Сияя синим светом

33 – Едино

– Барышня Лань? – изогнул брови Хо Гуанмин. – Я с ней не знаком. Видел ли я её? Когда? Я всё своё время провожу в долине Чистого времени в своей мастерской.

– Недавно ты попортил холмы у старой темницы, не заметил ничего странного? – госпожа Сигэ спокойным голосом задавала вопросы.

– Заметил, – честно признался Хо Гуанмин на радость Гао Чунцзину. – Слишком много людей главы клана Цзин ошивалось рядом. И он сам там был.

Недолгой радость оказалась. Улыбка в миг исчезла с лица Чун Цзина.

– Гао Чунцзин был в старой темнице? – госпожа Сигэ перевела взгляд на главу ветви Цзин.

– Так сказали его люди, – пожал плечами Хо Гуанмин. – Я услышал их разговор, когда они проходили рядом.

– Он знал, что рядом люди, и всё равно испытывал оружие, – Чун Цзин обратился к старейшинам, желая перевести внимание с себя. – Разве за это не следует его наказать?

– Уже, – старейшина Хо кивнул Хо Гуанмину, разрешая продолжать.

– Что говорить ещё?

Госпожа Сигэ спросила напрямую:

– В тот день ты видел барышню Лань?

– Ни раньше, ни в тот день, ни после я не видел барышню Лань, – невозмутимо произнёс Хо Гуанмин. – У меня нет столько наглости.

– То есть? – старейшина Му приподнял брови.

– Я про то, что барышня Лань лечится в ветви Шуй, и никто не смеет заходить на территорию...

– Следующий, – не выдержал Чун Цзин.

Вторым стал Му Чэн, второй из младших преемников (самый младший – Хо Гуанмин), коренастый, среднего роста, с простым взглядом, в котором заметить ложь очень легко.

– Видел ли барышню Лань? – на этот раз вопрос задал Чун Цзин.

Му Чэн посмотрел на Гао Синлуна, на госпожу Сигэ и дал ответ старейшинам:

– Барышню Лань я не видел.

– Разве? – ответ не удовлетворил Чун Цзина.

Му Чэн посмотрел на него.

– По правилам я не имею права заходить в дом, где лечится незамужняя девушка. Это не уважение и оскорбление.

Чун Цзин скривил губы в подобие улыбки.

– Старейшина Му может гордиться тобой.

– Даже не видел барышню Лань в день, когда Хо Гуанмин испытывал оружие? – госпожа Сигэ смотрела на него с поддержкой и мягкостью.

Твёрдым голос Му Чэна прозвучал без долгой заминки:

– Не видел.

Третьим стал Ту Линьцзы, утончённый юноша с глазами феникса* и тонкими с мягкими изгибами губами.

– Я не смею оскорблять девушку, – он хмуро глянул на Чун Цзина, от которого и звучал вопрос про барышню Лань.

– Какие все воспитанные, старейшины вами гордятся, – Чун Цзин посмотрел в сторону трёх приемников старейшин, которые заняли место после детей ветвей клана и невест.

Четвёртый, самый старший и высокий из преемников старейшин, Цзинь Хуан в открытую высмеял Чун Цзина.

– Конечно, видел. В день, когда одна из невест повесилась, я присутствовал вместе со своим стариком на разговоре Юй Цзе и барышни Лань. Там так же были глава клана и все они, – он указал на Син Луна, Вэнь Цзяня и Шан И. – Встречи лицом к лицу не было, но в тот день я видел её портрет и мельком – в щель. Кстати, портрет. Лань И я видел ещё до её входа в клан. Мне как бы тоже невесту присматривали.

Вопрос про день взрыва, совершенный благодаря Хо Гуанмину, вызвал у Цзинь Хуана усмешку:

– Этот мальчишка никого не покалечил, и на том спасибо. А барышню Лань в последний раз видел в день смерти невесты. Больше не выпадало случая.

Последним стал Шуй Фэн. Он только перешагнул порог зала, как Чун Цзин внимательно его осмотрел и произнёс:

– Господин Шуй сейчас нам всё поведает.

Шуй Фэн поприветствовал старейшин, главу клана и госпожу Сигэ.

– Где Лань И? – сходу спросил Чун Цзин, на что старейшина Цзинь сжал сильнее кулаки и закатил глаза.

– На данный момент? – Шуй Фэн посмотрел на главу ветви Цзин, сохраняя спокойный вид.

– Ты же честный, не должен покрывать врага, – сощурился Чун Цзин. – Зачем тебе помогать врагу? Не покрывай.

– Как чувствует себя барышня Лань? – подал впервые голос Син Лун.

Шуй Фэн склонил голову и ответил:

– Болезнь серьёзная. Старая и новая болезни сильно ослабили тело. Барышня Лань только вчерашним вечером смогла самостоятельно принять лекарство.

– Очень плохо? – обеспокоенно нахмурилась госпожа Сигэ.

– Барышня Лань слаба, – не скрыл Шуй Фэн.

– Ей всё равно придётся явиться сегодня в главный зал и дать ответы, – вздохнул Чун Цзин без капли сожаления или сочувствия.

– У барышни Лань может не хватить сил встать.

– Значит, мы к ней придём, – не видел ничего невозможного Чун Цзин. – Нет, её притащат сюда.

– Не тебе решать, – осадила его госпожа Сигэ.

Не обратив на неё внимания, Чун Цзин вышел вперёд.

– Ты занимаешься лечением барышни Лань, – он медленно обошёл Шуй Фэна. – Почему? Разве ты не должен обходить её стороной? Она же женщина, как же уважение? В клане полно женщин-лекарей, почему не обратиться к ним?

– Лечение барышни Лань поручено мне, – произнёс старейшина Шуй. – Шуй Фэн – мой преемник, он должен учиться. К тому же глава клана, госпожа Сигэ, другие старейшины дали согласие на это. Гао Вэньцзянь не против.

Чун Цзин с удивлением посмотрел на Гао Вэньцзяня.

– Вот как? Ты дал добро, чтобы посторонний мужчина касался твоей женщины? Как дальновидно с твоей стороны, – усмехнулся он. – Прикрыться решил так. Правильно, ни один настоящий мужчина не позволит другому мужчине прикасаться к своей женщине. Разве так Вэнь Цзянь не показал, что он не рассматривает барышню Лань своей невестой?

– Что за чушь ты несёшь? – не вытерпел Шан И.

– В первую очередь Шуй Фэн – лекарь, – тоже заговорил Цзин Ян.

Слова Гао Вэньцзяня прозвучали точно безжалостному, быстрому клинку:

– Жизнь важнее.

– Прикосновение к запястью для проверки пульса уже считается чем-то интимным, – выплюнул ошеломлённый старейшина Цзинь. – Совсем умом тронулся. Сам ведёт развратный образ жизни и в других его видит, стыд.

Шуй Фэн сложил руки, вытянул их перед собой и наклонился.