Сияя синим светом

30 – Глава клана

– Зачем ждать? Ещё немного, и Гао Чунцзин поглотит Гао Синлуна! – звонкий голос принадлежал молодому господину, точнее преемнику.

Лань И повернула голову на голос. Рядом с Шуй Фэном шёл одного с ним роста, но младше по возрасту и уже в плечах преемник.

– Мы не вмешиваемся, – спокойно произнёс Шуй Фэн, проходя арку с подносом в руках.

– За два дня Гао Чунцзин почти скинул Гао Синлуна! Ему удалось подставить Гао Вэньцзяня! Заковать Гао Шанъи! Загнать в угол Гао Цзинъяна! Ещё день, и Гао Чунцзин возьмёт под себя армию Цзянь, станет главой клана и наведёт полнейший крах!..

Шуй Фэн раньше своего спутника заметил Лань И.

– Барышня Лань, – смутился второй.

Они подошли. Шуй Фэн на подходе обратил внимание на голые ноги, отсутствие тёплой одежды сверху.

– Хо Гуан Мин, – обладатель глаз феникса и мягких изгибов губ склонил голову. – Можно Гуан Мин или Хо Гуан.

Преемник старейшины Хо – не усидчивый, ему бы оружие мастерить да опробовать его.

– Лань И, – вышло хрипло, слабо, да и отдавало жалобно.

– Да, – неловко улыбнулся Хо Гуанмин.

– Здесь холодно, – Шуй Фэн указал на раскрытую комнату.

– Ему... – произнести имя мучителя оказалось сложнее, а ещё сложнее озвучить мысль, приводящую к звонящей пустоте в голове и ускорению ударов сердца.

– Я много говорю, – Хо Гуанмин легонько ударил себя по губам.

– Он нашёл... – Лань И взглянула на Шуй Фэна, на не понявшего Хо Гуанмина.

Не мог же Гао Чунцзин найти печать? Не мог же?

– Лучше вернуться в комнату, – не теряя невозмутимости, Шуй Фэн перевёл взгляд на раскрытые двери.

Облизав пересохшие губы, Лань И направилась в комнату. Медленно, ступая осторожно, не ведясь на лёгкое головокружение и слабость.

– Наверное, я пойду.

Из Хо Гуанмина достать информацию проще, чем из Шуй Фэна. Но только болтать он с ней не станет, даже на вопросы не ответит развёрнуто, ответ будет размыт, неполноценен. Шуй Фэн будет честен и без лишней воды.

Терпеливое ожидание, пока Лань И дойдет до кровати, заберётся под одеяло, устроится поудобнее.

– Лекарство, – Шуй Фэн придвинул глубокую пиалу, которую на подносе поставил на столик у кровати, и отошёл на шаг в сторону.

– Прошло два дня? – Лань И посмотрела на него.

– Сегодня третий.

Прошло всего два дня. По ощущениям не меньше пяти. Реальность жестока.

– В клане неспокойно, – Лань И перевела взгляд на пиалу.

– Глава ветви Цзин требует сменить главу клана, потому что тот покровительствует врагу.

Гао Синлун никогда бы и подумать не мог пойти против клана. Как он мог пойти против своих?

– Выдвинул обвинения в сторону Гао Вэньцзяня, что тот связался с кланом Доу, – продолжал Шуй Фэн.

Вскинув голову, Лань И выдохнула:

– Абсурд.

Гао Вэньцзянь и дела с кланом Доу?! Да ни в жизни! Для сына Цзянь проще в гущу наёмников броситься, чем ради общего благого дела внедриться или делать вид сотрудничества с заклятым врагом.

– Глава ветви Цзин утверждает, – тихий голос Шуй Фэна доносился до Лань И. – У него имеются веские доказательства.

Какое-нибудь фальшивое письмо или свидетель подкупный. Что ещё может быть у Гао Чунцзина?

– Главный аргумент Гао Чунцзина: дочь семьи Лань – шпион клана Доу.

Поражённая молнией, оглушённая громом, Лань И с пару секунд смотрела в пустоту.

– Она и её сообщники планируют уничтожить клан Гао, всё началось с Гао Вэньцзяня, подавшемуся искушению и соблазну. Он не выполняет свои прямые обязанности и подвергает опасности всех людей клана.

– Бред, – прошептала Лань И. Услышанное не укладывалось в голове, кроме одной вещи: Гао Чунцзин начал действовать. Темница – не просто место для того, чтобы узнать, где хранилась печать Цзянь. Дело в том, что ему требовалось живое доказательство предательства и его покровительства, чтобы убрать за раз все помехи с пути.

– Одного взгляда на Ваше плечо достаточно, чтобы подтвердить слова Гао Чунцзина, – Шуй Фэн смотрел сверху, но не давил.

Ни во взгляде, ни в голосе не присутствовали подозрение или ненависть.

– Старая темница, – неожиданно произнёс Шуй Фэн.

Лань И сжала дрогнувшие руки.

Ответу не обязательно звучать, Шуй Фэн и без того понял.

– Гао Чунцзин.

До боли Лань И сжала руки.

– Знаете ещё кого?

– Страж? Слуга? – прошептала Лань И.

Шуй Фэн еле заметно кивнул. Действие на слова или знак, что понял о ком речь, не понять.

– А ещё... – Лань И расслабила руки.

Больше не имело смысла скрывать или увиливать. Можно открыто озвучить имя главного предателя. Чем раньше, тем лучше.

– Ци Вэньай, – прошептала Лань И.

С улицы в комнату проникал звук ветра, лёгкий скрип деревьев. В самой комнате слова не звучали. От молчания поднималась дрожь и сомнение в собственных словах. Взяв пиалу, Лань И сделала глоток лекарства, ещё один и ещё.

– За мной придут? – прошептала она, не отодвигая пиалу от губ.

Шуй Фэн ответил не сразу.

– Молодой глава клана делает всё, чтобы решить проблему с главой ветви Цзин.

– Но, – Лань И сделала глоток отвара.

– Ему мало опыта, чтобы свободно противостоять, к тому же Гао Вэньцзянь не может помочь молодому главе клана.

– Почему? – Лань И подняла на Шуй Фэна болезненно-усталый взгляд.

Разве существовала сила, способная заставить сидеть без действия Гао Вэньцзяня? У него должны быть планы, представление о будущих шагах противника.

– Гао Вэньцзянь – главный подозреваемый, ему нельзя ещё больше приковывать взгляды и подозрения, – тихо прошелестел Шуй Фэн. – Старейшины пока не дают полную волю в действиях главе ветви Цзин.

– Но и они не могут вечность сдерживать, – догадалась Лань И. – Я предстану перед старейшинами?

– О случившемся с Вами знает только старейшина Шуй.

Лань И кивнула. Преемники не стали рассказывать о ней своим родным, старейшинам.

– Это сделано во избежание подозрений, утечки информации.

– Понимаю, – Лань И опустошила пиалу, поставила её на поднос и прикоснулась к плечу с клеймом. Она – доказательство предательства и согрешения. Из-за неё пострадает Гао Вэньцзянь. Нет, из-за желания Гао Чунцзина получить всё в свои руки. Всё пережитое и предстоящее – из-за него.