Сирена (не) для Дракона

1.2

Ещё днём я поняла, что найдётся множество желающих поживиться богатством старой колдуньи. Которое, в общем-то, предназначалось на моё обучение. При толпе разгневанных крестьян, приказавших мне, “мерзкому рыбьему отродью”, убираться из их деревни, я молча зашла в дом и демонстративно закрыла дверь.

К вечеру я её открыла. Чтобы у новоиспечённых любителей халявы не возникло соблазна войти в дом другим путём. Оставив на ребре двери ведро с дёгтем, я села напротив входа с тазом гусиных перьев.

И села на стул рядом в ожидании веселья.

Первый воришка убежал с диким визгом, будто вывернутая наизнанку подушка. Как и второй. Вот дурачьё, даже не разведывали обстановку, просто заходили в дом!

Под утро нашёлся и третий любитель лёгкой наживы, но меня к тому моменту уже давно сморил сон. Заготовив ловушку, я разлила воды и, превратив её в лёд, ушла спать с чувством выполненного долга.

Проснулась я от оглушительного крика местного старосты, который, прокатившись по льду, с размаху въехал в установленную вертикально стиральную доску, любезно мной измазанную всё тем же дёгтем и перьями.

Забыла сказать! Перья и дёготь я зачаровала, так что просто так их смыть не получилось бы. Неудачливому грабителю было необходимо было прийти ко мне и просить расколдовать его.

Униженно, конечно. Так я себе это, по крайней мере, представляла.

Так что, как эти идиоты смотрели на следующий день друг другу, да и всем жителям деревни в глаза, я не знаю. Но это были первые и последние попытки крестьян обворовать меня.

Зато наутро, оскорблённые в лучших чувствах несостоявшиеся преступники, решили вернуться с толпой и сжечь меня, вместе с домой. Видимо, они, не получив «богатств» Эстер, решили руководствоваться девизом, так не доставайся же оно никому!

Но я, конечно же, была против. Эти деньги теперь моя путёвка в ту жизнь, что для меня так хотела Эстер. А её волю я уважала, решив всё-таки, воплотить мечту матери.

Злая и невыспавшаяся, стоя напротив толпы у двери своего дома, я думала, что при Эстер эти деревенские недотёпы ни в жизни бы не пошли на такое. Не внушаю я им страха. Пока что, по крайней мере.

- Убирайся отсюда мерзкая тварь!

- Рыбное отродье, прочь из нашей деревни!

- Сжечь ведьму!

- Подлая соплячка! - это, видимо, кто-то из моих ночных гостей подал голос, прячась в толпе. Староста, ты ли это?!

- Это теперь мой дом, а я теперь - ваша ведьма. Примите это и будем и дальше выгодно сотрудничать. Как и последние полгода, - я старалась улыбаться толпе как можно более очаровательно. Выходило не очень.

- Убирайся вон из нашей деревни!

- Мы сожжём твой дом к чёртовой матери вместе с тобой!

- Ты тут только потому, что Эстер была могущественной ведьмой!

- Мы не собираемся терпеть мерзкую синеволосую рыбину в нашей деревне!

Вот ведь сдалось им моё происхождение!

- Эстер воспитывала меня как дочь, и я смогу служить вам не хуже неё. Если найдутся смельчаки, готовые воспользоваться моими услугами, а не обворовать меня, милости прошу, - хмыкнула я и торжественно шагнула внутрь дома.

Я уже говорила, колдунья из меня выросла хорошая, но неудачливая. К тому же — неуклюжая и крайне забывчивая. Вот я бестолочь! Я забыла, что на входе ловушка, которую я сама десять минут назад старательно огибала, выходя к толпе.

И сама же, подобно утреннему вору, с дикими криками пытаясь собрать разъезжающие ноги в кучу, поехала прямо на стиральную доску с дёгтем и перьями.

- А-а-а!!! Проклятье! Козлячий лёд!!!

Эстер частенько придумывала слова. Порой некоторые из них приживались в нашей маленькой ехидной семье. «Козлячий» - был синонимом слово «прокля́тый». Его в моём детстве использовала старая ведьма, дабы не учить меня плохим словам.

Толпа у дома, услышав страшный грохот и крики, замерла в ожидании.