Сигрульская ведьма

Глава 1

Эльдра, столица королевства Эльдры

37 день 879 года от Падения Триумвирата

Просторный зал для коронации заливал яркий, не по-зимнему теплый солнечный свет, в котором плясали едва заметные пылинки. Пахло чем-то тяжеловесно сладким. Благовония кружили голову.

Бодгарт Адранди степенно шествовал по широкому коридору, образованному двумя группами столпившихся придворных, дворян и церковников. Его тяжелая алая мантия с шорохом скользила по древним каменным плитам пола. В зале застыло почтительное молчание, настолько пронзительное, что в ушах стоял шум собственного ускорившего бег сердца. В будущего владыку Эльдры впились сотни глаз, любопытных, но чаще – недовольных, ироничных, изучающих и откровенно злых. Золото, бархат, шелка, меха и драгоценные камни царили повсюду, почти затмевая своих владельцев. И он, единственный идущий, скользил сквозь них, словно ледяной, безразличный клинок.

Мужчина заставил себя вскинуть подбородок еще немного выше, расправил плечи почти до хруста в спине. Каждый шаг отдавался пульсацией в бедрах и грудине.

Бодгарт не мог позволить себе ошибиться. Запнуться, чихнуть, задержать взгляд на ком-то одном почти означало расписаться в собственной несостоятельности и бесполезности. Но он все же не сдержался. Глаза выхватили из толпы белокожее женское лицо, застывшее в безразличной, ледяной гримасе, напоминавшей больше маску, чем облик живого человека, и обрамленное белыми же короткими волосами, отчего темные брови казались ненастоящими, обозначенными резким росчерком гневного пера. И рядом еще одно – мужское, куда более неприятное, обрюзглое, со светлыми, почти прозрачными глазами и лысым черепом, поблескивавшим маслянистым потом. Имени женщины будущий король не знал. Ведал лишь то, что она – официал и уполномоченный посланник Архонта Сафир Фабер. Мужчина - Прелат Видий, должный представлять Архонта Рауля Фабера, царственного брата и соправителя Фриэд Дора. Прелат улыбнулся, и его рыхлое лицо повело в стороны, как плохо замешанное тесто.

Бодгарт отвел взгляд. Равнодушно прошел мимо. Наконец достиг постамента и медленно опустился на одно колено, склонил голову. Время тянулось бесконечно, терпким и густым медом, в котором, как жук в янтаре, застыли все присутствующие.

Мастер Церемоний, ветхий старец, на вид уже давно разменявший сотню лет, шаркающей походкой двинулся к коленопреклоненному. Бодгарт видел лишь нижний край его пестрого, бурого подола, да истрепанную кисть грубой веревки, по традиции подпоясывающей рясу. Заметил и изящной выделки сапожки юноши, подносящего старцу подушку, на которой лежал царственный венец. Затем взгляд будущего короля опустился вниз, на серые каменные плиты пола.

Голос Мастера Церемоний неожиданно звонким тенором разнесся по древним сводам зала. Но Бодгарт не слышал слов, вернее, не различал их. Дыхание его затруднялось, в глазах начало темнеть. Пот скапливался на висках и легкими, щекочущими струйками скользил вниз. Стараясь отвлечь себя от мучений, мужчина сосредоточился на окружающем мире. Но и голос, и запах, и свет, и гнетущая духота лишь усугубляли и без того неприятные чувства.

А затем Бодгарт увидел его. Маленькое темное пятнышко, напоминавшее засохшую не так давно каплю крови. Словно дождавшись, пока на него обратят внимание, пятно вдруг дрогнуло и стало медленно расползаться в стороны, будто сами плиты пола исторгали кровавый пот.

Дыхание мужчины участилось. В глубине груди и живота зарождался странный, непреодолимый страх, почти панический ужас, сжимающий внутренности железной хваткой. Бодгарт открыл рот, но смог лишь поймать губами воздух, беззвучно и мучительно.

И в этот момент его голову сжали тиски королевской короны.

***

Бодгарт распахнул глаза и рывком сел. Пот катился по лицу, грудь ходила ходуном. Ловя ртом воздух, он несколько мгновений пялился в пространство невидящими глазами с пугающе расширенными зрачками, и только потом стал приходить в себя.

Место, к которому он пока так и не смог привыкнуть, оказалось его новой опочивальней. Королевское ложе, размерами с еще одну небольшую комнатку, выглядело как поле боя – смятые простыни, поверженные подушки, потерпевшие унизительный разгром покрывала. Золото шитья отражало солнечный свет и бросало в глаза болезненные лучики, точно собираясь хоть так досадить заклятому врагу. Вещи, зараженные безумием предыдущего своего владельца, источали ненависть к новому владыке Эльдры, ставшего первым представителем рода Адранди, сменившего долгую династию Вэльки на королевском престоле.

«Сжечь. Сжечь и уничтожить», - подумал Бодгарт с раздражением, откинул покрывало и, наконец, встал.

На короткий миг перед глазами мелькнул образ двоих – беловолосой женщины и бесформенного мужчины. Проклятые фриэддорцы преследуют его и во снах, будто бы мало и без того кошмарного, бесконечно повторяющегося видения о недавней коронации.

Скинув липнущую к телу рубашку, полностью пропитавшуюся потом, король умылся слегка надушенной, теплой водой, позволил слугам облачить его в сегодняшний наряд. Вся эта суета выводила мужчину из себя. Прежде он без проблем одевался и сам, но сейчас не позволял статус. Но еще сложнее было приучиться к тому, что отныне подобное будет ждать его каждый день, без исключения.