Сила Голоса. Элри и Энри

1.4 Дома

Звон ключей раздался в тишине прихожей. Элри замерла: переступая порог, она уже несколько дней ощущала себя зверем, добровольно шагнувшим в капкан. Всего неделя прошла с их с Энри свадьбы. Каждый день она боролась с обострившемся страхом перед неминуемым по всем каноном разговором.

Каблуки царапнули по паркету, квартира встретила ее шорохом занавесок. "Опять забыли закрыть окно", — ворчала она раньше, возвращаясь в застуженный сквозняком дом. Но теперь Элри чаще молчала.

Сбросив верхнюю одежду и сумку, она прошла на кухню.

Энри стоял у плиты, перемешивая что-то в сковороде. По запаху — тушеные овощи. Если бы он захотел, то мог бы сделать карьеру на ее поприще намного успешнее.

— Привет, — сказала Элри. Свой голос узнала с трудом.

— Привет, — ответил он, не оборачиваясь. — Чай ставить? Или сначала поужинаем?

Она кивнула и присела за стол. Взгляд зацепился за открытку, прибитую магнитом к холодильнику: "Энри и Элри — вместе навеки". Она слегка улыбнулась. Когда-то ей казалось, что их имена придуманы кем-то свыше для романтической поэмы.

Энри заметил ее взгляд, аккуратно отложил лопатку на бортик сковороды. Бесшумно прикрыл окно, убавил шум вытяжки, поставил на стол две тарелки и сел напротив.

— Позволь угадать, тоже сумасшедший день? — начал он, словно разыгрывая сценку. — Представь: подписывал сегодня документы, замешкался и на секунду... забыл собственное имя. Вывел "Э..." и завис с ручкой. Шутка, конечно, но весь день ходил по офису, как потерянная тень. Смешно, да? Сколько же таких теней ходит вокруг нас каждый день...

"Все из-за меня", — мелькнуло у Элри. Страх и вина — ее тайные спутники с момента начала подготовки прошедшего торжества. Плечи ее опустились, дыхание задрожало. Она каждый день ждала взрыва — продолжения их разговора у озера. Ей казалось, Энри хладнокровно выжидает уязвимый момент для мести брошенного жениха, и свадьба, вопреки поэтическим жанрам, станет не началом счастливой жизни, а ее концом.

Элри подтянула ноги на стул, обняла колени и посмотрела на мужа. Его движения стали непривычно осторожны, улыбка — едва заметна, взгляд — терпелив. Мысли разбивались об эту улыбку, и в груди становилось теплее.

— Дашь руку? — спросил он.

Она протянула ладонь, на коже еще жило воспоминание о горячем металле. Энри молча достал лед, завернул в полотенце и приложил к покрасневшему месту — без вопросов и пояснений.

За эту неделю она выслушала целый хор мнений о своей выходке: саркастические подколы подруг, толстые намеки друзей мужа, упреки родителей и ехидные шутки коллег. "Сбежавшая невеста Эл" — острота кочевала из уст к устам, оставляя на душе занозы. Она все время готовилась к еще одной — но ее не следовало. Энри был на редкость задумчив.

В комнате пахло капустой и зеленым чаем. За окном шумел город и шуршали листья. Они ели медленно, будто боялись спугнуть хрупкое равновесие. Слова не всегда способны объяснить все.