Скайримские Хроники: потомок Защитницы Сиродила

19. Каменный город.

- Просыпайся! Просыпайся же, ты, грязное, пьяное, богохульное чудовище! – услышала Ирулан возмущённый женский голос.

Девушка с трудом разлепила свои веки и сразу же пожалела об этом – яркий свет ударил в глаза, и её пронзила резкая боль. Она зажмурилась и со стоном обхватила голову руками.

- Нечего тут рассиживать, - говорившая весьма чувствительно пнула Ирулан, - поднимайся!

Имперка, наконец, справилась с болью и всё-таки открыла глаза. Над ней возвышалась молодая женщина в жреческом одеянии и с гневным выражением лица.

- Ох… Где я? – пролепетала Ирулан, с трудом шевеля пересохшими губами.

Жрица презрительно усмехнулась:

- Ну, конечно, ты не помнишь! Явились тут со своим дружком в невменяемом состоянии, погром учинили, осквернили священное место, песни горланили, а потом ты отключилась, а твой собутыльник просто исчез! Выкинуть бы тебя из храма, да вот только кто всё это убирать будет?

Жрица была полна негодования, а Ирулан была просто в шоке. Она обвела взглядом вокруг себя. И правда, кругом царил полный хаос, различные предметы были разбросаны посреди осколков какой-то посуды, что-то было разлито, но главное, Ирулан совершенно не понимала, что это за место. С тяжким вздохом она сначала села, а потом с трудом поднялась на ноги. Желудок тут же скрутило, но девушка неимоверным усилием воли подавила приступ тошноты. Она пошарила по карманам и нащупала кошелёк, весьма, надо заметить, тощий. Но всё же в нём ещё звенело немного золота. Она протянула кошелёк жрице.

- Прошу, прими мои извинения и, вот, позволь мне компенсировать ущерб! Мне очень жаль!

Жрица взяла кошелёк, слегка встряхнула его, и её лицо слегка подобрело.

- Ох, ладно, Дибелла учит нас любви. Скажу служкам, чтобы привели тут всё в порядок. А ты, ступай-ка по добру – по здорову. И на твоём месте, я бы так не напивалась!

Ирулан, снова ошарашено оглядевшись по сторонам, перевела взгляд на жрицу.

- Конечно, я немедленно покину это место, но прошу тебя, скажи мне, где я?!

Жрица тяжело вздохнула.

- Нет, ну как так можно? Ты хоть имя то своё помнишь? В храме Дибеллы, вот где ты учинила погром. Вот так то!

Ирулан слегка протрясла головой, приводя мысли в порядок, за что была вновь наказана приступом боли.

- Ничего не понимаю… В Вайтране же храм Кинарет…

Жрица усмехнулась.

- Причём здесь Вайтран? Ты в Маркарте, дорогуша. Ну, всё, проваливай, у меня дел по горло. Благодаря тебе, между прочим!

Словно громом поражённая, с трудом передвигая ноги, Ирулан побрела к выходу, на который указала ей молодая жрица. Она вышла из храма, и его двери с грохотом закрылись у неё за спиной. Девушка оказалась на каменном балконе. Подойдя к парапету, Ирулан осторожно глянула вниз. Её взору предстала бесконечная вереница балюстрад, колонн и каменных парапетов. Каменные лестницы вели вверх и вниз. Ирулан подняла голову вверх и увидела горы, нависающие над всем этим каменным великолепием. Сам город был вырезан прямо в скале. Тяжёлые металлические двери, выполненные в двемерском стиле, вели в её недра, скрывая за собой жилые дома Маркарта. Ирулан читала, что этот город был основан на месте древнего двемерского города, название которого вылетело у неё из головы. В воздухе стоял шум падающей воды – это был поток, вытекающий из Маркарта и образовавший ущелье, в котором находился сам город, и являющийся левым притоком реки Карт. Его воды падали водопадом посреди города и, распадаясь на множество ручейков, растекались повсюду по специально сделанным акведукам и каменным канавкам. Напротив храма чуть ниже располагалась просторная площадка с мощными колоннами и огромными дверями, у которых стояла стража. Вероятно, это был замок ярла. Ирулан при виде всего этого потеряла дар речи от восторга, она даже забыла про свою головную боль. Никогда в жизни она не видела ничего более монументального и восхитительного! Впрочем, она вскоре вспомнила, что Вайтран, где её дома дожидается ничего не подозревающая Лидия, находится на одном конце Скайрима, а Маркарт, в котором она невесть как оказалась, в противоположном. К тому же все последние деньги Ирулан отдала жрице, чтобы искупить вину за столь непотребное поведение, так что положение у неё весьма плачевное. Впрочем, оружие было при ней, броня, хоть и местами весьма запачкана, но крепкая, можно попробовать взяться за какую-нибудь работу. «Ну, Сэм, дай до тебя добраться! И, кстати, ты мне посох должен, скотина!» - подумала имперка, размышляя над своим положением. Она отошла от перил и направилась к лестнице, ведущей вниз от храма Дибеллы.

Девушка бродила по каменным улицам, спускаясь и поднимаясь по лестницам. Она прошла мимо кузницы и плавилен, где трудились рабочие, вышла к торговой площади, прошла мимо палаток торговцев и снова поднялась куда-то наверх… То ли никак не отпускающая мучительная головная боль не давала ей сосредоточиться, то ли с непривычки, но у девушки совершенно не получалось сориентироваться. Наконец, устав, она прислонилась к каменной стене и прикрыла глаза. Рядом раздался звук хлопнувшей двери.

- Ба, кого я вижу! – раздался насмешливый грубоватый голос, - Ну, как, удалось вам с твоим другом статую спереть или вам жрицы накостыляли по полной? – и говоривший громко расхохотался.

Ирулан открыла глаза и взглянула на этого весельчака. Перед ней стоял весьма крупный норд в добротных доспехах и с огромной секирой за спиной. У него была косматая шевелюра, его лицо поросло щетиной, но глаза были весёлыми и, в целом, он выглядел дружелюбно, хотя время от времени он бросал по сторонам внимательный взгляд, говоривший, что он готов, если что, отразить возможную угрозу. Похоже, парень был охранником. Девушка потёрла виски и устало вздохнула.

- Что, голова трещит? – не унимался норд, - Ещё бы! После такой попойки, что вы с приятелем учинили, я бы вообще пол дня в кровати валялся, ну, или там, куда успел бы упасть, - и он снова расхохотался. Его громоподобный хохот ударил по ушам Ирулан, вызвав новый приступ мучительной боли.