Символы власти: Распад

Глава 10

Торопиться было некуда. Жрица - нимфа в фиолетовом полупрозрачном платье - уже закончила обряд. У алтаря стояла королева и Корунд, они держались за руки, и все трое переговаривались. Присутствовало еще двое гостей. Граф неспешно прошел вперед между лавок и остановился в первом ряду. Слева, со стороны жениха, сидел Шакадал. Справа, на стороне невесты, Микроклин, весь перебинтованный. Взгляды присутствующих устремились на Балдрона. Никто ничего не сказал. Первым делом граф встретился глазами с королевой. Она спустя миг свои опустила. Корунда и Шакадала граф вниманием не удостоил, повернулся следом к Микроклину:

- Я рад, что вы живы.

Граф Прадот одарил его недвусмысленным взглядом исподлобья, скорее зыркнул: голова и один глаз у него были забинтованы.

Следом Балдрон с осуждением обратился к нимфе:

- Вы не должны были.

Светловолосая, сероглазая, красивая молоденькая девушка, молоденькая только внешне, понимающе кивнула. Голос у нее был глубокий, совсем не шедший ее лицу:

- Я знаю. Но свидетели… и не было названо причин, - она с сожалением поглядела на графа Прадота, поклонилась Балдрону и ушла.

К графу тем временем подошел Корунд, и Балдрон невольно поморщился, услышав его слова:

- Да бросьте, граф Моха. Вы же хотели, чтобы дело решилось миром. Куда уж более мирно?

Балдрон промолчал. Корунд между делом продолжил:

- Вы здесь старший представитель королевского дома. Я бы хотел, чтобы вы поприветствовали меня как нового члена этой великой семьи, - и он протянул Балдрону руку.

Графу захотелось его ударить. Жать руку точно было выше его сил, он не мог пошевелить ни единым мускулом, смотрел на Корунда не отрываясь, с презрением. С трудом сглотнул. Мигом встал Шакадал, граф Прадот тоже посчитал своим долгом подняться, пошатнувшись. Балдрон вдруг очнулся и быстро потянулся, чтобы поддержать родича за локоть. Рядом с Корундом оказалась Солана и обхватила его ладонь своими руками.

- Поскольку я королева, я сама могу приветствовать новых членов семьи, - она улыбнулась и приподнялась к его щеке, Корунд с запозданием наклонился. Но взгляда от графа он не отрывал.

Балдрон ощущал себя словно в пьяном тумане, когда молча выводил под локоть пошатывающегося Микроклина. Он сам пошатывался, отстраненно наблюдая, как к сыну бросился маркиз, как они выясняли отношения, как Корунд вышел под руку с Соланой. Отпустив графа Прадота, Балдрон забыл, что надо двигаться, да и непонятно ему было – куда двигаться, и зачем. Он посмотрел в глубину леса, надеясь, что ответ выйдет наружу. Но никаких знаков не получил. Королевский супруг переговаривался со своими людьми, его, кажется, поздравляли.

Весь мир крутился. История страны, история семьи, обещания. Планы.

Кто-то взял его за руку. Балдрон опустил глаза. Женская рука. Солана смотрела на него как-то доверчиво, и вместе с тем обеспокоенно и виновато. Как Кадлер смотрела после провинности, когда все же надеялась, что он будет на ее стороне. Защитит.

Графу стало дурно. Хотелось сбросить эту руку. Он сморгнул.

- Дядя, не сердитесь, - попросила она мягко. - Прошу вас, не судите о моем решении столь поспешно. Я уверяю вас, что пошла на этот шаг совершенно осознанно и предприняв все необходимые действия для собственной безопасности.

«Какие к чертям действия ты могла предпринять?!»

Он открыл рот, но махнул рукой: «Что говорить? Я уже все сказал», - и направился к своим недоумевающим людям.

Начальник стражи и остальные не скрывали удивления, Балдрон – досады. Он влез на коня и не стал ничего отвечать на молчаливые вопросы, старался даже не смотреть на сопровождающих.

- Маркиз Прадот, - позвал граф.

Тот держал сына за плечи, никак не мог отпустить, и обратил на Балдрона полные отчаяния глаза. Балдрон сжал челюсть и пересиливая себя с неохотой посмотрел на Корунда.

«Как к нему теперь обращаться?»

- Граф Цаворта… если уж все… разрешилось… можем ли мы забрать пленника с собой?

Корунд мгновение думал, что-то в выражении его лица сильно не понравилось графу. Цаворта повернулся к Шакадалу, тот молчал, стоял как истукан. Жесткое, неприятное лицо, и свежие следы от порезов на щеках. Королева что-то сказала муж, он улыбнулся ей, потом графу.

- Конечно, милорд. Остальные пленники будут отпущены после моей коронации.

Балдрон едва заметно передернулся, маркиз же был несказанно благодарен, чуть к ногам его не кинулся, когда подводил сына к лошадям. Но граф предупреждающе мотнул ему головой и отъехал в сторону.

- Ваше величество, - позвал Балдрон Солану.

- Одно мгновение, граф.

Балдрон настороженно следил за беседой королевы и ее супруга, но не решался вмешиваться. Его охватила какая-то апатия. Графу стало решительно все равно, коронуют Корунда прямо здесь или в столице, ему было стыдно смотреть в глаза своим людям, он встречал в них недоверие и недоумение, которое не мог прояснить, и знал, что дальше будет только хуже. Предвосхищал реакцию семьи.

«И это я во всем виноват. Я не уследил».

Королева влезла на коня, и все молча отправились в Могодэш. Корунд скрылся со своими людьми. Пока ехали, граф размышлял: