Шуба из мамонта

Глава 10

Пара бизонов, будто прилепившихся к стене, понравилась и самой Лили. В свете факелов животные смотрелись совсем живыми, особенно с глазами из полированного черного камня, отражавшего всполохи огня.

– Хорошо! – кратко похвалил её шаман зелёнолобых. – Теперь ещё пещерного кота нам вылепи в том углу. Будто притаился и готовится к прыжку.

– А череп есть? – уточнила Лили. – Без настоящих клыков никто не поверит.

– Есть, от деда достался, – важно заявил шаман. – Завтра тебе новой глины принесут, а сегодня отдохни немного.

Лили благодарно кивнула и двинулась к выходу вместе с сыном. Она три дня провела в промозглой пещере и возможность погреться на солнышке особенно радовала.

– Посмотрите на эту бездельницу! – снова возмутился давешний злопыхатель.

Мамина радость указывала грязным пальцем с обломанным ногтем на женщину, присевшую у палатки с куском мяса и пучком съедобных травок. Её сын тоже с аппетитом жевал свой обед, посматривая на малышей, ковырявшихся в остатках глины.

– Она три дня работала, может и отдохнуть, – одёрнул вредного холостяка старик. – Вон, охотники день всего тратят на добычу, а потом два-три по стойбищу шатаются без дела.

– Сравнил тоже! – фыркнул мужчина, но продолжать придираться не стал.

Тем более, что его позвала на обед мамочка. Как оказалось, придира откликался на имя Зая.

Никто уже не помнил настоящее прозвище, потому что мать постоянно называла сына зайчиком. И теперь все так и обращались к засидевшемуся в холостяках соплеменнику.

Лили подумала, что постарается не портить Фибу жизнь, не вырастит из него котика или зайчика, а даст ему стать мужчиной.

– Мам, – сын придвинулся ближе. – Они тут совсем не умеют лепить и рисовать. Кошмар какой!

– Думаешь, надо научить? – улыбнулась Лили.

И вскоре вся малышня с увлечением лепила зайчиков и котиков на радость родителям и шаману. Тот внимательно присматривался, кого бы в художники определить. Уж очень накладно приглашать со стороны. А Лили категорически отказывается выбирать мужа из предложенных ей кандидатур.

Ну да, лучших уже разобрали на весеннем сборе. Из более-менее подходящих по возрасту оставался Зая.

– Не вариант, – со вздохом пробормотал себе под нос шаман и решил растить полезные кадры в своём коллективе.

Будущие таланты старались изо всех сил. Правда, у самых младших получалось плохо, дети переживали и кривили личики, готовясь заплакать. Но тут Фиб вспомнил, с чего сам начинал, и подал идею:

– Лепим грибочки и орешки!

Вот где пригодились оба вида глины, что натаскали от оврага женщины. Светлая пошла на ножки, а болеё тёмная, красноватая – на шляпки. А если смешать, то почти натуральный ореховый цвет получился.

К вечеру импровизированная выставка первых творений красовалась на большом камне рядом с ритуальной пещерой. Грибы вышли на заглядение! После подсыхания глины лишь матовые шляпки выдавали подделку. Но в сгущающихся сумерках такие тонкости не резали глаз.

Гордые мамочки столпились вокруг и дружно умилялись. Отмытые дети важно принимали комплименты. А шаман успел утащить пару образцов, чтобы потом повторить авторскую методику обучения со следующими поколениями соплеменников.

– Ну хоть какая-то польза от этих крикунов, – к плоскому камню с выставкой изделий народного творчества подошёл Зая. – А то корми их, дармоедов!

С этими словами мужчина ухватил ближайший грибочек и сунул в рот. Следующие несколько минут запомнились племени надолго. Зая выпучил глаза и выплевывал полузасохшую глину, отчаянно ругаясь, насколько позволял забитый рот. Ага, грибочек он выбрал побольше.

На шум выбежала его мамаша и начала причитать, что сыночку специально отравили. Явно пытались приворожить и заставить принять чужого ребёнка.

Женщины прятали за спинами своих детей, опасаясь злобной мегеры и её отпрыска. Мужчины… А мужчины просто ржали, хватаясь за животы и обсуждая особенности диеты зайчиков. Похоже, грибы особенно опасны для этих зверьков.

– Это всё ты! – Зая сердито посмотрел на Лили. – Думаешь, я не понял, кто детишек научил такие гадости делать?

Он бы ещё много наговорил, если бы одна из оскорблённых мамочек не заткнула ему рот очередным грибочком:

– Голодные мужчины такие злые иногда. Ты не наелся, видимо.

Тут засмеялись и женщины. Всё племя хохотало до слёз, пока Зая выковыривал очередной шедевр. Наконец его мать сообразила:

– Пойдём к ручью, промоешь рот. И вообще не связывайся с этими глупыми женщинами. Мы тебе умную найдём.

Лили заранее пожалела девушку, которую мама Заи сочтёт подходящей для сыночка. Эх, если бы кто-то из краснолобых вовремя рассказал ей про любвеобильность Рама, может и не выбрала бы она его девять лет назад. Но тогда не было бы Фиба… Так что всё правильно сложилось.

И мало ли вокруг пар расстаётся? Иногда без особых причин, просто теряют интерес друг к другу. Дело житейское. Но до сих пор больно вспоминать, как одна из женщин Рама чуть не вцепилась ей в волосы, собираясь отстаивать свои права на мужчину.

На пещерного кота ушло ещё два дня, но пришлось задержаться и на третий. Во-первых, Рам до сих пор не пришёл, а он собирался присоединиться к большому походу на север. А во-вторых, шаман зеленолобых всячески затягивал пребывание Лили в своём племени.

Конечно! Ведь у детишек всё лучше получалось лепить и даже рисовать. Особенно всем понравилось оставлять следы ладошек. Кто-то просто обмакивал руки в жидкую глину и прижимал к скале. А кто-то под руководством Лили с восторгом выдувал красную охру через камышовую трубочку.

Фиб свысока смотрел на местных, он уже умел гораздо больше. Пока мама возилась с малышами, мальчик утащил уголёк из потухшего костра и высунув язык рисовал волка.

– Шкура плохая, да и мясо жёсткое наверняка, – подошёл к нему зеленолобый подросток.

Он недавно прошедший ритуал взросления, а потому пытался подражать мужчинам-охотникам.