Система Бессмертия

Глава 76

Глава 76.

Два дня спустя.

Цзи Кун лично отправился к резиденции старейшины Дая, чтобы принести свои извинения. Однако ему пришлось прождать целый час у входа, прежде чем его впустили.

Его лицо выражало легкое раздражение, но, вспоминая слова Чен Сюня, он снова надел на себя улыбку. Из пещеры доносились громкие крики, но всякий раз, когда Цзи Кун собирался разозлиться, он вспоминал Чен Сюня и вынужден был продолжать улыбаться и объяснять.

Наконец, крики стали тише, а затем и вовсе сменились смехом. Старейшина Дай сказал, что все уже в прошлом, и что Цзи Кун проявил большую искренность.

Что касается инцидента с той девушкой на стадии Очистки Ци, то он также был закрыт, и старейшина Дай просил больше не создавать проблем. Он не хотел терять лицо, а намерения Цзи Куна ему были вполне понятны.

Однако Цзи Кун был абсолютно равнодушен и утверждал, что пришел исключительно для извинений и объяснений, не имея других целей и не желая вредить своим товарищам. Он уверил, что уже отпустил свою ненависть.

Старейшина Дай остался весьма доволен характером Цзи Куна, и в его словах звучала явная заинтересованность в привлечении его на свою сторону. Этот человек был талантлив, умел сгибаться и разгибаться, и только что преодолел стадию Заложения Основ, что делало его невероятно перспективным.

Цзи Кун лишь смеялся, утверждая, что ему нужно всё обдумать, так как это касается его будущего, но не выражал никакой враждебности. Старейшина Дай понимал его и предложил Цзи Куну хорошенько всё взвесить, обещая множество выгод и каждое его слово было преисполнено похвал.

Он добавил, что независимо от того, кого Цзи Кун выберет в будущем, за этот поступок все их разногласия будут забыты. Он продемонстрировал, что такое истинная широта души.

На обратном пути Цзи Кун был погружен в размышления, вспоминая каждое слово Чен Сюня. Ему казалось, что он нашел ответ, но полностью понять его пока не мог. Он бормотал: «В конечном итоге, оставайся верен своему сердцу...»

А это означало, что сейчас он должен убить ту женщину и присоединиться к лагерю заклятого врага старейшины Дая – старейшины Ли, одной из великих сил в Управлении Делами Внешней Секты, абсолютно не боящегося старейшины Дая.

Однако убить ту женщину теперь было невозможно, так как даже старейшина Дай догадался, что Цзи Кун хочет сделать.

Через несколько дней Цзи Кун официально объявил о своем переходе под знамя старейшины Ли.

Когда старейшина Дай услышал об этом, его давление мгновенно поднялось, и несколько дней он не мог прийти в себя от гнева.

В последующие дни Цзи Кун, выходец из свободных культиваторов, показал себя смелым и решительным, демонстрируя превосходство над учениками секты и регулярно принося пользу секте. Старейшина Ли был очень доволен и рад его успехам.

На собраниях старейшин Управления Делами Внешней Секты старейшина Ли постоянно упоминал Цзи Куна, утверждая, что именно такие смелые бойцы нужны внешнему управлению. Остальные старейшины кивали и хвалили Цзи Куна.

Давление старейшины Дая снова поднялось, мысли стали все более запутанными, и он не мог избавиться от чувства горечи. Ведь Цзи Кун должен был быть под его началом. Он вспоминал тот день, когда Цзи Кун приносил извинения, его слова казались искренними, а события прошлого действительно имели много неясностей, даже зал суда секты не пришел к окончательному выводу.

Постепенно старейшина Дай начал направлять свою ненависть на Су Етун, считая, что именно она посеяла раздор и лишила его важного подчиненного на стадии Заложения Основ.

Между тем, Су Етун каждую ночь просыпалась от кошмаров. Цзи Кун, преодолевший стадию Заложения Основ, мог легко убить ее, находящуюся на десятой стадии Очистки Ци. Но Цзи Кун никогда не пытался найти ее, что лишь усиливало ее страх, превращая его поведение в настоящую психологическую пытку.

Чем больше росла его репутация среди внешних служителей, тем сильнее становился ее страх. Она думала, что лучше бы он убил ее сразу. Однако она подготовила план на случай его нападения, собираясь утащить его за собой в погибель. Даже если она умрет, секта узнает, что это сделал Цзи Кун.

Но Цзи Кун не проявлял никакой активности, что сводило ее с ума. Ее страх превратился в паранойю, она стала дерганой и нестабильной, временами ее волосы были растрепаны, и при встрече с мужчинами она кричала от страха. В конце концов, она начала рассказывать другим, что Цзи Кун хочет ее убить, и обратилась за защитой к старейшине Даю.

Старейшина Дай, увидев ее в таком состоянии, был еще больше раздражен. Он считал, что младший брат Цзи не обращал на нее никакого внимания, и ее поведение казалось ему отвратительным и жалким. Поэтому он отправил ее на несколько опасных заданий, одно из которых привело к ее гибели. Су Етун была съедена демоническими зверями, не оставив никаких останков, и её конец был ужасно печален.

Эта маленькая трагедия не вызвала никаких волнений; смерть ученика на стадии Очистки Ци во время выполнения задания была слишком обычным явлением. У Цзи Куна было идеальное алиби, так как в тот момент он выполнял другое задание.

Когда он вернулся в секту, многие стремились подлизываться к нему, говоря, что смерть Су Етун была к лучшему, и что все знали, что старший брат Цзи был несправедливо обвинен. Её смерть даже улучшила репутацию Цзи Куна, и многие внешние ученики осуждали Су Етун, говоря, что старший брат Цзи не заслуживал такой несправедливости.

Цзи Кун теперь излучал мощную ауру, его взгляд был холодным и строгим, он не обращал внимания на тех, кто стремился ему льстить. Вернувшись в свою резиденцию, он был глубоко потрясен, его холодное выражение лица сменилось удивлением.

Он помнил все безумства Су Етун и считал их весьма забавными, радовался, что не действовал импульсивно.

«Если старший брат Цзи не вернется, я сам разберусь с этой женщиной. Она исчезнет бесследно, и секта не найдет ни единой зацепки»