Скандинавская мифология: Сага о богах и героях

Глава 8: Локи — Хитрец и Трикстер

В Асгарде, где живут боги, нет, пожалуй, более противоречивой фигуры, чем Локи. Одни считают его искусным помощником в трудные минуты, другие — губительной силой, несущей хаос и вражду. Когда задаёшься вопросом, почему он до сих пор находится среди асов, часто слышишь ответ: без Локи мир был бы слишком предсказуем и, возможно, застыл бы на месте. Он привносит в повседневность искру непостоянства и ломает привычные границы. Но за это приходится платить.

В легендах говорится, что происхождение его туманно. Одни утверждают, что он из рода великанов, другие настаивают, что он является сводным братом Одина. Как бы там ни было, Локи оказался в тесном кругу асов, участвовал в их пирах и битвах, но никогда не чувствовал себя с ними единым целым. Порой он выступает союзником, порой — явным врагом. Постоянно ловишь себя на мысли: стоит ли верить ему, если сегодня он протягивает руку помощи, а уже завтра может толкнуть в пропасть?

На заре времён Локи сослужил Асгарду неплохую службу. Рассказывают, что именно его хитрость помогла заполучить у карликов-двергов великие артефакты: копьё Гунгнир, кольцо Драупнир, тот самый молот Тора — Мьёльнир. Без него боги не обрели бы столь мощное оружие и защиту. Но при этом, пользуясь собственным коварством, Локи однажды поставил Тора в глупейшее положение, инсценировав похищение Мьёльнира и вынудив того надеть свадебные наряды, чтобы вернуть молот из лап великана Трюма.

Порой Локи действительно спасал ситуацию, оказывая помощь Асгарду в столкновениях с ётунами. Он мог перекинуться в сокола, парящего высоко над землёй, выведать планы врагов, а потом вовремя предупредить Тора или даже самого Одина. Казалось, что боги смотрят на его выходки с терпимостью, понимая: его хитрость порой приносит пользу. Но всё же непросто давался им мир с тем, кто, кажется, не знает границ в обмане.

Больше всего Локи отличается от других обитателей Асгарда своим неиссякаемым самомнением и любовью к провокациям. Он почти всегда насмехается над тем, кто обладает силой или славой. Глядя, как Тор в очередной раз громит великанов, Локи то подзадоривает его ехидными репликами, то отчаянно льстит, лишь бы повлиять на дальнейшие решения бога грома. Бывает и так: в разгар боговского пира он внезапно выплескивает на стол свои оскорбления, высмеивая даже самого Одина. Страсть к беспорядку словно течёт в его жилах, и никто не знает, что там у него в голове в следующую минуту.

Что страннее всего, у Локи есть семья, и она не менее причудлива, чем он сам. От брака с великаншей Ангрбодой родились трое жутких детей: гигантский волк Фенрир, мировой змей Ёрмунганд и девица Хель — правительница загробного царства. Именно эти существа, по преданию, сыграют роковую роль в судьбе Асгарда, когда наступит Рагнарёк. И хотя боги давно пытались воспрепятствовать их влиянию, заточив Фенрира, сбросив Ёрмунганда в океан и низвергнув Хель в царство мёртвых, с каждым днём всё сильнее ощущается надвигающаяся тень. Говорят, нити судеб уже сплетены так, что эти дети Локи непременно восстанут и обрушатся на мир богов, когда придёт время финальной битвы.

Но самым тяжким грехом Локи, пожалуй, считают его роль в смерти Бальдра, любимого сына Одина и Фригг. Эта трагедия потрясла весь Асгард: столь светлый и добрый бог пал из-за козней хитреца. Зная, что Фригг добилась клятвы со всех существ не причинять вред Бальдру, кроме ветвички омелы, Локи, приняв облик старухи, выведал у богини об этом исключении. Затем он вложил ветвь омелы в руки слепому Хёду, уговорив того поучаствовать в «безобидной забаве» — метнуть стрелу в Бальдра. Так потеряли асы своего лучезарного собрата, а весь мир погрузился в глубокую скорбь. Путь назад уже не находился: обман и жестокость разом перевесили все прежние заслуги Локи.

С тех пор атмосфера в Асгарде изменилась. Локи стал чужаком, которого многие начали ненавидеть. По разные стороны стен за его спиной шёпотом передавали друг другу истории о том, как всё могло быть иначе, если бы не эта страшная выходка. Но хитрец не собирался раскаиваться. Он продолжал язвить, он продолжал плести интриги. И хотя боги не могли сразу его схватить или уничтожить — ведь Локи был неуловим, — время от времени возмездие всё же настигало его. Случалось, что асам удавалось поймать его в сети, и тогда он попадал в жестокие оковы, где испытывал адские муки. Но каждый раз тем или иным образом ему удавалось бежать, точь-в-точь как змея ускользает сквозь щели.

Так возникла неразрывная связь: Локи и Рагнарёк. Пророчества гласят, что именно он освободится от своих пут и встанет во главе враждебных сил — вместе с волком Фенриром, змеем Ёрмунгандом и другими угрозами, скрывающимися до поры до времени в глубинах. И всё же остаётся открытым вопрос: совершал ли Локи каждый свой поступок по собственной жажде зла, или его вела предначертанная судьба, оставляя лишь иллюзию свободы? Ведь даже норны, плетущие нити судеб у колодца Урда, не в силах переписать прошлое или остановить будущее.

При этом нельзя сказать, что Локи всегда злонамерен. Порой кажется, что у него есть своего рода острое чувство справедливости, хоть и извращённое, и иногда он мстит за чью-то обиду или восстанавливает баланс так, как только он это понимает. Впрочем, тяжело сосчитать, сколько бед вышло из его рук и сколько благих дел он попутно сотворил. Может, именно благодаря постоянному столкновению его коварства с суровым порядком Асгарда этот мир ещё дышит, ведь столкновение противоположностей порождает движение.

Для людей образ Локи всегда был таинственным. В простонародье его могут вспоминать, когда хотят объяснить неожиданный поворот событий: «Это Локи спутал мне все карты» или «Локи здесь поигрался, не иначе». Кое-где почитают его как покровителя хитрости, даже обращаются с просьбами помочь провернуть некое сложное дело, особенно если без обмана там не обойтись. Но куда чаще к его имени прибегают с осторожностью, опасаясь гнева невидимого трикстера.

Задумываться обо всём этом значит видеть двойственную природу Локи — союзника и врага, смеющегося и плачущего, творящего добро и раздувающего пламя зла. Как если бы он сам был воплощением самой сути противоречия. Часто говорят: если бы его не было, мир стал бы скучным, но стал бы и более стабильным. А это уже вопрос — что для нас важнее?