Сияя синим светом

18 – Завтрак

Следовать во двор Шаньяо за Гао Вэньцзянем можно сравнить с дорогой в неизвестность. Чего ожидать, к чему готовиться, что делать или не делать – не понятно и не известно.

Голова разрывалась от мыслей и предположений по пути, а увидев причину, Лань И глупо смотрела на накрытый стол, словно до этого момента еду видела только на картинах да издалека на чужих столах.

– Присаживайтесь, – Гао Вэньцзянь указал на место напротив.

«Что он задумал?»

Лань И оглянулась, подметив отсутствие У-эр и Ши Лэя. От мысли о нахождении наедине с Гао Вэньцзянем по коже пробежали мурашки, и пересохло в горле.

После кухни с изобилием запахов еда на столе и вовсе не пахла.

Мысли сменяли друг друга с невероятной скоростью, и надо же им было остановиться на предположении, что на столе стояла еда, приготовленная той же Ци Вэньай. А ведь она как раз вышла из кухни за пару минут до того, как У-эр пришла.

– Не по вкусу?

Лань И вскинула голову, встретилась с прямым взглядом карих глаз и снова опустила взгляд на пустой участок на столе.

Зачем нужна эта встреча?! Натворила чего... Неужели Гао Вэньцзянь решил спросить за причиненный ущерб Гао Чунцзину? Разве у них такие близкие отношения, чтобы заступаться друг за друга?

Гао Вэньцзянь молчал. Лань И не решалась и взгляда отнять от выбранного кусочка стола. Пока не заговорит, не станет рта открывать.

Не дождавшись действий, Гао Вэньцзянь открыл крышку керамической, источающей жар большой посуды, глубокой ложкой налил кашу в глубокую небольшую тарелку и поставил её перед Лань И.

От светло-серой поверхности каши поднимался белёсый пар.

Закусив губы, Лань И видела, как Гао Вэньцзянь взял тарелку, стоявщую на её стороне, наполнил её и поставил перед собой.

«Что он ждёт? – с паникой Лань И метала взгляд с ложки на кашу и обратно. – Здесь старший он! Ему начинать есть!»

Рука, указавшая в сторону тарелки и ложки, подействовала на Лань И как призыв выпрямить спину и поднять голову.

– Прошу.

Ещё и разрешение давал есть. Расцепив руки на животе, Лань И взяла ложку и сразу же её положила. Похоже, её решили сначала накормить и только потом отчитать. Развязав вуаль и сложив её на краю стола, Лань И приступила к еде, то и дело отворачиваясь в бок и рассматривая поверхность озера.

Думать о том, кто приготовил еду, не хотелось. Но мысли назло подкидывали ехидное «Ци Вэньай». Вроде, нет ничего такого, а с другой стороны, неприятно осознавать, что её пригласили завтракать едой, предназначенной для другого человека или, скорее, людей.

Прикасаться к лепёшкам, засахаренным ягодам на плоской тарелке или к вытянутому чайничку Лань И не позволяла себе. Чем быстрее она закончит с кашей, тем скорее покинет Гао Вэньцзяня, который не торопился.

В чайничке оказался светлый чай. Гао Вэньцзянь разлил по пиалам, придвинув к Лань И одну.

Самый ужасный приём пищи в жизни. И вроде вкусно, и в тоже время безвкусно из-за быстрого поглощения.

Быстрые шаги Лань И услышала за мгновение до раздавшегося голоса:

– Брат.

Лань И обернулась на голос.

По деревянному мосту, соединяющему берег и беседку легкой походкой, прошёл Гао Шанъи, с прищуром оглядевший Лань И.

– Брат, – Гао Шанъи куда дружелюбнее глянул на брата.

– М, – Гао Вэньцзянь еле заметно кивнул ему, делая глоток из пиалы.

Гао Шанъи занял место по левую руку от Лань И и по правую от Гао Вэньцзяня. Его взгляд Лань И ощутила горячим теплом на щеке и шее.

Нужно срочно уходить.

Глянув на полупустую тарелку с кашей, Лань И мысленно застонала и бросилась лить слёзы.

– Ши Лэй не пустил Чжу Лие, – Гао Шанъи с довольной улыбкой поставил перед собой пиалу.

Это очень плохо.

– Её лицо надо было видеть, когда Ши Лэй сказал, что ты с барышней Лань.

Под звук наливающегося чая в пиалу Лань И мысленно несдержанно ударилась лбом о стол, рыдая в голос. Это не просто плохо, это конец всему. Теперь Чжу Лие живьём её съест, потом выплюнет, затопчет поглубже в землю, потом...

– Ци Вэньай ушла, сказав, что не станет беспокоить, – фыркнул Гао Шанъи.

И почему это не могла быть она? Как же проще сложилась бы жизнь. Но нет! Гао Вэньцзянь решил избавиться извращённым способом от третьей выбранной невесты. А мог просто не выбирать!

Лань И положила последнюю ложку каши, запила её чаем и со стуком поставила пиалу.

– Слышал, у тебя вещь пропала? – Гао Шанъи в упор посмотрел на неё. От неожиданности Лань И проглотила содержимое рта и громко икнула, чувствуя неприятный проталкивающийся ком. – Разве это не расстраивает или уже смирилась?

Икнув ещё раз, Лань И посмотрела на него.

– Почему я должна смиряться? Разве в случае не возвращения, клан Гао не должен ответить?

– Слишком мелко, чтобы отвечать, – Гао Шанъи изогнул губы в ехидной улыбке.

Икота не проходила, нарушая серьёзность атмосферы.

– Обман, – выдохнула Лань И, не обращая внимания на икоту. – Клан Гао не способен проконтролировать, куда у него уходят вещи, и не несёт ответственность. Низко.

– Ты! – зашипел Гао Шанъи, впиваясь ненавистным взглядом в Лань И, которая мысленно роняла слёзы из-за сложившейся ситуации. – Следи за языком!

Где он такого нахватался?!

– Ты первым начал, – Лань И старалась не повышать голоса и при этом отстаивать свою честь.

– Я старше, мне можно.

Так себе оправдание.

– Что-то сомнительно, – икнула Лань И, закусывая губу и задерживая дыхание.

– Барышня Лань старше тебя.

Гао Шанъи вскинул на брата взгляд, полный смешанных чувств.

– Почему...

– Я пойду, – поднялась Лань И, не давая договорить Гао Шанъи. – Спасибо.

Выйдя из-за стола и быстро присев, поторопилась покинуть двор Шаньяо. Один наводил смуту молчанием, другой за языком не следил. Стоили друг друга.

Уже подходя к воротам, вспомнила.