Скальпель судьбы

Часть 13

 Наши дни. Катя      

 Катя устало откинулась на спинку кресла. За последние несколько дней она изучала всё, что смогла найти в интернете об интернате, где училась Даша, а также искала всю информацию, что касалась её так называемого жениха Косоротова Эдуарда Иосифовича. Информации оказалось не так уж и мало, только вот помочь Кате хоть как-то приблизиться к тайне исчезновения Даши это не помогло.

 Оставалось два способа решения этой проблемы. Первый – это пойти к отцу, второй – попробовать что-то узнать в самом интернате у той самой Елены Васильевны, что передавала Даше гостинцы и записки. Первый способ Катя сразу отмела, как совершенно бесперспективный, а вот второй можно было попробовать. Но и тут было одно «но». Катя встречалась с женщиной в последний раз довольно давно, сейчас же Даша уже была студенткой, и поддерживала ли она связь с доброй нянечкой, было неизвестно. Но попробовать всё-таки стоило.       

 Катя встала и подошла к плите, упершись руками в столешницу. Надо включить чайник, немного согреться, вечер сегодня уже осенний, прохладный. Скоро начнутся дожди, солнце скроется за тяжёлыми тучами. И медленно, но верно наступит день, который она ждала со страхом и скрытой паникой. День смерти маленького Алёшки. И если первый год после аварии пролетел как-то быстро, потому что надо было восстановить здоровье после нескольких операций и вернуться к работе, то второй давил на неё одиночеством и... чувством вины. Она даже в мыслях боялась признаться, что будто наказывает саму себя непосильной работой, потому что иногда сознавала, что в её жизни после смерти сына появились тишина и покой. Всё то, чего она просила у Бога, пока Алёшка был жив. Но он умер, а она осталась в живых. И пусть её буквально вырвали из рук смерти, но она выжила.      

 Катя судорожно вздохнула и помассировала когда-то поломанную руку. Сквозь шум в ушах она услышала звук поднимающегося лифта, нажала на кнопку чайника и вернулась к столу, на котором стоял ноутбук. Наверное, стоит заехать после работы к Хохловскому, может, он даст какой-нибудь дельный совет?      

 В дверь позвонили, Катя бросила взгляд на часы. Так поздно, кто это может быть? Звонок повторился ещё и ещё. Булавина вышла в коридор и тихо спросила:      

 – Кто? – после чего бросилась открывать непослушные замки, потому что за дверью плакала Ира Воронцова. Катя распахнула дверь и замерла. Ира стояла в слезах, вокруг правого глаза наливался синевой отёк, на виске запеклась капля крови.      

 – Катя, прости, но мне некуда идти. Можно?     

 – Да конечно, Иринка! Проходи! Сразу на кухню иди, я сейчас аптечку возьму, рану обработаю.      

 Ира зашла в тёплую чистую квартиру и тихо сползла по стене на пол. Катя выскочила из комнаты и опустилась на колени рядом с подругой.      

 – Катя, я из дома ушла. Как теперь мне вернуться – не знаю. Мне страшно, Кать, очень страшно. Я сегодня еле ноги унесла от него и его дружков. Кать, я его ударила. По голове, Кать. Я даже не знаю, чем это для него закончится.      

 – Ничем! Были бы мозги, было бы сотрясение, а так даже не почувствует, – отрезала Булавина. – Ты на себя посмотри! Только не рассказывай мне, что рану на виске и синяк под глазом ты заработала по большой любви! Ты сможешь встать и дойти до машины?      

 – Зачем? – спросила обессилевшая Ира.      

 – Затем, моя милая, что нам надо в травмпункт ехать, побои зафиксировать! Чтобы на суде его по стене размазали! А ещё в полицию сообщить, чтобы тебя направили на медицинское освидетельствование в бюро судебно-медицинской экспертизы.     

 – Не надо, Кать, я так устала от всего.      

 – Ничего, ты у нас женщина сильная. – Катя уже накладывала полоску стягивающего пластыря на кожу. – Швы можно не накладывать, рана не широкая, хотя кровит здорово. Надо будет холод приложить. А теперь вставай, поехали.     

 – Катя!      

 – Ира!      

 Булавина схватила ключи, накинула куртку прямо на домашний костюм и обняла Ирину:      

 – Завтра останешься у меня. Семёна Марковича я беру на себя. Потом позвоню Анюте с Игорем, мы что-нибудь придумаем. Вот увидишь, всё будет хорошо. А этого мерзавца ты из своей жизни выкинешь. И как можно быстрее, документы на развод нужно подать в ближайшие дни. И квартиру вернуть! А теперь посмотри на меня и поехали.

                                                                    ***

  – Ань, я еле уговорила её поехать в травмпункт. – Катя сидела на кухне и тихо говорила в телефонную трубку, стараясь не разбудить уснувшую Ирину. – Она истощена психически и морально полностью. Хорошо, что там Димка с соседнего потока дежурил, помнишь его? Здоровый такой, ещё волосы ёжиком стриг. Он даже противостолбнячный анатоксин заставил сделать – у неё рана на груди глубокая. Пойди узнай, что в той рюмке было и кто из неё пил. Я завтра её успокоительным накачаю, на работу не пущу, пусть меня Лившиц убивает, но куда ей такой красивой на глаза пациентам показываться?      

 – Всё верно, – тихо ответила Анна и глубоко вздохнула. – Кто бы подумать мог, что так всё закончится? Кать, а что теперь делать? Ей самой там показываться нельзя, а квартира?       

 – Надо хорошего юриста искать. У вас никого нет на примете? Да такого, чтобы прижал этого гада с его дружками к ногтю, чтобы рыпнуться боялись! А ты чего шепчешь? Мы Инну твою не разбудили?