Сидящее в нас. Книга вторая

Глава 30

Трёхликая не мёрзла даже в этой северной морской холоднющей воде. Но лило с неё, как с утопленницы – бр-р-р! ЗУ бы помог справиться с этой неприятностью в считанные секунды. Однако огненный демон носа наружу не высунет, пока она рядом с бортом. Хотя его появление на корабле уже огромная победа над собственной сущностью. Лиаты вон даже в небо над океаном не залетают. ЗУ же совершил настоящий прорыв.

ДЭГ поставил её на палубу прямиком за спинами троих моряков в закатанных штанах. Демон их проигнорировал, видать, неплохие люди – не без облегчения подумалось Таюли. А те вдруг обернулись – уж точно не на звук, ибо тут вопило и грохотало на весь белый свет: чутьё подсказало. Мужчины поражённо вытаращились на неведомо откуда свалившуюся насквозь мокрую девицу, вокруг которой…

Представив, как она сейчас выглядит, Таюли почувствовала себя посмешищем и разозлилась. В тот же миг ночь вокруг неё осветилась, будто гигантским факелом мертвяще голубого света, и ДЭГ взялся за дело.

 Жирный удав бросился мимо остолбеневших моряков к противоположному борту, на лету раздвоившись. Из творящейся там сутолоки он выхватил двух чернодушных воинов и вздел над толпой. Трёхликая, стремясь накормить весь свой зверинец, заковыляла в центр палубы к мачте, на ходу пробурчав морякам:

– Уходите отсюда. А лучше вообще убирайтесь с корабля.

– А… что теперь будет? – брякнул один из них.

– Ты что, идиот? – искренно удивилась Таюли.

– Бежим! – отмер второй, схватил товарища за руку и потащил к борту.

– Почему мы?  – ошарашенно промямлил третий.

– Демоны считают, что вы не безнадёжные свиньи,  – раздражённо бросила через плечо Таюли. – Ждёшь, когда они передумают?

 – Они? – булькнуло за её спиной.

И тут наружу вывалился оголодавший и вконец осмелевший ЗУ. В голубое свечение врезалось живое золотистое. А к двум ледяным присоединилась пара огненных змей.

В грудь Таюли с невыносимым треском врезалась стрела. Вторая вонзилась в плечо, третья в живот. Лис был прав: воины есть воины, а железо есть железо. Демоны же есть демоны – в очередной раз доказала засевшая в ней парочка. Взбесившись, оба напрочь позабыли собственную вражду. Ибо им вздумали испортить общее пристанище, дающее и кров, и вкусные эмоции, которые у Трёхликой хоть возами вывози. ЗУ и ДЭГ в мановение ока расшвыряли толпу негодяев, поднявших на неё руку. Новые скрюченные трупы посыпались на палубу, пока остальные удирали, кто куда мог.

 – Дебилы, – испуганно всхлипнула Таюли, осторожно коснувшись торчащей из груди стрелы.

Вытаскивать её было страшно: а вдруг древко обломается, и наконечник останется внутри? И как она так подставилась? Уму непостижимо! А всё оттого, что впрямь возомнила себя бессмертной – вяло обругала себя Таюли, ломая голову над неразрешимой хирургической проблемой.

– Ну вот! – насмешливо восхитилась плюхнувшаяся рядом Ринда. – А Лис ещё волновался, кто же нам кровь пустит, – она осмотрела стрелу в животе и проворчала: – Как бы вместе с кровью и кишки не выпустили. Ты как? – безо всякой тревоги в глазах и голосе осведомилась Двуликая, выжимая подол рубахи.

– Как видишь, – сглотнув комок, проблеяла Таюли. – Ринда, что делать?

– Ничего, – поморщилась подруга, оглядывая поле боя, где дружины ледяных прибыло. – Сейчас наши демонюги набьют брюхо, и сделают, что надо. Ты же сама хвасталась, какие они умелые лекари.

– А я что, так и буду торчать…, – захлебнулась от возмущения Таюли. – Когда из меня торчит!

– И пусть торчит, – отмахнулась Ринда и добавила нечто вовсе несусветное: – Есть-пить не просит.

– Издеваешься? – уныло уточнила Таюли, трогая стрелу в животе.

– Не лапай! – хлопнула её по руке Ринда. – Растревожишь рану. Кишки порвёшь. Стой и жди. Можешь лечь, если хочешь.

– Чтобы по мне ещё и пробежались? – приободрившись, съязвила Таюли.

– Кто? – ехидно ухмыльнулась Ринда, почесав подбородок и демонстративно поведя рукой вокруг себя.

Тут Трёхликая и впрямь сглупила: вокруг них не единой живой души – одни мертвецы. Причём, довольно много.

– И как только не лопнут? – пробурчала она, предусмотрительно заковыляв обратно к борту.

– Ага! – покривилась Двуликая, сощурившись в сторону знакомого люка, в котором утонули колышущиеся туши всех ледяных удавов.

С противоположной стороны ЗУ потыркался в закрытую дверь кормовой надстройки, потыркался, да и обиделся. Вспух струёй чистородного огня и давай метаться, как полоумный: моментально подпалил корму. Огонь побежал по мокрым парусам, как по бумажным листам. Если Двуликая с Трёхликой не поторопятся оставить корабль, люди в трюмах сгорят заживо.

– Ты думаешь о том же, что и я? – брезгливо поморщилась Ринда, поддерживая её под локоток. – О сгоревших заживо?

– Фу! – скривилась Таюли, оперевшись о борт.

– Не то слово, – вздохнув, согласилась Двуликая. – Противно.

– Главное, что это повиснет на нашей совести, – раздражённо пробубнила Таюли. – А я не хочу.