Сказание о демоне. Часть 2

Глава 17

Мое сердце колотилось как безумное, когда мы с Лин и Мэй крадучись пробирались по темным коридорам дворца. Каждая тень казалась затаившимся стражником, каждый шорох – предвестником разоблачения. Я чувствовала, как холодный пот стекает по спине, пропитывая шелк кимоно.

– Тсс! – прошипела Лин, когда Мэй чуть не опрокинула вазу. – Ты хочешь, чтобы нас поймали?

– Прости-прости, – пролепетала Мэй, и я не могла не улыбнуться, несмотря на всю серьезность ситуации. Эти двое были такими... живыми, настоящими. В отличие от меня – марионетки в чужих руках.

– Девочки, – прошептала я, сжимая кулаки, чтобы унять дрожь, – давайте сосредоточимся. Мы уже почти у цели.

Впереди показались массивные двери, украшенные золотыми драконами. Покои принца Тамахомэ. Моего жениха. Человека, которого я когда-то любила и должна была полюбить, но... Образ Кагэцуи вспыхнул в сознании, и я яростно затрясла головой, прогоняя непрошеные мысли о его возможной смерти.

Мы проскользнули внутрь, и роскошь покоев принца на мгновение ослепила меня. Тут странным образом все изменилось за короткий срок. Наверно готовятся к… к брачной ночи. Теперь всюду красный шелк, золото, изысканные ароматы, которые должны распалять страсть супругов... Но где-то здесь таилась отрава, медленно убивающая Тамахомэ. Я должна найти её!

– Ищите что-нибудь необычное, подозрительное, – скомандовала я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

Мы разделились. Я направилась к огромной кровати принца, чувствуя, как щеки заливает румянец. Здесь он спит, видит свои кошмары... Здесь мы должны будем...

Внезапно моё внимание привлекла одна из подушек. Она словно светилась в лунном свете, манила меня. Я осторожно взяла её в руки, ощущая что-то твердое внутри.

Не раздумывая – если начну сомневаться, то струшу – я резко дернула, разрывая шелковую наволочку.

– Госпожа! – в ужасе воскликнула Мэй. – Что вы делаете?!

Но я уже не слушала. Из разорванной подушки на пол выпал небольшой мешочек, источающий слабое фиолетовое свечение. Сердце пропустило удар.

– Вот оно, – прошептала я, поднимая находку дрожащими пальцами. – Вот что отравляет разум принца.

Лин и Мэй склонились над мешочком, их лица были так близко, что я чувствовала их дыхание на своей коже.

– Осторожно! – воскликнула Лин, отдергивая руку любопытной сестры. – Это же яд!

Я кивнула, чувствуя, как по телу разливается странное оцепенение:

– Да, скорее всего. Его испарения должно быть и вызывают те ужасные головные боли и кошмары, о которых говорил Тамахомэ. Ну и… эта штука сводит принца с ума.

Мысли вихрем кружились в голове.

Внезапно мы услышали тяжелые шаги в коридоре. Мое сердце замерло. Это был Тамахомэ? Но как? Неужели он уже проснулся?

– Быстро! – прошипела я. – Пря...

Но не успела я договорить, как дверь с грохотом распахнулась. На пороге стоял Тамахомэ, его волосы были немного взъерошены, а в глазах плескалась смесь гнева и замешательства.

– Что здесь происходит? – прогремел его голос, заставив нас всех вздрогнуть.

Я сделала глубокий вдох, пытаясь собраться с мыслями. Мешочек с ядом, спрятанный в рукаве, казалось, жег мне кожу.

– Тамахомэ, – начала я, стараясь, чтобы мой голос звучал мягко и успокаивающе, – я могу объяснить.

– Объяснить? – он сделал шаг в комнату, его взгляд метнулся к разорванной подушке. – Ты оставляешь меня спящим в своей комнате, а сама прокрадываешься сюда с служанками и... что? Решила устроить погром в моих покоях? Или ты что-то ищешь?

Я почувствовала, как краска заливает мои щеки. Нужно было действовать быстро.

– Мой принц, – промурлыкала я, делая шаг к нему. Аромат благовоний, исходящий от его кожи, кружил голову. – Я не могла уснуть. Мысли о нашей предстоящей свадьбе... о тебе... не давали мне покоя.

Я заметила, как его взгляд смягчился, хотя подозрение все еще читалось в глазах.

– И поэтому ты решила прийти сюда? – спросил он, но в его голосе уже не было прежней ярости.

– Да, – выдохнула я, подходя еще ближе. Теперь мы стояли почти вплотную. Я чувствовала жар его тела, видела, как часто вздымается его грудь. – Я хотела... скрыться от своих мыслей, которые невольно возникают, когда ты рядом.

Мои пальцы легко коснулись его груди, и я почувствовала, как он вздрогнул.

– А подушка? – спросил он хрипло, его взгляд метнулся к разорванной наволочке.

Я закусила губу, изображая смущение:

– Ох, это... Я была так взволнована, что не рассчитала силу. Прости меня, Тамахомэ.

Его рука вдруг обвила мою талию, притягивая ближе. Я ахнула от неожиданности, чувствуя, как мое тело отзывается на его прикосновение.

– Касуми, – прошептал он, его дыхание щекотало мою шею, – ты не представляешь, что ты со мной делаешь.

Я подняла глаза, встречаясь с его взглядом. В нем плескалось желание, смешанное с нежностью и... чем-то еще. Чем-то темным и опасным.

– Может быть... – прошептала я, поднимаясь на цыпочки, – я могу показать тебе?

Наши губы были в миллиметрах друг от друга. Я чувствовала его учащенное дыхание, видела, как расширились его зрачки.

– Кхм, – раздался робкий голос Лин, напоминая о присутствии служанок. – Ваше высочество, может быть, нам стоит уйти?

Тамахомэ, казалось, только сейчас вспомнил о них. Он кивнул, не отрывая от меня взгляда:

– Да, идите. Мы... нам нужно поговорить.

Лин и Мэй поспешно удалились, бросив на меня последние обеспокоенные взгляды. Дверь за ними закрылась, и мы остались одни.

Тамахомэ притянул меня еще ближе, его руки скользнули по моей спине.

– Касуми, – прошептал он, – я так долго ждал этого момента...

Его губы почти коснулись моих, и я закрыла глаза. Внезапно я почувствовала, как по щеке покатилась горячая слеза. Сердце сжалось от боли. Как я могла оказаться в такой ситуации?

Губы Тамахомэ накрыли мои, и на мгновение мир перестал существовать. Его поцелуй был страстным, почти отчаянным, словно он пытался удержать меня, удержать момент.