Шрамы

Глава 1

Идея провести каникулы у мамы изначально показалась Даше крайне сомнительной и неудачной. Зачем? Чтобы постоянно ссориться и выяснять отношения? Но мама настаивала. То есть, выбора как такового просто не было: ты должна, мы не виделись почти год. Аргумент, так себе. Но мама делала вид, что для неё это важно.

И ещё бы столько же, — мрачно подумала Даша, нервно почесывая шрам на запястье. Что плохого в том, чтобы не трепать друг другу нервы, обходясь редкими телефонными звонками. Ну… скажем, раз в месяц.

(привет, как дела?)

(всё хорошо)

(как учеба?)

(всё хорошо)

(ладно, пока. звони)

А потом мама назвала причину, по которой хочет, чтобы дочь приехала домой на летние каникулы, и Даше не оставалась ничего другого, кроме как сказать — сказать очень тихо, пряча за равнодушием злость, раздражение, недоумение и потрясение: хорошо, я приеду.

Сейчас, глядя на пробитое колесо, находясь где-то между двух населенных пунктов, Даша снова начала невольно прокручивать в голове разговор с мамой.

— Мам, у меня на лето были свои планы. Мы с девочками договорились съездить на море, и я… и мы… — Даша лихорадочно придумывала хоть какой-то аргумент, который бы заставил маму услышать её и, как следствие, оставить в покое.

— Мы уже всё распланировали. Я не могу…

— Когда у тебя последний экзамен? — перебила мама.

— Двадцать восьмого, — неохотно ответила Даша. Она терпеть не могла, когда кто-то, включая маму… — нет, в первую очередь маму, — лез в её дела.

— Через два дня… хорошо. И как у нас дела? Снова тройки?

У нас… Даша со злостью повторила про себя эту фразу.

У нас. Мама вспоминала, что Даша является частью семьи только тогда, когда хотела задеть её.

Не знаю, что там у вас, — подумала девушка. — Лично у меня с учебой всё в порядке.

— Мам, зачем позвонила? — спросила Даша.— Не думай, я рада, просто мне нужно ехать на консультацию. Опаздываю.

— Я надеюсь, ты не садишься выпившей за руль.

Даша вообще не поняла, к чему это было сказано, поэтому промолчала. Намек на ночные клубы?

— Куришь?

Намек на то, что она не знает свою дочь?

— Что?

— Куришь?

(иногда)

— Нет.

Слишком быстро, чтобы быть правдой, это понимала даже Даша. Она повторила уже спокойнее.

— Нет.

— Ясно.

Это было намерено сказано тем особым тоном — я знаю, что ты врешь, — от которого Дашу всегда начинало потряхивать.

— Зачем позвонила? — повторила она.

— Сказать, что двадцать девятого мы ждем тебя дома.

— Мы?

— Аня тоже приедет.

Даша поморщилась. Она терпеть не могла старшую сестру.

— Мам, я ведь уже сказала, что не могу.

— Можешь, — и добавила. — Хочу познакомить тебя со своим мужем. Вернее… представить тебе его.

— Мужем, — повторила Даша, пытаясь осознать услышанное. Пока получалось не очень.

— Мужем?

— Да.

— Вы… мам, вы живете вместе?

— Мы расписались две недели назад. Если бы ты хоть иногда читала сообщения, которые я тебе пишу…

— Расписались? То есть он твой официальный муж? Не сожитель? Муж?

— Официальный муж. Не сожитель. Так ты приедешь?

— Ну…

Даша догадывалась, что рано или поздно это случится, тем не менее оказалась не готова к этому. Вернее, не то, чтобы не готова… по большему счету ей было плевать, просто… Просто ”догадываться” и ”знать” — вещи абсолютно разные.

— Даша…

— Я рада за тебя, поздравляю, — проговорила девушка, все ещё находясь в лёгком ступоре. — Я… я, правда, рада. Просто… не ожидала. Поздравляю.

— Спасибо, — небрежно ответила мама и добавила уже чуть более напряжённо. — Ты приедешь?

Даша подумала о словах мамы: хочу познакомить… вернее представить его тебе. Представить — это слово в корне меняло смысл. Мама не просто так поправила себя.

— Мам, кто он? Я его знаю?

Прежде чем ответить, Жанна помолчала, как будто собираясь с мыслями, и это настораживало. Молчание было тревожным и тяжёлым, даже не склонная к сентиментам Даша почувствовала это. Она подумала о первых редких каплях дождя, которые падают на землю за секунду до того, как небо обрушивает на землю потоки воды. Всегда тяжелые. Всегда холодные.

— Мам?

Даша убедила себя в том, что ей не дано понять чувства других людей, но сейчас девушка была на сто процентов уверена: мама напряжена, может быть, даже напугана.

— Мама?

— Помнишь следователя, который занимался убийством… — она запнулась. — Расследовал убийство Никиты?

Даше показалось, что прошла целая вечность, прежде чем она смогла ответить. На самом же деле девушка молчала всего пару секунд, не больше.

— При чем тут это? — она старалась, чтобы голос звучал ровно, старалась не выдать эмоций. Всё это случилось давно, и она смогла справиться. Почти.

— Это он.

— То есть… но тогда ведь… вы ещё с папой…

Молчание.

— Мам?

— У нас с папой уже тогда всё было очень плохо, — Жанна не оправдывалась, она просто констатировала факт.

— Плохо, — повторила Даша со злостью. — Деликатно выразилась.

— Не начинай, — голос мамы звучал непривычно мягко.

Даша помнила, как всё было. Постоянные скандалы, упрёки и взаимные обвинения. А потом случилось убийство, и появился молодой и симпатичный следователь. Даша пыталась забыть его лицо, его имя, его голос, но у неё не получилось сделать это до сих пор.

Отец был старше Жанны на десять лет. В ту осень, когда убили Никиту, ей было тридцать четыре года.

— Так вы с тех пор…

Снова молчание. Даша не торопила маму.

— Пару раз… потом мы какое-то время не виделись.

(пару раз… что?)

Даша знала ответ на этот вопрос.

— Он был женат. Кажется. У него… у него был сын.

Молчание. Действительно, какое это сейчас имеет значение?

Даша прикрыла глаза, чувствуя, как на место усталости приходит головная боль. Затылок ломило, но пока не сильно.