Шут и слово короля

Глава 11. Пена на волнах

Глава 11. Пена на волнах

На берегу их дожидался Граф, прохаживался возле запряженной парой коляски. Он обнял Эдина:

— Ну, здравствуй, мальчик. Как дела?

Не отчитывал его, не сердился. У Эдина защипало в глазах.

— Граф... простите, я такого не хотел. И не надо было платить, я бы все равно сбежал...

— Не сомневаюсь, — Граф улыбался. — Надеюсь, ты достаточно интересно провел время?

— О... да, пожалуй.

— Вот видишь. Рад за тебя. Только, прошу, больше никаких неожиданностей. Хорошо?

И все.

А «Морская дева» уже показала им корму, и, подняв все паруса, уходила прочь, в море. А лодочник вытаскивал лодку на песок. И — никого вокруг.

Усаживаясь в коляску, господин Эйри со смешком сказал Графу.

— Не поверите, милорд, кто капитан. Это сын покойного Илдена Кая. Я до сих пор храню его непогашенные векселя тысяч на десять серебром, надо было бы учесть их при выплате этого вознаграждения.

Граф вежливо улыбнулся.

— Сочувствую, мой друг. Возможность вручить должнику награду старыми векселями — такая же редкость, как солнечное затмение.

В ответ тот лишь вздохнул:

— Предлагаю заехать на верфь, это по дороге. Новую шнекку будут спускать через неделю, надо отдать кое-какие распоряжения.

— Почему бы нет, — согласился Граф, — Эдин, ты ведь еще не был на верфи? Хочешь сам придумать имя новому кораблю?

— Если можно... — того прямо в жар бросило.

По воле Графа в жизни Эдина чудеса случались уже не раз. Дать имя кораблю — тоже чудо.

Дорога повернула, и из-за глухого кустарника показалась дюжина вооруженных всадников. У Эдина сердце екнуло, но Граф весело пояснил:

— Это наша охрана, мой дорогой. Достопочтенный господин Эйри наотрез отказался ехать сюда, имея под сиденьем столько солленов, без эскорта. А вон там, за мысом, стоит быстроходная шнекка, тоже на всякий случай.

— Я сторонник разумной предосторожности, — благодушно проворчал достопочтенный.

— Безусловно, я тоже, — согласился Граф. — Правда, чаще я предпочитаю доверяться двум дамам, они отличные охранницы. Рекомендую: Осторожность и Неизвестность.

— А я, дорогой мой лорд Кан, давно уже не доверяю дамам. Их притирания, румяна, фальшивые локоны, побрякушки так голову заморочат, что и не поймешь сразу, что под ними. И окажутся вдруг Осторожность и Неизвестность Болтливостью и Продажностью...

На верфи терпко пахло свежей стружкой. Стоящая на стапеле шнекка казалось огромной, и уже совсем готовой, и какой-то странно голой — с неокрашенным корпусом, без парусов и такелажа. Корпус как раз красили, красной краской выше ватерлинии.

— Всего неделя, как обещает грандмастер, — озабоченно сказал Граф. — Но высохнет ли краска, вот в чем дело?

Господин Эйри куда-то отошел, Эдин с Графом остались относительно одни, на них не обращали внимания.

— Но тебе нравится? Красавица, правда? — Граф горделиво улыбнулся. — Мастеру Ненту удаются самые быстроходные шнекки. Шнеккам полагается давать женские имена, ты ведь знаешь?

— Граф, но какое отношение эта шнекка имеет к вам?

— А, это просто. Мне принадлежит некоторая доля в капиталах торгового дома, которым уже много лет успешно управляет господин Эйри. Ты удивлен?

Да, Эдин был удивлен.

— Ты ведь понимаешь, конечно, — продолжал Граф, — у нас в Кандрии дворянину моего ранга заниматься торговлей неприлично. Пристойно иметь доходы с земель, обогащаться за счет военных трофеев и королевской благосклонности. А торговля — занятие низменное, удел торговцев. Множество дворян в Кандрии влачат гордую бедность, но не станут заниматься тем, чем им не пристало. Так ведь?

Эдин кивнул.

— К тому же я родился не только в знатной, но и в одной из богатейших семей Кандрии. У меня все было. Когда я впервые вложил деньги в торговое предприятие, я сделал это из любопытства. И сразу получил прибыль. Не всем так везет. Многие просто теряют деньги. Тут надо действовать умеючи. Я разобрался уже потом.

— То есть, вы продолжали торговать, под чужим именем?..

— Именно так. Я был молод, и мне нравилось не зависеть в расходах от семьи. Прошло много лет, и мои торговые вложения здесь, в Гринзале, продолжали приносить небольшой доход, о котором я даже не помнил. Зато теперь, когда король Герейн забрал себе все имущество Верденов, я не умру голодной смертью, и люди, которые мне доверились, тоже.

— Я понял, Граф, — сказал Эдин. — Я не ожидал, да. Но думаю, что это здорово.

— Знаешь, мои коммерческие способности неплохо послужили и Кандрии в мою бытность министром Юджина. Он совсем не желал вникать во многие вещи. Как и Герейн теперь не желает. В результате, как до меня дошло, казна Кандрии уже оскудела на треть. И совсем не исключена война, а многие прямо жаждут ее в надежде обогатиться. А города ропщут, потому что налоги все поднимаются. Ты не замечал?

Эдин только пожал плечами. Может, и замечал. Но не слишком-то его это интересовало.

— Мальчик мой, на самом деле есть только один способ получить хороший урожай, — сказал с улыбкой Граф. — Надо удобрить поле, хорошо вспахать его, засеять лучшим зерном, и надеяться, что погода не подведет. Как ты понимаешь, я говорю не только о земледелии. Но оставим это пока. Как там с именем для нашей шнекки? Посмотри на нее и назови.

У Эдина на языке вертелось имя Аллиель. Но он сказал:

— Пусть будет Виолика. Можно?

Корабль будет красный. Мама часто носила красное, и большая красная шаль с кистями и синими узорами у нее тоже была, Эдин хорошо помнил эту шаль.