Синий Красный Зеленый Черный

Глава 14: Элтин

Вечер. Элтин стоял на крыше одного из зданий города, который считал своим. Холодные порывы ветра уносили повязку, которая была снята с левого глаза. Механическая челюсть жевала фильтр сигареты. 

Разомкнув веки, он почувствовал сильную боль, но лишь улыбнулся, зрение постепенно проявлялось, хоть к темноте глаз только привыкал. «За операцию надо будет сказать спасибо папе».

Узнав, что сына забили цепями до полусмерти, а одного из подручных Элтина и вовсе убили, Урманов оплатил операцию для восстановления поврежденной челюсти и даже раскошелился на установку «глаза провидца». 

Радужка стала зеленой и вдвое больше, а зрачок, напротив, был маленьким, как точка. В первый же день Элтин почувствовал, какую силу дает новый глаз.

Когда бандит очнулся от наркоза, он осознал, что позорное поражение, которое нанес ему Авель, можно смыть лишь кровью. Каждую ночь он повторял имена своих врагов: «Авель, Азазель, Кэлл». 

По иронии судьбы ему делали операцию именно в больнице Кэлла.

Послав одного из своих верных подручных, одного из банды «Палачи», Шнеля, в дом Азазеля, Элтин предполагал, что каким-то образом избавится от хозяина имения или найдет что-то, за что можно будет упечь того за решетку, а небольших размеров взятка позволила бы получить земельный участок Азазеля. Но теперь бандит знал, что Авель связан с Азазелем кровными узами, поэтому план он уточнил: он посадит Азазеля не в обычную, случайную тюрьму, а в «Саркофаг», где директор — отец Элтина.

Отец сам состоял в преступной организации и считал группировку сына «детским садом», но Элтин знал, что может рассчитывать на своих бандитов.

Глаз начал следить за каждым шагом его врагов. Мужчина только начинал исследовать свои способности и всех их аспектов еще не знал.

И вот он вернулся к своим. Домой.

Бандит стал спускаться по пожарной лестнице. Нажав на один из кирпичей стены, он открыл проход, ведущий в подвал. Здесь всегда было сыро и мерзко, банда никогда не делала уборку в этой части логова. Элтин постучал в металлическую дверь.

— Кто? — раздался знакомый голос. — Пароль!

— Элтин,  — голос отдавал металлом и казался голосом робота, а не человека.

— Проходи.

Дверь со скрежетом открылась. Показались знакомые темные стены, барная стойка, деревянные столы. Стоял густой запах выпивки и пота, звучала громкая музыка, иногда заглушаемая взрывами смеха людей, собравшихся возле рассказчика…

У каждого из «палачей» была татуировка с изображением средства казни. У Шнеля — шприц с ядом, у самого Элтина — гильотина.

На доске вдалеке был нарисован знак каждого, но были и зачеркнутые — знаки умерших или посаженных на пожизненное. Лидер всегда сам зачеркивал символ, признавая, что член банды больше не состоит в ее рядах. И сегодня ему предстояло зачеркнуть еще один. Ведь в тот день Авель убил Шона…

Зайдя, Элтин заметил любопытство в устремленных на него взглядах, кто-то смущенно отвернулся, но большинство бандитов дерзко улыбались, посвистывая.

— Что, кто-то хочет сделать комплимент моему лицу? — с вызовом спросил он.

Повисла тишина, даже музыку кто-то выключил.

— Знаете, пока вы здесь тусите, выпиваете… Мы лишились одного из наших! — сказав это, он подошел к доске и ножом перечеркнул «электрический стул».

— Шон?.. — дрожащими губами спросил из-под зеленого капюшона худой парень.

Элтин повернулся к нему. Это был Комар, лучший друг Шона, его руки от костяшек до локтей были забинтованы, а лицо он почти всегда прятал, из-за серого цвета кожи. Его татуировкой были дрова, символизирующие сожжение.

— Да. За последние три месяца это третий труп! Дэн, Джейк… теперь Шон, — осмотрев зал, он начал ловить на себе взгляды, полные такой же жажды мести.

— Предлагаю найти виновного и… — начал было Рейв, груда мускулов, обтянутая серой майкой, в порыве чувств он сорвал с лысой головы камуфляжную бандану.

— Нет! Виновных трое, мы отомстим сполна, но не сразу. Все они — маги, один из них заставил меня приобрести этот сувенир, — указывая на челюсть, сказал Элтин. — Он же раскидал нас на фестивале, как щенков.

— И долго мы будем сидеть в стороне?! Как ты смеешь называть себя лидером с твоей дохлой тактикой выжидания? — игнорируя субординацию, Рейв встал и начал приближаться к главарю.

Элтин резко схватил наглеца за шею и поднял над землей, сжимая кулак. Лицо Рейва начало синеть, бандит барахтался, но не мог оторвать руку от своего горла, пальцы  главаря, словно каменные, крепко держали его, не давая вздохнуть.

— Вот что бывает с выскочками, которые бросаются на сильных противников, — горделиво огляделся Элтин. По помещению прошлись смешки, которые заглушили хрипение Рейва. — На первый раз прощаю.

Главарь с легкостью отшвырнул тушу на несколько метров, на стол, который тут же треснул, переломившись пополам. Рейв зашелся в кашле, потирая горло.

— Мы едины! Мы братство! Семья! Дайте мне время, и я покажу, какова месть за «палачей»!

Послышались аплодисменты, крики, свист. Элтин окинул взглядом помещение, теперь он видел преданность в глазах каждого. «Скажу: “Идите на смерть!” — и они пойдут», — Элтин знал, что демонстрация силы всегда поднимает авторитет