Сказ о пропавшей зиме

Глава 15. Таинственный плющ

Резное зеркало играло переливами драгоценных камней. Они собой рисовали узор из сотен цветов. Благородное, дорогое дерево и такие редкие бусы, что не снились местным девицам. Тонкие пальцы коснулись лепестков резного цветка, провели плавно вырисовывая линии, а после ладонь безжизненно рухнула вниз. Юбка сочного зеленого цвета колыхнулась от касания.

Сама девушка стояла точно неживая кукла. Красива, как и прежде, но огонь в зеленых глазах померк, будто выжег кто-то тот дивный лес.

— Златушка, прибыли! Собралась? — няня заглянула в приоткрытую дверь и удивленно ахнув вошла внутрь. Старушка с повязанным на голове платком, прижала к груди руки стараясь подобрать слова. — Голубушка вы наша. Как красива, сердце княжича рухнет вам под ноги от одного взгляда!

— Так уж хороша? — поправляя две черные косы на плечах спросила Злата. Лицо её было спокойным, тон голоса ровным. Но все, кто знали княжну, боялись этой тишины и няня в том числе.

— Краше всех, тьфу-тьфу!

— А что красота эта даровала мне в жизни? Когда я одно сердце желанное…, — она прикрыла веки возвращая на уста широкую улыбку. — Пойдем няня, устроим княжичу такой прием, чтоб он вовек сюда не совался!

Бедной женщине осталось только вздрогнуть от звона разбитого стекла. Зеркало осталось лежать на полу. Дверь громко хлопнула. Злата тяжело ступала вперед, в ней бушевало новое пламя, и оно призвано было сжечь округу.

— Уйди с пути, — сухо сказала она человеку, что возник, напротив. Его улыбка и карие глаза были так схожи с младшим братом, но сходство — это здесь же и заканчивалось, стоило лишь Престану раскрыть рот.

— За вами княжна глаз да глаз, кто знает, что за выкрутасы в этой чудесной головушке, — он наклонил голову ступая шаг назад и ухмыльнулся, пропуская её вперед. — Я здесь, чтобы оберегать ваш покой.

— Однажды твой покой будут охранять лишь лесные звери, пока ты будешь гнить под листвой. Запомни мои слова.

— До чего острый язык. Княжич ищет жену покорную, а мне вот и такие по духу, — он протянул ладонь к её плечу, Злата дрогнула, но тут же рядом возник он.

— Ты будешь так себя вести, народ решит, что ты моя тень! — возмутился Престан, морщась от боли, что пронзила запястье. — Иди куда шел!

— Я страж княжны, не ты, — сухо отрезал Слава и кивнул девушке, так что Злата расслабила плечи ступая вперед.

— Так гордишься этим! Знали бы люди, за какие такие заслуги тебе такая честь, тебя бы вытурили на гору к тому бледному дружку!

Слава спокойно шагал позади княжны. Он был её тенью, верный страж на долгие года, связанный клятвой и благодарностью. Тень. Не братьев, а её.

— Что-нибудь слышно о нем? — прошептала Злата встревоженного оглядываясь вокруг.

— Нет, и не стоит об этом сейчас. Стены тоже умеют слышать, — остановил её Слава, — теперь улыбнитесь, княжна, за дверью ждут гости.

***

Манящий аромат тушеного мяса пробирался к самому сердцу сквозь сон. Свят от неожиданности подорвался со скамьи и рухнул на пол. Встревоженный и лохматый осмотрелся вокруг, прижимая к себе тонкое одеяло с тройкой крупных латок.

Солнечный свет сквозь маленькое оконце падал ровно на казанок из которого шел манящий пар. Язык тут же прилип к нёбу, а живот издал истошный крик.

Снежа скрестив руки на груди сидела с безразличным лицом, а Мороз расплылся в улыбке и поджимая губы молча кивал Святу подмигивая одним глазом.

Вопросов было много, почему она дома? Почему вдруг решилась приготовить, да еще и мясо? Почему они такие загадочные? Но эти мелочь Свят отложил на потом, сначала еда, потом глупости.

В глиняной тарелке томилась тушенная капуста и свежая зайчатина. Он даже не пытался есть медленно, уже на третьей ложке поперхнулся и получишь по лбу большой ложкой, что оказалась в руках Снежи:

— Никто не отберет! Медленнее!

— Можно узнать, с чего такая щедрость? — прокашлявшись спросил он. — Вы ж были против, чтоб я зверей калечил, а тут сами…

— Этого зайца Мороз стащил у охотников, не выкидывать же… Жаль его, но раз уж так сложилось.

— Она хотела тебя порадовать!

Большая ложка с глухим звуком ударилась об лоб ребенка. Свят рассмеялся, где-то в груди было непередаваемо тепло. Каждая ложка топила тоску в его груди, хотя бы на время, а глупые воспоминания он старался прогонять. Сегодня ночью ему снилась княжна…

Снежа словно уловила перемену в его настроении и выдохнула, поднимаясь со скамьи. Свят проводил её взглядом и удивленно распахнул веки, когда перед ним на столе возник сверток из темной ткани.

— Это мне?

— Ты хотел помочь, кричал, что станешь стражем зимы.

Он быстро отставил полупустую тарелку в сторону и принялся разворачивать ткань. Ахнул и едва не уронил подарок. Лук самый настоящий, в детстве ему дарил Влас, учил охотиться. Да только о таком он и мыслить не смел, сияющий белым светом из чистого льда. Драгоценный камень цвета неба и тетива из нити чистого серебра. Такой даже держать было страшно. В кольчуге рядом красовался десяток стрел, не уступающих в диве.

— Орудие это тебе для защиты, будешь стеречь границы вместе со мной, коль не пустослов.

— Спасибо, спасибо…, — он даже растерялся впервые, принимая столь дорогой подарок, слова вылетели из головы.

На закате они шли к черте снега, туда откуда он явился в первый раз. Снежа холодно сказала, что ей есть, что показать и вела его сюда молча. Алый и грязный снег уже был покрыт свежим слоем белой мошкары. Ревнивец напоминал о себе уже дважды, поэтому ковер был гладким и нетронутым как в первую встречу.

— Взгляни, — Снежа присела на самом краю снежной полосы и коснулась следов, — в нашем лесу я всех зверей знаю, эти следы чужака. Обычно они не суются сюда, а значит пришел он за чем-то или, — она обернулась в сторону Свята, всегда знала куда следует смотреть, — за кем-то.

— Думаешь он по мою душу?

— Зная твой нрав, стоит лишь гадать сколько недругов ты нажил.