Скандал, развод и Новый год

Глава 13

Заметно, что Баринову стыдно за дочь.

Раньше надо было думать. Уделял бы больше времени кровиночке, вёл правильные беседы, глядишь, сейчас не пришлось бы краснеть.

Я не смею встать, пока меня не отпустили. Приросла к креслу, не шевелюсь, жду реакции шефа.

- Лера, не берите в голову слова моей дочери. Беременность, гормоны, характер. Лика вся в свою мамашку-истеричку. Гены, с этим ничего не поделаешь, - пытается разрулить ситуацию.

Мог и прощения попросить за всё то дерьмо, в которое меня окунула их семейка.

Нервно черкаю в блокноте, который захватила с собой. Глядя на абстрактные линии, доношу свою точку зрения:

- Скажу по секрету, Егор Борисович, – гены исправляются ремнём. Но вам, наверное, поздно за него хвататься.

Натянуто улыбаюсь. Баринов благодарен за то, что держу себя в руках. Не рыдаю и не бегу писать заявление об уходе. На лице мужчины читается облегчение.

- Ничего. Блокировка карты – тоже хороший воспитательный приём. Проверено неоднократно. Дочурка обнаглела, пора призвать Анжелику к порядку.

Лера, а у вас красивые руки. Длинные пальцы, правильной формы ногти… Предлагаю вам поработать моделью для новой ювелирной коллекции. Думаю, оплата приятно удивит, - предлагает босс.

У меня сосёт под ложечкой. Не слишком понятен и довольно подозрителен такой резкий поворот.

- Это вы меня так покупаете? - задаю вопрос в лоб.

Босс поднимает руки:

- Боже упаси! Это я так пытаюсь извиниться и сэкономить на профессиональной модели с завышенным ценником.

Беру паузу, обдумываю его слова. Решаюсь пойти на мировую: мне с этим мужчиной ещё работать и работать.

- А вы прожжённый делец, Егор Борисович! - шутливо грожу пальцем. Губы растягиваю в подобие улыбки, но глаза не смеются, остаются серьёзными.

Шеф заметно выдыхает и расслабляется:

- Спасибо, сочту за комплимент. Так что насчёт ужина?

«Ах ты, хитрый лис! Не оставил намерения затащить меня в постель? Даже не мечтай, Казанова хренов».

Хмурю брови, смотрю в глаза Баринова с упрёком:

- Угомонитесь. Мне не до адюльтера, если честно. Я ещё не развелась, чтобы заводить отношения с другим мужчиной.

- Валерия Андреевна, а давайте я ускорю ваш развод и сделаю его максимально безболезненным для вас? Думаю, у меня есть такая возможность, - искушает этот бес.

Оказывается, моё желание уснуть и проснуться уже разведённой выполнимо? Неожиданно…

- Как? Двое несовершеннолетних детей, муж настаивает на примирении. Пойти в загс и просто развестись не получится, придётся через суд. Но кто решится так быстро расторгнуть наш брак? - скептично замечаю.

Баринов задумчиво почёсывает пальцем бровь, а потом изрекает:

- У меня имеются рычаги давления на вашего мужа. Считайте себя свободной. Свидетельство о расторжении брака вам привезёт мой адвокат. Прихватите завтра на работу документы. Он заедет, снимет копии, чтобы представлять ваши интересы в суде.

Я сижу, как громом поражённая: «А что, так можно?» Но, видимо, для Баринова ничего невозможного нет.

Без колебаний соглашаюсь:

- Хорошо. Спасибо, Егор Борисович, я пойду работать.

Медленно встаю и выхожу на негнущихся ногах.

Догоняет запоздалая мысль:

«Что это – попытка извинения и способ загладить вину передо мной или искусно расставленная ловушка? Я теперь обязана оказать ответную услугу или будем считать, что справедливость восстановлена и мы друг другу ничего не должны?..»

Вопросы остаются без ответа…

До самого обеда занимаюсь бумагами, расписанием, отвечаю на звонки, готовлю переговорную к встрече с партнёрами, варю кофе для шефа и посетителей, разбираю почту.

Только начинаю собираться с Ларисой в кафе, как звонит рабочий телефон. Баринова в кабинете нет, он уехал на деловой обед.

«Может, не брать трубку? У меня уже перерыв, надо скорее выскочить за дверь».

Но совесть не позволяет сбежать. Отвечаю на звонок стандартным приветствием, а на том конце звучит ненавистный голос:

- Здравствуйте, Валерия Андреевна! Ты меня на телефоне в чёрный список внесла, что ли? Полдня не могу дозвониться, - раздражённо сетует муж.

- Привет, Вадик. Что ты хотел? - обречённо опускаюсь в кресло.

«Сходила покушать» называется…

Столетов негодует, повышает на меня голос:

- Да вот хотел убедиться, что мне не соврали. Значит, ты действительно решила гадко и низко отомстить – легла под Баринова, а меня попросила отослать подальше, чтобы не мешал вашей интрижке?

От удивления на минуту теряю дар речи.

Господи, откуда у него такие мысли в голове? Совсем крыша уехала от пьянки?

- Во-первых, не надо всех по себе ровнять, Вадим Константинович. Во-вторых, мстить? Тебе? А не много ли чести? По-твоему, мне больше заняться нечем? - накручиваю себя и перехожу в наступление.

Тоже мне, нашёл виноватую. Сваливает с больной головы на здоровую…

Столетов не успокаивается:

- Тогда какого чёрта ты там делаешь? Как пролезла в компанию? С улицы к нам никто не приходит. Почему Баринов принял тебя на работу? За какие заслуги?

Мне не хватает воздуха. Я сижу в шубе, в зимних сапогах, мне жарко и душно. Внутри клокочет настоящая лава – гнев на мужа.

Хочется открыть рот и плюнуть в него огнём, чтобы почувствовал всю степень моей ненависти. Но он далеко, да и я далеко не драконица…

Не сомневаюсь, что ему позвонила Лика и нажаловалась на отца, а заодно сочинила несуществующий роман между мной и шефом. Представила меня падшей женщиной, на фоне которой она выглядит белой и пушистой.

Вдыхаю несколько раз глубоко и медленно выдыхаю, снимаю шубу и холодным, равнодушным тоном советую:

- Вадим Константинович, если вам так интересно, как я попала на работу в «Алмазы Сибири», спросите у Егора Борисовича. Думаю, он вам подробно объяснит. А меня, пожалуйста, оставьте в покое. И впредь не занимайте рабочий телефон личными разговорами!