Сияющая

Глава 42

К гвардии империи Хельсберн во главе с императором Тиланом присоединились не только военные силы других человеческих государств, но и добровольцы в большом количестве. Никто не горел желанием воевать, но еще больше не хотелось попасть под власть некромантов. Такая перспектива пугала, но хорошо мотивировала.

В ожидании дальнейших приказов, союзная армия стояла на границе Семлегеса. Отсюда до академии оставался всего день пешего перехода. На небольшом военном совете было принято решение не дробить силы и не пускать конницу вперед.

Тилан мрачно осматривал окрестности Семлегеса. Из власть имущих он был здесь единственным представителем, автоматически став главнокомандующим: остальные монархи предпочли отсидеться в безопасности. Тилан был уверен, что его люди, а также те, кто доверился ему, пойдут за ним даже в этот проклятый лес, но все равно на душе было неспокойно. Про этот лес ходило много жутких историй.

С невольной улыбкой императору вспомнился приезд Адвены. Она тогда вместе с наставником проехали через лес вдвоем – и вполне успешно. Что может случиться с целой армией? Неужели не отобьются в случае чего?

***

Решение отложить начало похода до утра было встречено на «ура». Даже Хоринг, несмотря на то что очень хотел побыстрее «со всем этим закончить» и вернуться домой к семье, был рад тому, что начальство отдало приказ выдвигаться в путь только с рассветом. Ночевать в этом проклятом лесу, отделяющим академию от обжитых земель, никому не хотелось.

Бывший гонец присоединился к армии императора еще в столице, решив, что не сможет отсиживаться за спинами других и спокойно ждать, когда же его судьба решится. Жена, конечно же, выступила против и всячески отговаривала, но в конце концов вынуждена была отступить и отпустить мужа. Втайне она гордилась им, но женское сердце все равно противно ныло.

Утром армия выступила. Ни о каком строе и речи не шло – по крайней мере в той части войска, которая была укомплектована добровольцами. Настроение людей изменилось сразу, как только они оказались под сенью деревьев. Солнце едва-едва пробивалось сквозь листву, поэтому приходилось внимательно смотреть под ноги.

Шли молча. Тишину нарушали только бряцание оружия и амуниции, которая многим была не по размеру, да настороженное всхрапывание лошадей. Лес становился все гуще, что даже гвардейцам пришлось разбить строй и забыть про ровные ряды и синхронность.

Время близилось к полудню, когда был объявлен первый привал. Хоринг присел на пожухлый мох, прислонившись спиной к дереву. Пригубив из фляжки, мужчина стал наблюдать как стряпчие разводят костер из хвороста, которого, благо, хватало. Война войной, а обед по расписанию. Все правильно, иначе откуда будут силы идти дальше и тем более сражаться?

Горячий обед смог немного развеять напряженную атмосферу. Солдаты расслабились, то тут, то там начинались разговоры и даже порой раздавался редкий смех.

Хоринг продолжал сидеть на облюбованном месте немного в отдалении от остальных, когда ветер вдруг донес до него запах падали. Мужчина поморщился: хорошо хоть уже успел поесть, а то во время приема пищи такие ароматы могли бы испортить аппетит. Новый порыв ветра донес еще более отвратительное зловоние, настолько омерзительное, что бывалый гонец решил пересесть поближе к костру.

С кряхтением встав, Хоринг невольно обернулся в ту сторону, откуда дул ветер, и обомлел. Он и не рассчитывал, что рассмотрит в лесном полумраке источник вони.

– Нежить! – во весь голос крикнул он. Работа гонцом и вещающим положительно повлияла на его голосовые связки: мужчину услышали. К чести добровольцев, которые находились в этой части временной стоянки, типичная неразбериха отсутствовала. Солдаты быстро вскочили и заняли оборону, ожидая пока информация дойдет до командующих. Казалось, что за время нахождения в лесу каждый успел смириться с тем, что возможно придется столкнуться с чем-то необъяснимым. Кто-то даже выдохнул с облегчением: подумаешь, нежить! Могло что-то и более страшное случиться.

Нежить пробиралась к стоянке медленно, но верно. Теперь вонь стала настолько едкой, что глаза невольно слезились. Пока было время, мужчины соорудили себе повязки на лица из подручных средств – в основном в ход пошли рубашки.

Хоринг крепко сжал рукоять меча. Он стоял в первом ряду и с каким-то извращенным любопытством разглядывал подступающих. Трупы были разной степени свежести: некоторые были уже совсем старые, что остались только одни выбеленные кости, других вполне можно было принять за людей в соответствующем освещении.

– Явно некроманты постарались, – пробурчал один из мужчин, стоявший недалеко от Хоринга. – Идут еще так медленно, вразвалочку, словно не сражаться собираются, а просто гуляют и мимо проходили, чтоб их! Ладно хоть безоружные и на том спасибо… Я надеюсь, что думать эти твари не умеют, и мы их быстро раскатаем в блин!

Бывший гонец предпочел промолчать, прикидывая про себя, сколько еще времени понадобится мертвякам, чтобы добраться до них. По его прикидкам, от силы минут пять. Может действительно лучше самим уже броситься в атаку?

– Сомкнуть щиты! – у подоспевшего императора Тилана, который сразу же начал отдавать команды, были иные планы. Он знал об этих тварях из летописей, сохранившихся со времен последней магической войны. – Повозки необходимо перевернуть и сдвинуть! Оставьте небольшие бреши для отступления, но будьте готовы быстро их ликвидировать!

Тилан догадывался, что нападающие твари не так просты, какими хотят показаться. Ну не могут некроманты не подкинуть какую-нибудь дополнительную подлянку. И точно: как только нежить подошла ближе, в их руках материализовались клинки будто бы сотканные из самой тьмы.

Кто-то громко выругался.