? Она не знала.

— Студент Лео, — только и прошептал он ей на ухо, и это имя прозвучало как приговор. — Магическая кома.

Затем он поднялся, быстро собрался и вышел, захлопнув за собой дверь. Его шаги быстро затихли в коридоре.

Алисия лежала неподвижно, прижав пальцы к губам, всё ещё чувствуя жар его поцелуя. Лео. Тот самый студент, чью изуродованную ауру она видела. Тот, кто демонстрировал неестественную силу в оранжерее. Он впал в кому. И Кассиан мчался к нему, чтобы возглавить расследование? Расследование того, в чём он, возможно, и сам был косвенно виновен?

Алисия все еще не могла полностью отрицать его невиновность — слишком много было доказательств! И тут она осталась одна. В его личных покоях. В святая святых Кассиана Торна.

Сердце заколотилось с новой силой, но теперь не от страсти, а от тревожного, жгучего любопытства и чувства долга, которое пересилило растерянность. Этот шанс мог больше не представиться.

Она встала с кровати, её босые ноги утонули в мягком ковре. Комната была такой же аскетичной, как и он сам: массивная кровать, тяжёлый письменный стол, заваленный свитками, книжные шкафы до потолка. Ничего лишнего. Ничего, что говорило бы о человеке, который здесь жил.

Но Алисия не искала безделушки. Она искала ответы.

Она начала с письменного стола. Быстро, методично, она просматривала верхние слои пергаментов — отчёты о успеваемости, расписания, черновики писем в Совет. Ничего подозрительного.

Затем она попробовала ящики. Они были заперты. Простым магическим замком, но для неё, с её даром чувствовать эхо магии, это не было серьёзной преградой. Она прикоснулась к замочной скважине, позволив своему сознанию "услышать" ритм заклинания. Через несколько секунд щёлкнуло.

В первом ящике лежали старые, пожелтевшие чертежи. Не магические артефакты, а… архитектурные планы. План Академии, но с пометками, указывающими на скрытые ходы и потайные комнаты, о которых она не знала. Одна из них была помечена в подвале, прямо под библиотекой.

Во втором ящике её ждало нечто иное. Это была папка с медицинскими отчётами. Не студентов… его собственные. Датированные несколькими годами ранее. В них говорилось о "стабильном, но необратимом ухудшении магического ядра", о "посттравматическом искажении ауры", о "необходимости регулярных стабилизирующих процедур".

И последняя находка. Небольшой, ничем не примечательный дневник, засунутый под стопку бумаг. Она открыла его на случайной странице.

"…они требуют большего. Говорят, что прорыв близок. Но какой ценой? Я вижу, как она тает на глазах. Её дар уникален, но он может навредить ей. Я должен положить этому конец, даже если это означает потерять всё. Даже если она возненавидит меня…"

Сердце Алисии замерло. Это могла быть… нет. “Он прекратил их исследования, оттолкнул её, чтобы спасти?” — мысль была настолько чудовищной и прекрасной одновременно, что у неё перехватило дыхание.

Алисия медленно вернула все вещи на место и проверила, что следов ее поисков нет. Она вернулась к кровати и начала одеваться. Руками прочесала свои волосы. Поправила кулон, который очень удачно не слетел с нее в моменты их страсти.

“Безалаберная дура! А если бы Кассиан сорвал его с тебя?” — правду говорят: нет большего критика, чем ты сам.

Алисия услышала шаги в коридоре. Быстрые. Он возвращался.

“Ну и отлично. Пора валить, пока не очнулся и не начал задавать много ненужных вопросов.”

Алисия приняла самое безмятежное выражение, на которое была способна.

Дверь открылась. Он вошел. Его шаги были тяжелыми. Он остановился посреди комнаты, и она почувствовала его взгляд на себе. Заметил ли он, что она здесь искала?

Кассиан просто тяжело вздохнул. Потом подошёл к кровати. Она чувствовала, как он стоит над ней. Затем его пальцы коснулись её волос, нежно, почти с благоговением.