Сиреневый ветер

Глава 22. Один не воин, один — маг

Алрефе сидел в библиотеке и в перерывах складывал паззл произошедшего. По окончании приёма хозяин вызвал к себе в кабинет его и Хекле, после чего приказал найти вора и вернуть украденное. Тот приказ поставил точку в сомнениях, потому как не нашёл отклика внутри. Обычно приказы хозяина ощущались как остро наточенный, покрытый ядом клинок, приставленный к сердцу, как кандалы, которые одновременно являлись нитями кукловода, как ошейник, плотно обхвативший шею на грани с удушением. И эти ощущения не были миражом, ведь в случае неповиновения хозяин мог затянуть любой из узлов, заставить мгновенно почувствовать слишком реальную боль, для которой не имелось внешних причин. Но в этот раз ничего такого не было. Потому что Райлер больше не его хозяин. Рог тоже похитили.

Однако Алрефе сделал вид, что он подчинился Райлеру, что всё ещё танцует под его дудку, ведь это самый простой способ проконтролировать действия хотя бы Олеонте и Хекле. Первый хорош в шпионаже, в бою, но не в магии — он мог бы выследить только при помощи следопыта, однако особый артефакт похищен, а для применения обычного Олеонте не хватит данных. Ведь он даже не знал имени цели. Второй же умелый маг, но не настолько, чтобы определить место быстрее Алрефе. И опыта работы с телепортационными шифрами у него явно меньше. Хотя по приказу они и работали вместе, это обязывало только обмениваться сведениями, которые Алрефе вполне мог утаивать. Хоть где-то отстранённость северян была на руку — они предпочитали работать одни, поэтому Хекле при первой же возможности закрылся у себя в кабинете. А ещё на нём оставались обязанности главного мага.

В кои-то веке Алрефе был свободен, по крайней мере до того момента, как кто-то другой первым доберётся до рога. Только вот эта свобода совсем не радовала, ведь Сильена находится в опасности из-за него. Да, охотились на неё из-за гримуара, только вот Алрефе понимал, что в такую ситуацию она угодила по его вине. Иначе быть не может. Ничто другое не привело бы сиреневую спутницу в этот мир.

«Что ж… По крайней мере никаким приказом меня не заставят ей навредить. Там, на месте, я смогу пойти против воли хозяина и защитить её», — только эта мысль и позволяла немного приободриться.

Как говорится, в ходе следствия главное не выйти на самих себя. Но именно это сейчас требовалось Алрефе, чтобы с наибольшей точностью определить расположение Сильены. Нужно поймать собственный след, но нельзя допустить, чтобы другие прознали об этой части поисков — сразу заподозрят неладное. И даже если не решат проверить наличие рога, не упустят шанс обратить против Алрефе его связь с воровкой. Только вот искать свой след — не то же самое, что его заметать, либо искать какого-то другого демона по его рогу. У этих следов, грубо говоря, разная полярность, словно полюса у магнитов. Инвертировать заклинание поиска можно, но сложно, ведь для этого надо хорошо понять, как работает каждая его часть. А ещё нужно вывернуть заклинание так, чтобы оно указало на украденный рог, а не на оставшийся на голове.

«Я должен делать вид, что разбираю след от телепорта, и вместе с этим разбирать второй способ поиска. Будто хоть какая-то из этих задач достаточно простая, чтобы её с чистой совестью отложить и потом за пять минут на коленке доделать», — устало подумал Алрефе и потёр виски.

Если не можешь делать два дела параллельно, найди способ превратить их в одну задачу, — один из тех принципов, за которые Алрефе полюбил печати и решил сосредоточиться на этой области магической науки. Иногда легче сконцентрироваться на решении одной очень сложной проблемы, чем распыляться на две чуть проще. А иногда наоборот нужно разделить сложное на такие составные части, решить которые заметно легче.

Алрефе забрал единственную найденную более-менее толковую книгу по поиску с использованием рога, справочник с координатами и отправился обратно в свой кабинет. Сейчас он должен подготовить почву для опытов, однако потом ему потребуется лаборатория. И с этим возникала небольшая проблема. Лаборатория в доме Райлера несомненно хорошо оборудована, но туда в любой момент мог заглянуть Хекле. Или Олеонте, но это маловероятно, да и понять ему что-то будет сложнее. В любом случае, чем меньше у этих двоих поводов думать, что Алрефе занят чем-то другим, тем лучше.

На ум приходил только один запасной вариант: университет, в котором Алрефе раньше работал. Возможно, среди вещей удастся найти старый пропуск. Возможно, тот всё ещё сработает. Определённо стоило попробовать. Для этого следовало дождаться ночи.

Пропуск представлял из себя медальон с рельефным рисунком, который прикладывался к замку запасного — служебного — входа. По правилам его следовало отдать после увольнения, однако Алрефе в своё время и сам не представлял, какой из рабочих дней окажется последним. Просто настал момент, когда Райлер сказал, что ходить в университет ему запрещено. И хотя можно найти способ передать пропуск, Алрефе на самом деле не хотел этого делать, ему и не до того было, так как тогда настало время придумать план побега.

Как бы то ни было, сейчас медальон удалось найти в нижнем ящике шкафа в скрытом отделении, которое открывалось снизу путём сдвигания фальшивого дна. Там же лежали рабочая мантия и запасной ключ от лаборатории. Охрана университета не имела привычки устраивать частые ночные обходы, однако даже случись такое, в темноте могут принять за своего.

Ночью Алрефе переоделся, спрятал под одежду медальон, закинул на плечо сумку и завернулся в плащ. Повезло, что окна его комнаты выходили на другую сторону дома, нежели у Олеонте. Тот не станет среди ночи проверять наличие Алрефе, ведь хозяин не позволял никуда уходить, но всё поймёт, если застанет побег.

Он открыл окно, ещё раз присмотрелся, прислушался. Никого. Всё тихо, спокойно, пустынно. Можно было бы для верности подождать ещё часок, но ночь не бесконечна, а до университета не пять минут идти.

Перегнувшись через подоконник, Алрефе вытянул вперёд руку, очертил чернотой несколько знаков, которые почти сразу растаяли в ночи. Тьма начала сгущаться, уплотняться, образуя ведущую от окна до земли не слишком крутую горку. А что? Лучше уж такой почти детский и весёлый способ спуститься, чем устаревшая и ненадёжная верёвка из простыней.