Сияя синим светом

37 – Свадьба

Точно на волнах то поднимало, то опускало, то уносило в пучину, то выкидывало на берег.

Лань И задыхалась от боли, стонала от ноющих конечностей, проливала слёзы от тянущего жара по коже, стискивала зубы от пронзающего холода. Вечер и ночь слились в кошмарно долгий путь, который не имел конца. Если день прошёл в лёгкости и слабости, которая не приносила дискомфорта, то после всё, некогда пережитое и прочувствованное, нахлынуло с удвоенной силой.

Сон днём спасал, ночью – кошмаром стал.

Приход У-эр и её старания вытащили Лань И из замкнутого круга. Но слабость страшной силой тянула в зубастую беспросветную пропасть.

– Вот, выпейте, – У-эр поднесла к губам пиалу с травянистым отваром. – Господин Шуй приготовил его лично.

Если отвар не придаст сил, то невеста не сможет появиться на свадьбе, и тогда план развалится.

– Господин Шуй сказал, что это в последний раз он даёт этот отвар. Больше нельзя.

Так это тот самый отвар, придающий на время сил и отодвигающий слабость и боль на задний план. Лань И охотнее выпила горький отвар. Заботливо У-эр впихнула ей в рот засахаренный финик.

То и дело Лань И проваливалась в темноту. От чего-то отвар не действовал сразу.

У-эр хлопотала не покладая рук. Помогла надеть красный свадебный наряд с золотой вышивкой, расшитые красные туфли, усадила за столик с зеркалом и собирала волосы в красивую причёску.

– Не надо, – слабо отозвалась Лань И, когда У-эр потянулась открыть шкатулку с украшениями госпожи Цзянь.

Не ей надевать их. Это неправильно. Свадебные украшения госпожи Цзянь должна надеть та, что заполучит сердце и разум Гао Вэньцзяня. Но никак не невеста-приманка для осуществления великого дела и личной мести.

– Господин Цзянь сказал, чтобы я обязательно украсила Ваши волосы свадебными украшениями госпожи Цзянь, – У-эр виновато посмотрела на Лань И. – Они правда красивые. Посмотрите.

Она придвинула ближе к Лань И шкатулку и аккуратно вынула наружу украшения. Фэнгуань*, золотые шпильки с перьями, со свисающими тонкими нитями-цепочками с жемчужинами, и шпилька с пыльно-розовой жемчужиной.
(Примечание: Фэн Гуань – 鳳冠 – стар. женский парадный головной убор с украшениями в виде фениксов)

– Вам нравится? – улыбнулась У-эр.

– Красиво, но... – тихий голос Лань И она пропустила мимо ушей и с пущим восторгом умудрилась воткнуть все украшения в волосы, создав невероятную красоту.

В такой момент в голове смутно всплыл образ старшей сестры. В день свадьбы Лань Юэ госпожа Лань лично принесла свой фэнгуань, изготовленный у лучшего мастера специально для дочери семьи У, которой она являлась до замужества и входа в семью Лань.

– Не могу принять, – вскинулась Лань Юэ, увидев дорогое украшение. – У меня не такое положение...

– Ты дочь семьи Лань, – не слушала слов против госпожа Лань. – Твоё положение в семье мужа важно. Нельзя позволять женщинам Юань задирать нос. С первой секунды нужно показать, что, несмотря ни на что, мы поддерживаем тебя.

Ни уговоры Цю Жуй, матери Лань Юэ, ни отказы самой Лань Юэ не действовали на Лань Сици. Она была непреклонна.

Лань И смутно припоминала блеск и изящество украшения, но точно могла сказать, что старшая сестра преобразилась с фэнгуанем матушку в сотню раз. Тогда она думала, что её мама точно выглядела неописуемой красавицей в день своей свадьбы.

Фэнгуань матушки, переданный Лань Юэ, должно быть, лежал в сокровенном месте, в которое никому не дозволялось заходить. Так хотелось верить маленькой Лань И. Сейчас, с чужим фэнгуанем на волосах она вспоминала, как отличалась свадьба старшей сестры от её. Свадьба Лань Юэ строилась на взаимных чистых чувствах, а свадьба младшей дочери Лань...

Резко Лань И выдохнула.

– Тяжело? – У-эр прикоснулась с обоих сторон фэнгуаня.

Тяжело... только не красный наряд и не золотые украшения придавали тяжести. Внутри камень в булыжник превращался, ещё немного, и гора задавит хрупкое тело и горки костяных осколков не оставит под собой. Измельчит, а беззаботный ветер разнесёт.

– Волнуетесь? – У-эр потянулась к косметике на столике.

Волнение перед сражением. Ей не сражаться, клинок не держать и не отбивать удары, жаждущие отнять жизнь, но Лань И казалось, что цвет счастья* превратится в белый*. А от мыслей, что по ней, бросало в дрожь.
(Примечание: красный цвет символизирует счастье, удачу, радость, процветание.
Белый – траурный (так же символизирует чистоту))

– В день свадьбы все волнуются...

– Не нужно, У-эр, – Лань И по привычке хотела закрыть глаза, но не стала соблазнять слабый организм. – Знаешь же, что сегодня не счастливый день.

У-эр прикусила губу.

– Времена такие, – выдохнула Лань И. – Права выбора на счастливый брак не у каждого есть.

– Родители решают вопрос брака, – кивнула У-эр, неспеша перебирая кисточки для макияжа. – А ещё сваха...

– А ещё статус, положение, выгода, договорённости, – еле заметно кивнула Лань И. – В будущем всё так же будет. Но думаю проще.

У-эр взяла кисть и тут же отложила.

– Может, откажитесь? – еле слышно прошептала она. – Ещё не поздно.

– Мне разрешат вернуться домой? – прищурилась Лань И.

– Господин Цзянь выполнит, если скажете, – закивала У-эр.

– Тогда, – Лань И взяла её за руки, – ты поедешь со мной?

У-эр окончательно поникла.

– Не могу. Я не могу подвести матушку. Она посвятила себя клану и мне завещала служить до конца дней...

– Значит, и я не могу ослушаться родителей, – Лань И мягко погладила руки У-эр. – Они очень хотели обезопасить меня. Кто ж мог знать, что в мужья мне достанется глава ветви, а не лекарь или страж.

Возможно, не окажись она под взором Чун Цзина, сегодняшние событие не наступило бы.

Лань И мотнула головой и выпрямилась.

Нет, сгоняющее сражение обязательно наступило бы, и куда с большими жертвами и преданных чувств.

Свадьба — меньшее зло из возможного.