Синий Красный Зеленый Черный

Глава 15: Новый дом

— Может, не будем открывать? — шепнула Мико, крепче обнимая хозяина. Она терлась о его шею, надеясь, что парень проигнорирует звонок.

— Нет, мало ли, — выбравшись из-под нее, Азазель застегнул штаны,
оставив футболку валяться на полу, и направился к двери.

Тусклый свет позволял разглядеть его мускулистое тело, тени подчеркивали кубики и накаченные руки, заставляя нэко закусить губу. 

«Ты так прекрасен…» — подумала девушка, испытывая к нему легкое влечение. Она подняла футболку, прижала ее к груди. Сквозь запах одеколона пробивался еле различимый запах хозяина, который нравился Мико, хотя и вызывал легкую тревогу, носик улавливал печаль даже здесь. «Я сделаю тебя счастливым... Во что бы то ни стало...» — решила она.

«Кто будет звонить так поздно? У меня мало знакомых, если вообще есть», —  размышлял, идя к входной двери, Азазель.

«А ведь ты мог спокойно жарить ее… Может, вернемся, Азазель?», — раздалось в его голове, голос был немного хриплым, в нем чувствовалась жесткость, привычка к насилию. 

«Отвали, оставь меня в покое», — мысленно ответил юный маг. 

Глаза парня начали понемногу привыкать к темноте в коридоре. Повозившись с замком, он открыл дверь и увидел мужчину. Черная кожаная куртка, дреды, собранные в пучок, красные затемняющие очки.

«Ночь, какой идиот носит темные очки?» — нахмурившись, подумал Азазель.

— Здравствуйте, извините, что побеспокоил, — сказал Авель. — Мне бы хотелось с вами поговорить.

Что-то в нем насторожило Азазеля. Он пытался понять, к кому вела аура незнакомца. Жажда мести начала резко расти, как и гнев, но парень не мог понять причину этого.

«Чувствуешь? Он общался с Дэном, тем самым, что совершил такое с твоей единственной любимой. Что же мы сделаем?» — подзуживал его голос.

У парня помутился рассудок, кулаки сжались, тонкие струйки черного дыма потянулись из глаз, что было незаметно в темноте. Азазель резко выпрямился, не видя причин отказать голосу. А тот настаивал: «Давай же, он не может быть хорошим, прикончи его, отомсти за любимую, как сделал однажды».

— Азазель? С тобой все в порядке? — учтиво спросил Авель. — Может, я зайду, поговорим? Что-то случилось?

«Он еще смеет такое спрашивать?!» — воспылал негодованием голос.

Ладони Азазеля почернели. Он нанес Авелю удар в живот, который с легкостью пробил бы кирпичную стену. Парень отлетел на семь метров, но быстро встал, еще не совсем понимая, что происходит. Пальцы Азазеля деформировались от удара о что-то твердое, но он тряхнув рукой, и костяшки снова встали на свои места, а плоть восстановилась.

— Какого черта ты творишь? Я же просто поговорить… — когда Авель поправил куртку, из-под нее посыпались сломанные звенья от цепей, которые он по обыкновению намотал на торс. «Что за хрень? С какой силой он меня ударил?»

— Просто поговорить? — срывающимся голосом спросил Азазель, это все еще был он, он не позволял голосу взять над собой контроль. — Посмотрите, он хочет поговорить! Они тоже хотели поговорить! — Он оскалился, обнажая ряд белых зубов, бросив на парня безумный взгляд, глаза были наполнены тьмой. — Она не хотела говорить, но они не слушали!

Резкий рывок, Азазель почти мгновенно оказался перед братом. Авель успел выставить выпрямленную цепь, чтобы отбить прямой выпад. Рука нападавшего плавно переходила в черное длинное лезвие.

— Эй, приди в себя! Ты о чем?!

Второе лезвие почти пронзило его шею, но Авель успел отпрыгнуть, после чего все цепи из-под его одежды выпали на землю и расползлись по газону.

Луна освещала парней. Мышцы, вокруг которых еще недавно были обвиты цепи, напряглись, на груди остались царапины от сломанных звеньев, порванная ими футболка впитывала выступающую кровь. Азазель, стоявший напротив, уже слабо напоминал человека: руки, из ладоней которых все еще выходили лезвия, почернели по локоть и были опущены. Парень стоял немного согнувшись и опустив голову. Все мышцы были расслаблены, голос был почему-то вне себя от счастья, пытаясь ускорить убийство, что заставило бы Азазеля задуматься, если бы не явная связь Авеля с тем, кто убил его любимую. Тьма продолжала распространяться. Из черных глаз валил густой дым, даже воздух вокруг Азазеля колебался.

«Кэлл, что же делать?» — Авель захотел позвонить брату, но, посмотрев на порог дома, увидел там разбитый первым ударом мобильник.

— Что, хочешь позвать друзей? — проследив его взгляд, спросил Азазель. — Я люблю друзей!!!

«Нельзя терять контроль!» – эту мысль заглушили сотни других. Жестоких, грубых, ужасных, противных, но в то же время прекрасных, позволяющих одним легким движением принести секундное моральное удовлетворение. Это были мысли о мести. «Убийства виновных не вернут утраченное, но... Хруст костей... Крики... Мольбы... То, что они сделали с моим ангелом, со светом, который освещал мой путь!!!»

— Выслушай меня, я не желаю тебе зла. — Некоторые из цепей вошли в землю, остальные окружали Азазеля.

— А я тебе желаю!!! Хочу слышать твои крики, наслаждаясь твоей болью!!! — прохрипел Азазель.

Он рванулся, быстро сокращая дистанцию и разрезая лезвиями цепи, что пытались его остановить. Когда Азазель почти подошел, из земли вырвалось сразу три, словно серые змеи. Не успев отреагировать, парень был сбит ими на землю и обвит.