Сказание о потерянных осколках

Глава девятнадцатая. О спасении — бегством

Посещали Луна сны беспокойные-жуткие: чудилось ему, что он стоит в родном свете и купается в нем, но вдруг все вокруг накрывала тень. Словно крылья, большие и черные, как сама тьма, укрывали ему взор, а владелец их склонялся над ухом и шептал: «Мы же друзья, верно?»

В очередной раз проснулся Лун и схватился тут же за хвост. Та привычка у него появилась после невзначай брошенных матерью слов о том, что мелкие ящерки, когда пугаются, отбрасывают хвосты. Уверен был Лун, что с ним такого не произойдет — ведь никогда не происходило, — но отчего-то все равно боялся, что мамины слова окажутся правдой.

Сел в кровати Лун и провел рукой по лицу. Сердце его взволнованно билось в груди, а мысли бушевали: откуда у него эти странные сны? И что они означают? Наверняка эти крылья — господин Гэхувэ. Но разве у Луна были причины его бояться?

И сколько бы Лун ни убеждал себя в обратном, причины и впрямь имелись. Не верил он Ворону, не мог ему поверить. Скрытному, вечно живущему в тени… Но отчего же Лун, сам рожденный во мраке, должен бояться такого же, как он сам?

Однако не успел Лун хотя бы коснуться ответов на свои вопросы, как издалека донесся гогот, а за ним — крики птиц всевозможные. Пение, карканье, чириканье. Вжался Лун в кровать, краем глаза выглядывая в окно: свет звезд-предков мелькал сквозь черные пятна, взмывающие вверх. Птицелюди? Всех подняли, но зачем?

— Лун, вставай! — голос ворвался даже раньше, чем отворилась дверь.

Встрепенулся Лун, прикрываясь одеялом. Обнаружив, что зашла знакомая Варнават Ве, он стыдливо опустил прикрытие и молча уставился на нее, не зная, что и сказать.

— Просыпайся, давай! Дело срочное, и тебя хочет узреть Бакамуне Гэхувэ. Повторить?

— Н-нет, я… сейчас, — замешкался Лун, потянувшись за одеждой.

Благо, Варнават Ве не стала ждать его и выскочила, как только представилась возможность. Поглядев на полунагого себя, Лун только осознал, что был в одних лишь портках, и — пока окончательно не смутился — принялся бегло переодеваться.

Ох, ну и екнуло же сердечко у Луна… Не зря ему эти кошмары снились, наверняка! Может, вещие? Или такое бывает только у ворожей? Да какая разница! Разговор-то вряд ли приятный предстоит.

Выскочив из комнатушки, Лун поторопился вдоль уже знакомого хода прямиком к покровителю соглядатаев. К нему лично хаживал Лун нечасто, но с единственного раза, как там был, уже все запомнил. Плохой памятью Лун не отличался — научен пути отхода запоминать.

Из двери Гэхувэ то и дело выскакивали птицы, одна за другой, поэтому проем оставался открыт. Облегченно вздохнул Лун — не нужно стучаться и объясняться. Хоть и без предупреждения зайти тоже будет невежливо. И как поступить?

И все-таки Лун, мало грамоту вежливости знавший, лишь встал в проходе, надеясь, что его заметят. А еще не собьют. Все-таки желающих с покровителем поговорить было предостаточно, целая очередь собралась. Очередь, которую Лун заметил, уже когда в нее втиснулся. Вскоре на Луна-таки обратили внимание:

— О, как раз тот, кто нам нужен! Проходи-проходи и дверь закрой.

— А как же… — возразил было Лун, но Ворон его тут же перебил:

— Подождут. Решаются важнейшие дела между нами с тобой.

Покорно кивнул Лун и, вопреки неразборчивым кудахтаньям за спиной, дверь все же закрыл. В той самой комнате — куда Лун попал еще в первый день пребывания на Ахасе — остались всего трое: Варнават Ве, Гэхувэ и он сам. Расположившийся за столом покровитель выглядел явно недовольно: со взъерошенными перьями и усталыми горящими глазами, он напоминал одну из кровожадных ворон с крыш ночного Звездграда.

— Ох, Лун, не стоит застывать на месте. — Улыбка появилась на утомленном лице птица. — Как будто я собираюсь в чем-то обвинить тебя!

— Я просто… еще не проснулся, — пробормотал Лун, неловко переминаясь с ноги на ногу и держась за локоть. Неужели кто-то способен поверить в то, как нагло он врал?

— Во мне живет надежда, что ты и вправду не сомневаешься в моей искренности, — проговорил Ворон умиротворяющим, усыпляющим голосом. — Ведь друзьям нечего скрывать друг от друга, так?

Хотелось вздрогнуть, но Лун сдержался. Как загнанный в угол зверь, он смотрел хищнику в глаза и старался убедить хотя бы себя, что тот не собирается его есть. Что не собирается схватить за хвост в последний миг. А ведь тогда бы пригодилось умение хвост отбрасывать…

— Все, о чем я сейчас беспокоюсь, — это твои уважаемые спутники, Лун, — произнес Гэхувэ на выдохе. — Им угрожает огромная опасность…

— Ч-что за опасность?.. — испуганно выдавил из себя Лун, волна испуга наравне с присущими мыслями пронеслась в голове.

— Сейчас другие князевы избранники — Златоуст и Бажена Крепкий Кулак — находятся на Агнанеи. На островах, что плывут по воде.

— Я удивлена, как местные еще не воткнули им нож в спину… — перебила вдруг Варнават Ве, отчего у Луна волосы зашевелились.

— Не пугай так Луна, Варнават Ве! — каркнул — наверное, иначе этот хриплый выкрик и не описать — Ворон. — Люди с Агнанеи — предатели, но не безумцы. По крайней мере, не все. К сожалению…

— Не томите… Что с ними? — обеспокоенно взметнул взор на покровителя Лун.