Шутка Немезиды

12. Дворец

Остаток пути карета пролетела в одно мгновение. Лошади неслись, как на скачках, почти не касаясь копытами земли. Со стороны это, наверное, выглядело нелепо – вытянувшиеся в струну красавцы гнедые, и болтающаяся во все стороны, словно привязанная к их хвостам, дребезжащая повозка, пусть и карета. Немногочисленные пассажиры, разумеется, оценить такой вид не могли, а, если бы им и представилась каким-то чудом такая возможность, то они бы заявили, что не видят ничего забавного в подпрыгивающих на каждом ухабе несчастных, а в данный момент их более заботит безвременная кончина транспортного средства под ними, а не его эстетический вид.

В город они влетели как на крыльях. Въезд снова удивил Юлю. Стража держала ворота нараспашку, а бросившиеся им навстречу всадники разгоняли нерасторопных жителей, освобождая дорогу. По-видимому, стражники расчистили путь и по городу, иначе было бы не миновать жертв и мощной гужевой катастрофы, столкнись они с телегой или подобным экипажем на его узких улочках.

Пока Юля соображала как ей унять лошадей, они вынесли карету к самому королевскому дворцу, плавно замедлив ход перед самыми воротами. Как только экипаж замер, карета тут же сложилась, скинув обалдевших от такой езды пассажиров прямо под ноги не менее изумленной охране.

Судя по виду стражников, Юля не ожидала от них ничего доброго. И когда они ринулись к ней и Петровичу, она была готова к последующим неприятностям. От Киры помощи ждать не приходилось - она, хоть и встала на ноги сама, но сдвинутся с места у нее не получалось.

Однако, и ее, и Петровича подбежавшие стражники просто весьма аккуратно подхватили на руки. Более того, так на руках их и внесли в ворота королевского замка.

За воротами на них наскочил пестрый вихрь - дама в пышном платье из шуршащей материи была подобна кораблю, летящему на всех парусах. «Настоящее платье, пусть и старомодное! Это такая редкость…» - промелькнуло у Юли, при ее появлении. В мгновение ока она и Петрович оказались на ногах, а стражи простыл и след.

- Боже мой, почему вы так долго! - дама, заламывая руки, бросилась к Петровичу.

Во взгляде ее красных от слез глаз читалась горе, способное вогнать в депрессию весь мир, а сама она была в состоянии, близком к истерике. Юля даже испугалась, думая, что Петрович не устоит на ногах от столь сильного проявления чувств, и быстро обхватила его сзади, надеясь, что придаст ему устойчивости.

- А это кто! - оторопела дама, сразу замерев на месте и передумав истерить.

- Моя ученица, Ула… Я вас предупреждал.

- Ой, ну что же вы стоите! - снова запричитала дама, но уже собранным деловым тоном. - Идите за мной, нельзя терять ни минуты.

- Я ничего не понимаю, - процедила Юля сквозь зубы, толкнув Петровича в бок.

- Тсс, потерпи немного. И не надо меня шпынять, больно, между прочим.

Юля небезосновательно чувствовала, что Петрович втянул ее в какие-то местные дрязги, а представление ее, как ученицы, намекало на некую связь с магией, от которой она была очень далека. «Или не очень?» - закрался у нее червячок сомнения, но она тут же затоптала его, не дав развить тему.

Дело, в которое тащил ее Петрович, а она нисколько не сомневалась, что бурную деятельность развил именно он, не понравилось Юле с самого начала. Не любила она спешки, скоропалительных действий и решений. К чему весь этот аврал?

Терзаемая сомнениями и крепнущим желанием повернуть обратно, она все же вошла в королевский дворец. Хлопнувшие сзади двери засвидетельствовали, что возможная точка возврата пройдена. Мысленно обругав себя за нерешительность, Юля решила, что пусть все идет своим чередом, ведь это королевский дворец все-таки, а не арена.

Она совершенно отключилась, погрузившись в переживания насыщенного на события дня и просто следовала за спиной идущего впереди Петровича, не обращая внимания на окружающую обстановку.

Большое помещение, в которое она зашла следом за шествующей впереди дамой и свои компаньоном, неожиданно оказалось детской комнатой. Расписные портьеры, рисунки на гобеленах и ковры пестрой расцветки - все дышало необыкновенно простым и понятным миром героев, милых животных и вечного праздника, который возможен только в то счастливое время, пока не миновала скоротечная детская пора.

А еще тут было множество игрушек, рассортированных так аккуратно, как может сделать заботливая няня, но не сам малыш. Осознание этого факта приземлило Юлю, оторвав от сладких грез детства, и она сразу почувствовала множество запахов, таких, какие издают травяные настои - терпкие и горькие.

Источником их, по-видимому, были бутылочки и чашечки в большом количестве расставленные на небольшом столике с инкрустацией, расположенном прямо посреди комнаты.

Перемешанные ароматы трав создавали неповторимое амбре, свойственное разве что больничным учреждениям. Нехорошие предчувствия закрались Юле в душу, а она не очень любила больничные палаты, после продолжительного знакомства с ними, когда пережила одну неприятную операцию.

- Сюда, пожалуйста, - отвлекла ее внимание от настоек дама и почему-то всхлипнула.

- Мари, - Петрович сразу оказался рядом с ней и протянул чистый носовой платок. - Доверьтесь нам. Отдохните, вам нельзя так много волноваться. Обещаю, что к утру все будет в порядке.

- Ах, Петр, - дама, которую, как оказалось, звали Мари, промокнула платком глаза и бросила оценивающий взгляд на Юлю. - Вы так уверенно говорите. Мне так хочется вам верить…
Юля только теперь рассмотрела более внимательнее эту женщину. Она была довольно молода, чуть-чуть перешагнув тот возраст, когда слово девушка для ее описания уже было пройденным этапом. Невысокая, судя по талии - стройная, но фигуру в основном скрывал пышный наряд, оставляя простор для мысленного завершения образа. Правильные черты лица были идеальны и приковывали внимание, но почему-то впечатляли, пока были в поле зрения и забывались, если стоило отвести взгляд.