Штормовой прилив или любовь не выбирают

Глава.2

Собирать вещи оказалось не так долго, как я думала. Много брать было нельзя, поэтому одежда и кое-какие мелочи вроде гребней и расчёсок могли оказаться очень кстати в моей новой жизни. Купить что-то новое мне, видимо, придётся нескоро. Хорошо, если я бродяжкой не окажусь.

Денег в доме практически не было, наскребла всего несколько серебряных монет и медяшек.

Мы не были богатеями или аристократией, но всё же доход имели приличный, так что голодать и ужиматься не приходилось.

Теперь придётся. Я даже точно не знаю, хватит ли этих денег, чтобы добраться до дяди.

Знаю, что он живёт в приморском городе, который называется Иловий.

Это то немногое, что я о нём знаю.

— Эва, — обратилась я к кухарке, — как думаешь, стоит ли тут доживать эти три отпущенных дня?

— Если честно, то, думаю, стоит убраться отсюда завтра утром, не дожидаясь повторного визита того грубияна, что сегодня орал на тебя. Он отчего-то стойко уверен, что ему полегчает, только если отправит тебя вслед за муженьком, а мне эта идея совсем не нравится! Хам!

— Ты не слишком громко ругайся на винга, а то и тебе «состряпают» обвинение. Со мной нынче опасно стоять рядом, не то что жить, — горько ответила женщине. — Не знаешь, как пострадать могут окружающие.

— Я не боюсь. — Обняла она меня. — Мне терять в этом мире нечего, кроме тебя, так что не брошу. Ложись-ка ты спать, а то завтра надо встать пораньше, чтобы отправиться в путешествие.

— Ты так говоришь, будто мы в отпуск отправляемся, а не выселяемся по распоряжению суда, — слабо улыбнулась ей.

— А почему нет? Пусть суд подтолкнул к нему, но это и хорошо. Ты совершенно зачахла с Эванисом, он совершенно тебя подавил. Да, мы едем путешествовать! Будем отдыхать на побережье, дышать солёным воздухом и строить новую жизнь! Почему нет? Ты теперь свободна!

— Но как же траур? — робко спросила кухарку.

— Ты с ума сошла? Никакого траура по государственному преступнику. Он и так чуть тебя за собой не утянул. О какой дани уважения ты собралась говорить?

— Может, ты и права, — вздохнула я. — Пойду и лягу, не знаю, правда, усну ли, но полежу хотя бы.

Хоть мне и казалась, что в таких обстоятельствах сон меня не посетит, но я ошибалась. Стоило голове коснуться подушки, и я провалилась в забытьё. Никаких снов, только тяжёлая усталость и нервное перенапряжение, которые меня утомили до полного отключения от действительности.

Казалось, я только уснула, а Эва уже трясла меня за плечо.

— Ну же, Юви, просыпайся, девочка моя, нам пора, а то пропустим утренние повозки, — приговаривала она, собирая последние вещи в дорожный саквояж.

Я разлепила тяжёлые веки, было ощущение, что мне песка в глаза насыпали, а в голове поселилась пустота. Больше всего на свете сейчас мне хотелось обратно закрыть глаза, но я, сделав титанические усилия, села на кровати.

— Вот и умничка, иди умойся, позавтракаем и в путь.

Я сделала, как велела лира Мросис. Механически прожевала еду, даже не почувствовав вкуса. Она будто камень упала в желудок. Есть не хотелось, но кухарка настаивала.

Затем мы подхватили собранные вещи и покинули дом.

Обернулась, когда мы отошли на несколько шагов. Я не была счастлива здесь совсем. И окончание этой муторной жизни было и вовсе трагичным. Что ж. Хочется верить, что я оставляю в прошлом эту унылую тягостную жизнь и начинаю всё с чистого листа.

Мы дошли да каретного двора, откуда купцы, извозчики и простой люд уезжали во все концы страны из столицы. Кто-то вёз товары, кто-то почту, кто-то перевозил людей, нам бы подошёл любой, кто недорого возьмёт за провоз.

Я в нерешительности остановилась. Никогда не покидала пределов города, поэтому даже не знала, с чего начать. Подойти и спросить близкостоящего ко мне человека?

— Стой тут с вещами и смотри за ними внимательно, чтоб пронырливая беднота не утащила, — решительно велела мне Эва, — а я пойду разузнаю, кто куда едет.

Она ловко проскользнула между повозками, и я потеряла её из виду. Народ только прибывал. Отовсюду слышались голоса, смех, ругань, даже песня, которую выводил скрипучий мужской голос.

Я перевела взгляд на вещи. Да тут и вправду не стоит отводить взгляд от них. Оттащила сумки чуть в сторону и уселась на них сверху для надёжности, только саквояж остался на коленях, так как он небольшой и там более ценные вещи.

Ждать пришлось совсем недолго, кухарка вернулась минут через десять.

— Юви, нам очень повезло, к побережью направляется небольшой обоз за товаром, так что там имеются крытые повозки, и они пустые, пока, и за очень умеренную плату мы можем доехать с относительным комфортом. Тент — это отлично, хоть не намокнем, хотя матрасов не обещают.

— Сколько просят? — уточнила я.

— Серебрушка за человека, — улыбнулась она, но пропитание в эту сумму не входит, так что наши запасы придётся растянуть на три дня пути, — вздохнула женщина. — Или докупить на стоянке у охраны обоза.

— Это более чем приемлемо, я боялась, что нам на проезд не хватит. — Впервые в моём голосе обозначилась радость. — Остаётся ещё немного, так что есть на что купить еду. Они наверняка на костре будут готовить похлёбку. Горячего сможем прикупить.