Синий цвет солнца. На рубеже

Глава 8

Глава 8

Весь следующий день Николь провела в ожидании продолжения рассказа Стеф, так захватила её эта история. Она никак не могла сосредоточиться на занятиях и на тренировке занималась кое-как.

Стеф всё время была рядом с ней, но как только они вернулись домой, она снова ушла, сославшись на срочное дело.

Николь была разочарована, так как рассчитывала на продолжение рассказа.

Чтоб хоть чем-то себя занять, она затеяла уборку на кухне. За этим занятием и застала её Стеф, вернувшись через час.

– Что за разгром? – поинтересовалась она, глядя на перевёрнутые стулья и выставленную из шкафов посуду.

– Да так, решила приборку сделать, – Николь стояла на подоконнике. Она только что закончила вытирать оконное стекло.

– Значит, чаепитие пока отменяется, – произнесла Стеф, снимая куртку. – Где тряпка? Давай быстрее закончим с этим.

– Да я всё сама сделаю, – Николь легко спрыгнула на пол. – Тут осталось-то пол помыть да посуду назад поставить. А ты пока отдохни, устала, наверно.

– И с чего это вдруг такая забота? – Стеф подозрительно посмотрела на неё.

– Ну, если не хочешь – не отдыхай, – как ни в чём не бывало, произнесла Николь. – Можешь тогда посуду расставить.

Пока Николь мыла пол, Стеф рассказывала, чем она занималась. Оказалось, что она уже давно ищет сведения о таких индивидуумах, как Николь. Но пока всё было безрезультатно. Нигде никакой зацепки.

– А что ты хотела, – Николь сдула прядь волос со лба. – Это не те сведения, чтобы лежать на виду. Здесь всё прикрыто.

Не успела она это произнести, как перед глазами возникла картинка: Стеф с довольным видом поднимает лицо от книги.

– И скоро ты что-то найдёшь, – неуверенно произнесла она. – Я это вижу.

– Ты опять, – строго произнесла Стеф. – Я же просила пока этого не делать.

– А я ничего и не делала. Мы только поговорили про это, и оно раз – и выскочило, – было видно, что Николь сама растеряна.

– Ладно, рассказывай, что ты видела?

– Ты радуешься чему-то, а перед тобой лежит книга.

– Что за книга?

– Я не разобрала. Но она большая с желтоватыми листами. И они были какие-то… обгоревшие, что ли. А вокруг какое-то сумрачное помещение, больше похоже на какой-то шатёр или стены были чем-то завешаны

– Шатёр? Странно, – Стеф поставила последнюю тарелку на полку. – Ты закончила?

Николь кивнула и, подхватив с пола тряпку, выскочила из комнаты. Когда она вернулась, на столе уже стояла тарелка с пирожками, а в чашки был налит душистый чай. Стеф на кухне не было.

Николь взяла пирожок и осторожно поднесла его к носу. Пахло прилично, никаких неприятных ощущений не было.

– Не бойся, – раздался у неё за спиной голос подруги, – пирожки с яблоками и корицей.

– Да я, в общем-то, не боюсь. Просто новый запах. И он на меня не действует.

– А как ты вообще? Целый день была на людях. Как ощущения? – Стеф внимательно смотрела на нее.

– Абсолютно нормально. Да ты же сама видела – всё хорошо, я держусь. Если бы не ощущения в горле, так вообще всё было бы как раньше. Но и они стали какие-то не такие. Ты заметила, даже когда мы обедали, я уже легче проглатывала. А печень мне вообще понравилась.

Стеф улыбнулась при воспоминании о том, с каким азартом Николь расправилась с говяжьей печенью. Она специально попросила запечь её большим куском на гриле. Когда Николь раздирала печень зубами, по её рукам и подбородку тёк розоватый сок. Она на это не обращала внимания, увлечённая едой, но запах полусырой печени её волновал. Стеф поняла это по тому, как у той трепетали ноздри. Зрелище было ещё то: Николь дала полную волю своим разыгравшимся инстинктам.

Хорошо, что в это время посетителей в кафе было мало, и они смогли устроиться на улице в беседке, подальше от лишних глаз.

– Ты всё-таки ещё тот кадр, – улыбнулась Стеф. – Каждый раз меня удивляешь. Никак тебя не раскусить.

– А вот кусать меня не надо. Съешь лучше пирожок и расскажи, что было дальше, – Николь демонстративно откусила кусок от пирожка и, усиленно жуя, смотрела на подругу. – Ты так интересно рассказываешь, как будто я книгу читаю, с подробностями и в красках.

– Когда-то я действительно всё записывала, вела дневник. Но потом решила от него избавиться. Мало ли что, вдруг попадёт в чужие руки. Но я помню все записи, память у меня фотографическая. Вот сейчас тебе рассказываю, а ощущения, как будто это было вчера, – проговорила Стеф, молча глядя вдаль.

Через некоторое время к нам пришёл ещё один мужчина, такой же красивый и бледнолицый, как Омар.