Скандальная история старой жены

Глава 7

Миравель

Первое моё желание – трусливо сбежать. Спрятаться не только от Регарана, но и от всего мира.

Меня буквально трясёт от незнакомых ощущений. В тридцать я могу стать матерью! Даже не верится. Когда-то я мечтала о ребёнке, думала, что может быть это сделает мою жизнь полнее. И, что греха таить, втайне надеялась, что малыш или малышка могли бы смягчить Рана.

Но муж дал понять сразу – детей он от меня иметь не желает. Это стало ещё один ударом. Было больно и обидно, но я смирилась, найдя утешение в Тейваре и моей крошке Элли.

Но что будет, если Ран узнает… или уже узнал…

Я беру себя в руки и снова подхожу к окну, но огромного дракона уже не вижу. Лишь замечаю, как к постоялому двору подходит высокая фигура, выделяющаяся даже среди рослых местных. Широкие плечи, уверенная походка – я узнаю его сразу. Это Ран.

Я удивлена, потому что на муже нет доспехов или той одежды с императорским гербом, которую он обычно носит при дворе. Сейчас на Ране тёмно-синий плащ из тонкой шерсти, кожаная куртка на манер местных, штаны, подогнанные точно по фигуре, высокие сапоги и чёрные перчатки. Всё без опознавательных знаков, что несвойственно Верховному Маршалу и брату императора.

Что же, если муж каким-то образом узнал о просроченном зелье или моей возможной беременности, остаётся только ждать. Он скоро явится ко мне.

Я сажусь на кровать и складываю руки на коленях. Взгляд упирается в одну точку, но внутри бушует ураган чувств.

Что если я беременна, а Ран скажет, чтобы лекарь дал мне зелье для прерывания? Я никогда так не поступлю! При одной мысли о ребёнке внутри всё наполняется теплом и светом. Я прижимаю ладони к животу, и сердце сжимается от восторга.

За двенадцать лет брака я свыклась с мыслью, что буду бездетной, поэтому беременность была бы для меня сродни чуду. Но я пока не знаю, есть ли она…

Я сижу какое-то время нервничая и размышляя, ожидаю, что муж вот-вот постучит в дверь, но почему-то этого не происходит. Мне кажется, проходит минимум час, прежде чем я понимаю – Регаран не придёт.

Неужели он здесь не из-за меня? Или что-то задержало его?

Я же не усну! Нужно всё разузнать.

Быстро одеваюсь и выхожу в коридор, стараясь двигаться степенно, хотя внутри всё кипит от волнения. Спускаюсь вниз по скрипучей лестнице, держась за холодные перила, сердце стучит всё быстрее с каждым шагом.

Внизу, в просторном холле постоялого двора, царит привычная суета: кто-то ужинает, кто-то торгуется с хозяином за лучшую комнату. Я замечаю одну из работниц – молодую женщину в простом белом переднике, с тонкими поджатыми губами и внимательными глазами.

– Простите, – говорю я, подходя к ней. – Вы не видели мужчину в синем плаще? Высокого, красивого, с внешностью имрийца? У него короткие чёрные волосы. Он зашёл сюда буквально час назад.

Женщина окидывает меня быстрым взглядом, потом чуть щурится:

– Ага, видела, но тебе-то какое дело? Ты ведь из вари? Хочешь его обслужить? У нас тут своих девок хватает.

Мои щёки слегка розовеют от гнева. Я совсем забыла, что одета в платье имрийки. Именно так одеваются варийские проститутки, чтобы привлекать клиентов-имрийцев.

Резкое словечко зудит на кончике языка, но мне нужна информация, а не публичная ссора, поэтому я засовываю руку в карман и достаю пару монет. Их у меня осталось не так много, но небольшие траты себе позволить могу.

– Я путешественница, – поясняю я, а затем протягиваю женщине деньги. – Мне просто нужны ответы на вопросы. Ты слышала, о чём говорил мужчина? Куда он направляется, что ему нужно? Может спрашивал про кого-то?

Работница постоялого двора едва не присвистывает при виде монет, быстро забирает их, с подозрением пробует на зуб и довольно хмыкает, понимая, что настоящие.

– Мужик точно из дракшей, я видела, как он приземлился неподалёку.

Дракшами в варийском наречии называют драконов. Жители Эшры, даже те, что когда-то приехали из Имрияса, переняли у местных эту привычку.

– А так… ничего он не говорил, – продолжает женщина. – На расспросы сначала не реагировал, а потом нагрубил управляющему так, что тот язык прикусил. Красавчик снял комнату на одну ночь, обычную – не слишком дорогую.

Это похоже на Рана, ему нет особого дела до роскоши.

– От шлюх и вина отказался, сказал не нужно, – добавляет женщина, поднимая брови. – Это я так… на всякий случай. Чтобы ты к нему не лезла. Недобрый у него взгляд, милочка. Хотя понимаю тебя, я хоть и не работаю в сфере подобных услуг, но тоже бы не отказалась с ним порезвиться.

Становится мерзко от её разнузданного поведения. Многие женщины так реагируют на Рана. Он привлекает их так, как может манить дикий необузданный зверь – силой, опасной красотой, холодом в глазах, от которого по коже бегут мурашки.

Женщина весело подмигивает мне, а я отхожу в сторону, подавляя всевозрастающее чувство неприязни.

Вчера была женой маршала, а сегодня меня принимают за проститутку. Воистину жизнь непредсказуемая штука.

Радует и одновременно удивляет, что муж прибыл на границу Эшры не за мной. Что здесь могло понадобиться Верховному Маршалу Имрияса?

Вдруг понимаю, что если Ран остался на ночь, то утром мы можем пересечься, когда будем разъезжаться – каждый в свою сторону. Мой кучер точно его узнает, захочет поздороваться и выразить почтение. А мне этой встречи точно не надо. Будет лучше, если Регаран не узнает, что я ночую на том же постоялом дворе, что и он.

Решение приходит на ум мгновенно. Я обвожу взглядом торговцев, которые ужинают или просто коротают вечер за беседой. Безошибочно выбираю того, кто мне нужен и направляюсь к нему.

До отцовского ранчо день пути в экипаже, но верхом я могу добраться часов за десять, если не останавливаться. Только нужен местный конь и подходящее снаряжение.

В крови закипает странная смесь – тревожное волнение и острое, почти детское предвкушение. Будто тысячи иголочек бегают под кожей.