Сила времени

Ч.2, гл.3, Справедливость (Дмитрий)

Тренировочный бой назначили на вечер. На тренировочное поле строго настрого запретили проносить любое оружие, и Дмитрий оставил свой меч в палатке Алекса. Предвкушая интересный опыт, он спокойно шел на поле, разговаривая с другом и о чем-то смеясь.

Вокруг поля собралась большая толпа. Карчетти стояли вперемешку с воинами принца. Обстановка была веселая, даже несколько праздничная. Привыкшие к страху люди были рады стать свидетелями представления, которое обещало выйти зрелищным.

Воины принца Клибека не сомневались в возможностях своего товарища и громко смеялись, когда кто-то называл бой равным или, что еще смешнее, ставил на выскочку чужака.

Карчетти же, в свою очередь, упорно молчали. Они неоднократно видели Дмитрия в деле, а многие из них даже поучаствовали в тренировках с ним. Но никто из них не знал Клоппа.

Дмитрий вошел на поле первым. Взяв один из лежащих у входа деревянных мечей, он прикинул его вес и выполнил пару финтов. Сойдет!

Его одежда была, как обычно, проста. Легкая броня из вареной кожи, не стесняющая движения, оставалась его любимым выбором, несмотря на то, каким должно быть сражение, тренировочным или боевым.

Вслед за ним, также вооружившись деревянным мечом, на поле вышел одетый в кольчугу Клопп. Кольчуга стесняла движения меньше, чем привычная рыцарю тяжелая броня. К тому же она была надежнее вареной кожи, хоть и уступала последней в свободе движения.

Дмитрий медленно обходил соперника. Он не торопился атаковать, присматривался к нему. Морис Клопп же был вспыльчивым и несдержаным, доказательством чему послужила немедленная атака.

Первый удар Дмитрий парировал без особой трудности. Быстро развернувшись он нанес удар по спине рыцаря, но лишь едва коснулся кольчуги.

Клопп не намеревался останавливаться. Он был старше, опытнее, мощнее. Из этих соображений Морис обрушил на Дмитрия серию мощнейших ударов, большую часть из которых тот с успехом отражал. Остальные удары проходили в нескольких сантиметрах от вовремя ускользающего ученика школы Сион-Лао. Каждый такой удар сопровождался ответным выпадом. Молниеносным. Сильным. Точным.

Битва продолжалась уже порядка пятнадцати минут, но вспотевшие на жаре противники не знали усталости. Они нападали друг на друга, уходили от ударов и снова били в ответ. Такого зрелища в Карчете не было уже давно. Постоянная война с Микенами искоренила подобные состязания, оставив место лишь тренировкам и кровавым судам.

При очередной контратаке Дмитрий сделал ловкий кувырок над шедшим на уровне живота мечом и наотмашь ударил по левому бедру соперника. Что-то спрятанное в потайном карман рыцаря сверкнуло на солнце странным, не свойственным кольчуге металлическим блеском. Но этого никто не заметил. Никто, кроме Алекса.

— У него нож! — закричал он.

Но все происходило слишком быстро. Сразу после удара Клопп ловко перекинул меч в левую руку, а правой выхватил нож. С разворота он умело бросил его в противника.

Расстояние было слишком мало, и брошенный прямо в голову нож наверняка убил бы обычного воина. Но перед Клоппом стоял ученик школы Сион-Лао…

Дмитрий был готов к броску. Быстрым, но верным движением меча он отбил нож в сторону.

Удивление парализовало Клоппа, и он не среагировал. Сильный удар сзади сбил его с ног. Над ним стоял безоружный, как и следовало быть на тренировочном поле Карчета, Алекс. Он, как и все Карчетти, чтил традиции и уважал правила. Он не мог допустить неуважения к ним.

— Вы позволили себе обнажить меч в доме моего отца! — начал он. — Вы проявили неуважение к гостям в его доме! И вы посмели пронести оружие на тренировочное поле… Над вами состоится суд!

Глаза Клоппа наполнились страхом. Среди собравшихся людей пронеслась волна возмущения и негодования, смешавшаяся с радостными возгласами Карчетти. Решение сына вождя отменить было невозможно. Проведение суда требовали правила.

***

Несмотря на просьбы принца Клибека, суд состоялся. У городских ворот собрался весь город и все воины принца. Они с жалостью смотрели на гордо сидевшего на не запряженном коне Моруса Клоппа. Казалось, что он совсем не боится, но никто не мог знать, скольких усилий стоила ему эта наигранная храбрость.

С самого детства Морис Клопп ездил на лошадях. Он любил их и уже в пятнадцать лет был среди лучших всадников Зеленого города. Пойдя в регулярную армию ип поражая всех своей способностью кавалериста, он очень быстро поднялся до старшинствующих званий.

Но сейчас он осознавал всю безнадежность своего положения. Он знал, что подсудимым дают самых агрессивных и мощных коней, удержаться на которых без уздечки и седла было практически невозможно.

— За нарушение традиций и правил племени Карчетти, будучи гостем в их городе, — когда подсудимого остановили у ворот начал Чигго Ронд, — Морис Клопп приговаривается к испытанию на коне! Вы готовы?

— К черту ваши традиции! — злобно бросил Клопп.

Удар покрытой небольшими металлическими шипами палкой заставил коня рвануть с места. Морис со всей силой ухватился за его гриву. Но это не помогло.

Наблюдающие за судом смотрели, как с трудом державшийся на коне всадник изо всех сил старался не упасть. Но конь оказался сильнее, и где-то вдалеке ослабевшая фигура упала вниз. Конь не остановился, и привязанная к ноге цепь потянула всадника за ним. Приговор был вынесен…