Скандальная невеста. Герцогиня-воровка

Глава 10

Боже! У меня что-то с глазами, или же в карете с невестой действительно сидят сразу два жениха?!

Не может быть! Нет, я сразу поняла, что Велинталия — безумный мир, но не до такой же степени!

Во всяком случае, на глаза я еще не жаловалась.

Я отчетливо видела на лацканах фраков этих эльдорменов, так здесь называли особо важных аристократов, белые лилии.

Прямо на груди по цветку, и у одного, и у второго!

В Велинталии, как я поняла это по своей свадьбе, белые лилии прикалывали себе на лацканы лишь женихи. Только по этому цветку на груди можно было отличить брачующегося счастливчика от других гостей. Потому что все важные персоны выглядели совершенно одинаково: черный фрак, холеное лицо и напыщенный вид. Портрет типичного эльдормена.

У невест тоже имелся такой цветок, только его вплетали в венец, который наверняка олицетворял чистоту и непорочность.

Я тоже недавно стояла у алтаря в таком же венце из лилий. Вот только вряд ли я тянула на типичную велинтальскую невесту. В отличие от этой девушки, которая сидела сейчас в карете напротив.

Ведь она была очень молода. И, судя по всему, невинна. Но её глубоко несчастный вид сразу бросался в глаза. Будто её везли на казнь, а не на венчание.

Её пухлые, совсем еще детские губы дрожали, а щеки пылали нервным румянцем.

Во взгляде лишь отчаяние и страх…

М-да, о любви здесь не могло быть и речи. Да и кто из этих двоих её избранник? Скорее уж, никто.

— Ничего не понимаю, — ловлю себя на мысли, что думаю вслух.

— Ааа… ты об этом… В Велинталии это в порядке вещей. Это называется двойная женитьба. Эффектное зрелище, не правда ли? — Марк отрывается от окна, и его белесые глаза смотрят на меня с нескрываемым торжеством. — Ты все правильно поняла, папаша и сынок берут в жены одну и ту же невесту.

— Что?! Этот старикашка и его недоделанный сынок будут её мужьями? Вместе?!

Марк прямо-таки наслаждается моим шоком. Он словно пьет его по капле, смакуя каждый мой возглас.

Вот больной ублюдок!!

— Все верно, два мужа, одна жена. Супружеские обязанности они тоже будут выполнять оба, надеюсь, что неодновременно… — Марк мерзко загоготал. Я же едва сдержалась, чтобы не влепить ему пощечину. Прямо по его смазливой физиономии. — Если, конечно, этот старый хрыч еще на что-то способен… И так будет продолжаться до той поры, пока этот престарелый ловелас не сыграет в ящик.

Я с ужасом смотрю на свадебную карету. Услышанное просто не укладывалось у меня в голове.

Вот тебе и аристократы!

— Но разве это по-божески?! Как это позволяет церковь?!

— Спокойно позволяет. Для них главное — чтобы невеста была хотя бы наполовину аристократка, а остальное уже детали. Идею «плодитесь и размножайтесь» они понимают по-своему.

Наконец-то свадебный кортеж проехал. Моя тюремная тарантаска тоже тронулась, повезла меня навстречу новым испытаниям.

Но я почему-то невольно оглянулась назад. Чтобы удостовериться, что мне все это не померещилось.

Ведь судьба этой несчастной взволновала меня до глубины души, на какое-то время я даже забыла о собственных проблемах. Кроме того, слово «молодожены» вдруг заиграло для меня новыми красками…

— Не понимаю, зачем она согласилась на этот брак? По-моему, лучше смерть, чем такое счастье!

— Это по-твоему, а здесь женщины привыкли подчиняться. Для них воля отца это святое, любое неповиновение главе семейства — большая редкость. Девочек с детства к этому готовят, поэтому во взрослой жизни они почитают своих мужей. Он для них — почти что Бог!

Марк произносит это с таким восторгом, что у меня аж сводит скулы.

— Но я все равно не понимаю, какая необходимость делить между собой жену?! При желании они оба могли бы жениться по-нормальному.

— Не могли. Потому что за старика никто не отдаст свою дочь, а женского тепла всем хочется, даже глубоким старцам. Вот только вдовы здесь никому не нужны, ни молодые, ни старые. На них никогда не женятся. В родительский дом молодой вдовушке дорога тоже будет закрыта, а сама она не сумеет себя прокормить.

— А как же наследство мужа?

— По Велинтальским законам его получают только дети умершего. Но если её престарелый муженек успеет ей заделать перед смертью ребенка, то вдовушке, считай, крупно повезло. Ведь тогда она будет пользоваться его состоянием до совершеннолетия ребенка.

Перед глазами у меня тут же появился тот мерзкий старикашка-жених, который сейчас торопился навстречу своему последнему счастью.

Мне стало аж дурно. Как представила себе его старческие губы, его тяжелое дыхание…

— Ладно, со стариком все ясно. Но как на такое согласился его сын?!

В том, что это папаша со своим отпрыском, в этом я даже не сомневалась. Внешнее сходство бросалось в глаза.

— А кто ж его спрашивал? Сейчас все решает его отец. Как ни как на кону стоит наследство! В этом отношении местным аристократам не позавидуешь. Без родительской поддержки далеко не уедешь, а начинать с нуля здесь очень тяжело.