Симанитская выжимка на карвунах

12

СЕРЫЙ

- Чьё это? Я это не надену.

«Я тебя сейчас придушу» отчетливо понял я, глядя на обиженную принцессу в невинном белом кружевном белье.

- Ссснежжжжа…

- Я спросила чьё это?

«Кхм… Серьёзно?» – вздёрнул я бровь. Мне не послышались эти собственнические нотки? Это ревность?

Ладно, не буду лгать, мне приятно. Как будто девчонка присела перед моим волком на колени, и старательно гладит его жесткую шерсть. Спину, бока. А самец аж прищурился от такого внимания. Наверное, нужно что-то ответить? Видно же вон как нервничает. Злится…

С трудом сохраняя на лице серьёзную, соответствующую ситуации мину, просветил волчицу:

- Это моей сестры.

Снежа же в ответ посмотрела на меня, как на идиота.

- Ну, точнее не совсем моей сестры.

«Не совсем моей? Не совсем сестры?» – так и читалось в её наглых голубых глазах.

Скептически хмыкнув, девушка перевела меня из разряда «идиотов» в класс «имбецилов».

- Снежа! – рыкнул я раздосадованно.

Что за чушь я несу?!

- Это подарок моей сестре. На день рождения. Она живёт в Польше, во Вроцлаве. Купил, не успел отправить.

Девушка прикусила губу…

Какого хрена я вообще что-то объясняю?!

- Быстро одевай! – рявкнул я, вконец выйдя из себя, и злясь не столько на неё, сколько на собственный идиотизм. Мало того, что я выдал подобный сумбурный отчет, как на ковре у завуча, так я его выдал ей, той, которую должен был сейчас иметь, меняя позы одну за другой.

Чёрт! Нет!

Ненавижу ширинки, джинсы, Макса с его вечно включенным телефоном и несвоевременные сборы!

Зато после моего последнего вопля Снежа наконец-то начала одеваться. Да с какой скоростью…

- Ты невыносима! – простонал я, страдальчески возводя очи горе, и подскочил к волчице, которая второпях запуталась в многослойном вороте, когда напяливала через голову платье.

Резко дернув подол вниз, не обращая внимания на жалобный треск ткани, увидел, как из горловины высунулась взъерошенная блондинистая шевелюра. И, не дав своему персональному бедствию ни опомниться, ни привести себя в порядок, схватил девчонку за руку и потащил на выход. В конце концов в машине очухается, а мы итак уже опаздываем. Отец шкуру спустит, если слишком задержимся.

- Туфли… - тихо вякнула у меня из-за спины Снежка.

Снеженка-неженка…

- Некогда. – отрезал я, перескакивая через ступеньку, - К тому же нормальные волчицы ходят босиком.

То, что я тащил сейчас за собой на буксире, именно на «волчицу» похоже не было. В данный момент обиженным пыхтением это напоминало скорее ёжика. Хотя даже в такой спешке я не смог не отметить, что движется самка, как настоящая хищница: тихо-тихо. Ступни её касались пола абсолютно неслышно. Хороша, наверное, охотница. Может пригласить её побегать по лесу? Выслеживать такую аппетитную тихоню будет настоящим удовольствием.

В этот раз я проявил больше аккуратности, запихивая Снежку на заднее сиденье. Хотя стоит отметить, что и упиралась она сейчас меньше: волчица была какая-то… пришибленная, ошарашенная.

Макс уже нервно барабанил пальцами по рулю, и, стоило только моей двери захлопнуться, повернулся и резко сдал назад. Чудом не подрихтовав слишком медленно открывающиеся ворота, мы вывернули на дорогу, где бета утопил педаль газа в пол.

- Макс, полегче. – попридержал я волка.

И вовсе я не напрягаюсь из-за того, что волчица не должна ездить в машине с такой скоростью. Это всё из-за отца.

Да, определенно из-за отца.

В этом году отношения у нас как-то совсем уж натянулись. Да что говорить, если только за последний месяц мне устроили три показательных выволочки перед стаей. Три!

Я прекрасно понимаю, чего страшится отец. Любой альфа боится потерять своё место (тем более для отца это не впервые), а я заматерел и давно сравнялся с ним в силе и скорости. Только вот мать мне не простила бы насильственного наследования власти. Она всегда учила и меня, и Божену, что семья есть главная ценность, единственная опора. Власть – бремя, которое мне передадут в независимости от моего желания, рано или поздно. Отец передаст, когда поймет, что устал. И так было… пока мама была жива. А когда не стало мамы, оказалось, что и папы тоже не стало. Не было больше души у Вислава и через пару месяцев после похорон мы с Боженкой поняли, что вместо отца у нас теперь альфа. Еще не старый, сильный, но уже не живой.

Сестра угасала под его прессингом. Если меня он подавлял физически, то её охаживал словами. Самка недостаточно сильная, не дотягивающая до альфы, лишь бета, которую никто не хочет. Если её кто и возьмёт, то только по договору, а значит опять придётся всё решать отцу, альфе. А у него итак проблем немеряно… Ладно, сейчас разберутся с непонятками в территориальном вопросе со стаей Табакова, и он сбудет её кому-нибудь на руки, толку от неё всё равно никакого.