Сила крови

1. Дариэль

Почему всем существам снятся кошмары? Говорят, что это тени прошлого, которые не могут угнаться за светом дня. Но я знаю: кошмар – это не сон. Это пробуждение. Пробуждение к той правде, что прорывается сквозь забвение. И каждое утро ты заново учишься жить с горьким привкусом пепла на языке — всё, что остаётся от истин, сгоревших во тьме.

....................................................

В который раз сердце вырвалось из грудной клетки, будто пытаясь убежать от того, что осталось за гранью сна. Я вцепилась пальцами в шёлковую рубашку, чувствуя под ней бешеный стук. Глаза были широко открыты, взгляд устремлён в тёмно-синий бархат балдахина, но видели не его — только тени, запах гари и хруст костей, который всё ещё звенел в ушах.

Холодный пот стёкал по позвоночнику, пропитывая тонкую ткань.

«Что ты показываешь мне?» — мысль, брошенная в непроглядную тьму. «Чего хочешь?» Но сон, как всегда, лишь скользнул ледяными щупальцами по краю сознания и рассыпался в прах.

Сверху, из кованой жердины у потолка, донёсся, словно тлеющие угли, шелест крыльев.

— Ты опять кричала, птенчик, — голос был похож на скрип старого пергамента. — Что в этот раз? Огонь? Зов?

— Пепел, — выдохнула я, откидываясь на подушки, зверь внутри молчал, настолько глубоко я его спрятала. — Только пепел, Ноктис. Везде один сплошной пепел.

— Значит, как всегда — зов, — заключила феникс и умолкла, свернувшись синим пламенем в своём гнезде.

День обещал быть неспешным, и я откинулась на подушки, закрыв глаза и давая дрожи в конечностях утихнуть, а сердцу — найти свой прежний, размеренный ритм.

Несколько минут. Всего несколько минут тишины между кошмаром и жизнью — маленькая передышка, что делит ночь и день.

Дверь с треском распахнулась, впустив в комнату луч света и розовые пряди.

— Риэль! — голос подруги прозвучал слишком громко для хрупкой тишины.

Над головой раздалось яростное хлопанье крыльев. Ноктис не выносила суеты.

— Спи, — проворчала я, натягивая одеяло на голову, вдыхая запах лаванды.

— Дариэль, вставай! Аэлира будет в библиотеке! Или ты хочешь, чтобы малышка снова ожидала занятия из-за твоей благородной непунктуальности? — Кровать жалобно прогнулась под её весом.

Прежде чем я успела ответить, с потолка снизошёл лишённый всякой теплоты голос:

— Ещё один звук, и твой следующий сон станет для тебя последним.

Ноктис шевельнула крылом — на подушку упала горстка пепла.

Я бесшумно соскользнула с кровати.

— Поторопись, — снизив голос до шёпота, сказала Веспер, провожая меня взглядом. — Лорд Блэквин велел тебе явиться до занятий.

Это заставило меня замереть у двери в ванную.

— С таким посылом? Странно... Зачем отцу нужна я на рассвете, да ещё во время закрытого совета?

— Понятия не имею. — Веспер дёрнула плечом, не сводя глаз с Ноктис. — Но выглядишь ты так, будто тебя выгнали даже из собственной могилы.

Она была права. В зеркале на меня смотрело бледное, осунувшееся лицо с тёмными кругами под глазами. Рыжие волосы спутанными прядями падали на плечи. Я выглядела не как наследница рода, а как его неупокоенный дух.

Ну что ж, надеть доспехи. Полчаса методичных действий — и отражение преобразилось. Волосы, собранные в тугую, безупречную косу. Платье цвета изумруда, скрывающее худобу. И взгляд, остающийся мёртвым — стеклянным, как у куклы. Теперь главное – улыбнуться. Или хотя бы не скривиться.

— Вес, я готова. Где отец?

— В малой зале. Совет ещё не закончился, но атмосфера… Сгущается, — подруга повертела головой, в глазах мелькнула тревога.

— Спасибо. Если задержусь, предупреди Аэлиру.

...

По пути мысли путались и рвались, как паутина. Зачем мне на совет? Наследником будет Раэль, это ясно как день. Он рождён для трона, я — для тишины книг и тенистых аллей. Меня не прельщала власть. Она — лишь бремя ответственности, сжимающее грудь и перекрывающее дыхание. А ещё это бремя пахло кровью и старыми костями — запахом, который я не желала познавать в полной мере.

Красное дерево двери было холодным и гладким, будто отполированным тысячей ладоней в минуты сомнений. Я прикоснулась к резному гербу — волку, застывшему в вечном вое на фоне полной луны. Задержала на нем руку. Ещё секунда — и войду в мир, где кошмары обретают форму приказов, а шёпот теней становится политикой. Стражники в латах цвета чёрной стали распахнули створки передо мной, молча склонив головы.

Зал был полон. Знакомые лица советников, старых волков с холодными, оценивающими глазами. Их взгляды, тяжёлые как свинец, прилипли ко мне, когда я переступила порог. В воздухе висело напряжение, острое, как запах перед грозой, а мне чудился удушливый запах пожара и... пепла.

Сердце стремительно набирало ход, но один взгляд — оно успокаивалось.