Скандальный роман с бывшим мужем

Глава 11

Я всего лишь спускаюсь на короткую деловую встречу, а адреналин выплескивается в кровь в такой дозировке, что сложно мыслить связно.

Чувствую себя ужасной матерью, замыкая сына в квартире. Не успокаивает даже то, что больше десяти минут я Игорю не уделю, а у Тимурки есть мобильный. Он умный мальчик, первым делом позвонит, но я надеюсь на то, что не проснется до моего возвращения.

Пока еду вниз в лифте, меня переполняет злость на Игоря. Каким надо быть самоуверенным и наглым, чтобы думать, что взрослая женщина сорвется к тебе на встречу в первом часу ночи?

Хотя черт… Я же сорвалась…

Выхожу из подъезда, смотрю по сторонам и быстро пересекаю парковку. Салон машины Игоря горит уютным, теплым светом, но одновременно с этим пугает. Особенно – пристальный направленный на меня взгляд.

Ненавижу его. Особенно сильно – потому что до сих пор люблю.

Поднимаюсь на подножку и не слишком элегантно плюхаюсь на место пассажира. Хлопаю дверью. Кривлюсь и меняю позу, делая вид, что в машине не очень-то удобно. Хотя на самом деле претензий к салону быть не может, я всего лишь оттягиваю момент встречи глаз.

Серебрянский прокашливается. Я краем глаза вижу, что пытается справиться с улыбкой. Ну что за козел! Смешно ему!

Переполненная праведным гневом, поворачиваюсь к нему туловищем и вздергиваю подбородок.

– У меня для тебя есть семь минут. Озвучивай свои пожелания и уматывай.

Дерзко взмахиваю рукой, показывая пальцем в сторону выезда. Мне и самой неловко от тона и подбора слов. У Серебрянского тоже брови ползут вверх.

– Грубовато, не находишь?

Конечно, нахожу! Но в жизни не признаюсь.

Блещу глазами и сжимаю губы.

– Я очень вежлива в рабочее время, господин Серебрянский. А в двенадцать ночи, уж простите, когда вы выдернули меня из постели, я буду разговаривать так, как…

– Тепло тебе было в постели, значит?

Игорь перебивает, а к моим щекам приливает краска.

Бывший муж стреляет взглядов вверх. Я еле сдерживаюсь от того, чтобы не ляпнуть: да! В постели у меня всё замечательно! Пусть тоже представляет меня с другим. Я до сих пор не могу забыть картину, которую увидела в нашей спальне.

Но момент я упускаю. Игорь возвращается взглядом к моим глазам. Смотрит так внимательно, что я трушу.

Фыркаю, передергиваю плечами.

– Не ваше дело, господин Серебрянский.

– А сын как?

Хочу огрызнуться: и это тоже не ваше, но торможу. Сердце меня предает. Болит. Сложно не думать, что эгоистично с моей стороны решать за них, что они друг другу не нужны.

– С ним всё хорошо.

– Как отошел от передряги? – Голос Игоря звучит неожиданно для меня мягко. И взгляд тоже не несет в себе угрозы. Он склоняет голову. Я почему-то фокусируюсь на мужской руке, которая лежит на руле.

Когда Тимурка только родился, у него уже были длинные, как мне тогда казалось, пальчики. Мне было одновременно больно и радостно, что у сына скорее всего будут настолько же красивые и чуткие руки, как у его отца.

Тело вспоминает их прикосновения. Мне становится зябко. С нажимом веду ладонями по плечам, заставляя себя избавиться от видения и посмотреть на Игоря.

– Отошел, спасибо. И спасибо, что спас его…

Благодарность дается тяжело. Игорь в ответ мимолетно улыбается. А я только сейчас, кажется, осознаю, от какой опасности он уберег нашего сына.

А еще молчу о том, что с тех пор Тимур несколько раз вспоминал своего спасителя. Спрашивал у меня, как там укротитель волков. Ну и когда мы съездим навестить его в больницу.

Тимур решил, что спасая его, герой-укротитель получил чуть ли не смертельную травму.

Мой взгляд соскальзывает на плечо Игоря. Внешне оно выглядит совершенно здоровым.

– А ты как?

Я спрашиваю, перешагивая через гордость. Сейчас она кажется неуместной.

Игорь прижимает ладонь к плечу и прокручивает.

– Буду жить. Наложили швы. Сказали являться на перевязку. Но волчьи зубы – не острей ножа. А я привыкший…

Его слова звучат страшно. В горле сохнет. Я хмурюсь и прокашливаюсь. Спросить, с каких пор это он привыкший? Нет. Страшно. Да и зачем? Мы же посторонние люди.

– Он правда был бешеный?

Игорь улыбается. Замечаю лучики-морщинки вокруг глаз. Чувствую себя пойманной в ловушку. Нужно оторвать взгляд, а как?

– Нет. Хотя бы в чем-то я оказался счастливчиком. Просто агрессивный. Был.

Практически отдираю себя от лица бывшего мужа. Опускаю взгляд и киваю.

В салоне становится тихо.

Семь из отведенных на разговор десяти минут мы потратили на треп. Я почему-то уверена: Игорь приехал не обсуждать проект. Только мне так и не понятно, что же он от меня хочет.