Сияя синим светом

8 – Всплеск

Сколько бы Лань И ни думала, ни терзала себя в попытках вспомнить, упоминала ли мама о «Каплях моря», могла ли она забыть положить. Из головы не выходило, что шпильки пропали.

Лань И ещё раз проверила принесённые вещи, приведя их в порядок, заглянула под ящики и шкатулки, за ними, проверила полностью всю свою часть: может, выпало, слуги не сразу заметили, а когда увидели положила не в то место.

Но, даже проверив общую часть комнаты, Лань И ничего не нашла. Мысленно извиняясь, она заглянула на часть Чжу Лие, пробежалась взглядом, отмечая новые шпильки и серьги на столике и три наряда на кровати.

Если бы у Чжу Лие оказались чужие украшения, она же об этом сказала? Показала?

Выдохнув, Лань И поспешила покинуть комнату с целью отыскать Чжу Лие.

Первый переполох среди невест бросился в глаза сразу. Вещи из дома – не главное. Девушки шептались во дворе, посматривая на раскрытые ворота.

– Не видели Чжу Лие? – Лань И обратилась к Мэн Шии, рядом с которой стояла Хао Лици.

– Вышла, – Мэн Шии кивнула на ворота.

Кивнув в благодарность, Лань И направилась к воротам.

– Значит, можно будет выходить?! – с восторгом прошептала Сю Лань.

Этого стоило ожидать. Никто не собирался держать их взаперти, но вседозволенности по перемещению не дадут.

Не заботясь о правильности ходьбы для девушки, Лань И выбежала и остановилась только, когда ступила на первую верхнюю ступень. Уже занесла ногу обратно, как её заметили.

В паре метрах от ворот двора стояли скучающий Гао Цзинвэй, поглядывающий на ворота Гао Цзинъян, отстранённый Шуй Фэн, строгая старшая служанка Бай, счастливая, но смущённая Чжу Лие и Ци Вэньай со скромной улыбкой.

Сжав руки на животе, Лань И присела, приветствуя заметившего её Гао Цзинвэя. Тот сложил руки и выставил их, чуть наклоняя тело вперёд. Гао Цзинъян просто склонил голову.

Старшая служанка Бай обернулась. Чжу Лие лишь скосила взгляд, но продолжила говорить. Ци Вэньай не обратила внимания.

Шуй Фэн склонил голову и немного наклонился вперёд.

Закусив губы и выпрямившись, Лань И обернулась. Лучше уйти, потом спросит.

– Сестрица Фэнь, – громче чем хотелось выдохнула Лань И.

Фэнь Сяо остановилась и повернула голову.

Лань И заметила, как оживился Гао Цзинъян. Поднявшись, поспешила скрыться во дворе.

– Я... – замялась Лань И.

– Что-то случилось? – тихо проговорила Фэнь Сяо.

– Просто я не нашла свою вещь, а Чжу Лие или старшая служанка заняты, – не скрывая, сказала Лань И. – Там господа Гао и господин Шуй.

– Вот как, – проговорила Фэнь Сяо. – Могу составить компанию.

Правильно.

Чувство правильности согрело грудь, разливаясь по телу.

– Как мне к тебе обращаться? – дабы заполнить молчание между ними, заговорила Лань И.

– Как тебе удобно.

Так быстро прийти к важному Лань И не могла. Называть «Сяо-эр» – не то, «А-Сяо» – словно не для неё, «барышней» – слишком официально.

– Сяо-мэй*? – осторожно произнесла Лань И.
(Примечание: 妹 – Мэй – младшая сестра, сестрёнка, обращение к младшей по возрасту)

– Я младше? – удивление отразилось на лице Фэнь Сяо.

– У меня день рождения семнадцатого числа второго зимнего месяца, – пояснила Лань И. – Мне скоро девятнадцать.

Фэнь Сяо хлопнула ресницами и с мгновение всматривалась в её лицо.

– Выгляжу младше? – прошептала Лань И. Слышала и не раз. Как-то, прогуливаясь по улицам с братьями, завернули на рынок, так один иностранец долго уговаривал Лань Баоши купить его сестрёнке сочные персики, его веская фраза, почему он должен: чтобы, когда наступит совершеннолетие, сестрёнка расцвела как этот самый персик. К слову, Лань И было семнадцать, и своё совершеннолетие* провела как два года назад. Сколько дал лет ей тогда она не знала, но явно меньше пятнадцати.

– На вид не скажешь, – мягко усмехнулась Фэнь Сяо. – Мой день рождения двадцатого числа второго летнего месяца. Мне восемнадцать.

Лань И улыбнулась. Вроде знала, что старше, но числа не знала.

– Лань-цзе*? И-цзе? – Фэн Сяо прокатила на языке обращение.
(Примечание: 姐 – Цзе – старшая сестра, обращение к старшей по возрасту)

– Сестрёнка, – весело прошептала Лань И.

В ответ Фэнь Сяо улыбнулась.

Если бы не утерянные «Капли моря», момент смело можно назвать великолепным, а так – тёплый, сближающий.

– Разве это правильно? – раздался голос Ли Хуабань. – Почему они разговаривают с господином Цзином? Разве это честно?

– И правда, – Бао Сюань в тон ей звучала. – Они баллы себе зарабатывают в обход нас.

– Чем мы хуже? – вскинула подбородок Цзю Ваньлуань. – Тоже можем выйти и приятные беседы вести или слушать. Мы можем всё.

Какая глупость – подстраиваться под других, чтобы угодить. Сплошное лицемерие. И многие такое предпочитают.

Угождать Лань И не планировала и не думала. Промолчать, коротко ответить, но не подстраиваться, чтобы понравиться. Слишком сложно и ненастоящее. Скрыть, но никак не надеть маску.

– Нам же разрешили прогуливаться у двора, – напомнила Цзю Ваньлуань.

Получавшая всё самое лучшее не станет упускать возможности перетянуть на себя внимание, встать в центре.

– Можно? – уже не так смело звучал голос Ли Хуабань.

– Конечно, – заверила Цзю Ваньлуань.

Лань И задумчиво подняла голову на дом.

«Неужели в охраняемом строгом месте могли потерять столь ненужную для них чужую вещь?»

Даже лепестки цветов так просто не опадали, а тут драгоценность пропала.

– Ох! – послышалось со стороны. В миг двор наполнился вздохами, восклицаниями, шёпотом.

Источник всего шума находился у ворот, а точнее – за ними.

Не оборачиваясь, Лань И знала: там Гао Цзинъян. И не ошиблась.

Гао Цзинъян склонил голову, приветствуя девушек, и без труда отыскал Фэнь Сяо. Рядом с ним, со скучающим видом, качнулся Гао Цзинвэй, который, с прищуром прошёлся по невестам и оживился при виде Лань И. То, что это она, а не Фэнь Сяо, Лань И поняла по загоревшемуся взгляду младшего господина Цзина на себе.